Принцесса и Золушка - Джуд Деверо

– Знаешь, – задумчиво сказала Ариэль. – Всю свою жизнь я зависела от матери и боялась ее. Она решает, что именно я ношу, что ем... даже будущего мужа выбрала она сама. Но сейчас, стоит мне подумать о том мертвом человеке в ванне... и я начинаю страстно желать, чтобы мама оказалась тут. Честно, я обняла бы ее искренне. И все сразу стало бы хорошо.

– Ой, сомневаюсь. Представляю себе, как ты со слезами бросаешься ей на шею, портишь ее блузку разводами туши... да она будет в ярости!

– Ты что, смеешься надо мной? Да я даже не накрашена!

– Правда? Может, и так. Но ты всегда прекрасно выглядишь, так что ошибиться не мудрено. – Ero ладонь накрыла ее ручку, а потом медленно двинулась вверх.

Но Ариэль, поглощенная собственными мыслями и переживаниями, ничего не замечала. Она вдруг вскочила и снова начала мерить шагами комнату.

– Помнишь там, в пабе, я говорила Саре, что смогла бы научить Филлис Ванкаррен одеваться соответственно ее возрасту?

– Я полагал, она одевается в соответствии со своими представлениями о привлекательности.

– Она хочет найти себе мужчину!

– Да? Мне кажется, у нее нет недостатка в поклонниках.

– Ну-ка сосредоточься и попробуй поразмыслить головой, а не другими частями тела. Она хочет найти себе мужа, но возможно ли это, пока она одевается как... так, как она одевается?

– Ну... если только среди подростков. Или байкеров.

– Точно!

– Знаешь, с тех пор как мы оказались на острове, многие женщины смотрели на тебя с завистью. Я заметил это.

– Должно быть, они смотрели на Сару. Она носит мою одежду, а я... – Ариэль печально взглянула на свои хлопковые брючки и непритязательный свитерок.

– Одежда здесь совершенно ни при чем, – уверенно возразил Дэвид. – Они смотрели именно на тебя. Неужели ты правда не знаешь, что разительно отличаешься от других женщин? Ни у кого больше не видел я такой гордой осанки, такого изящества... в тебе есть стиль.

– Правда? – Ариэль смотрела на него задумчиво. – Мне особо не с чем было сравнивать. Я все время с мамой, и... это мешает воспринимать других.

– В этом ты похожа на свою мать. И можешь принять мои слова как комплимент. Мисс Помми – женщина безупречного вкуса и стиля.

– Это правда. – Ариэль поколебалась, но все же спросила: – Ты правда считаешь, что мои знания чего-то стоят?

– Уверен, ты могла бы руководить модельным агентством в Нью-Йорке или быть... э-э... главным редактором журнала «Boг».

– Ах вот даже как. – Она вдруг улыбнулась и заговорщицки спросила: – А как насчет Королевского острова, что у берегов Северной Каролины?

– Да местные дамы выстроятся в очередь! И мы услышим все сплетни, какие только курсируют по острову. – Дэвид замолчал. Он произнес эти слова в шутку, но, выговорив, стал серьезным. Некоторое время они с Ариэль молча обдумывали открывшиеся перспективы.

– Как ты думаешь, мне удастся что-нибудь выяснить? – шепотом спросила Ариэль.

– Все, что угодно. Тебе расскажут кучу ненужных сведений, но, весьма вероятно, среди них попадутся крохи истины, и мы сможем наконец понять, что же здесь происходит на самом деле. – Дэвид, поколебавшись, осторожно спросил: – Но я все же не очень понимаю, дорогая... что именно ты сможешь им предложить? Мастер-класс по нанесению макияжа?

– Не знаю... Я никогда не думала об этом... не думала с практической точки зрения. Но знаешь, часто я смотрю на женщину и думаю, как можно причесать ее, по-другому наложить макияж – и тогда она будет выглядеть значительно лучше. Взять, например, Бритни.

– Кого?

– Бритни. Девушку, которую ты любишь. Ты ведь ради нее остался в Арунделе, разве не так?

– Как же, как же, любовь всей моей жизни. – Дэвид усмехнулся. – Так что с ней?

– Она выглядела бы куда более изысканно, если зачесать ей волосы назад. И если бы она перестала рисовать подводкой для глаз такие жирные и длинные линии с внешней стороны глаза, и тушь у нее всегда комочками. На самом деле очень просто добиться того, чтобы тушь ложилась аккуратно. Нужно просто...

Ариэль пришлось замолчать, потому что Дэвид вдруг положил ладонь ей на затылок, притянул к себе и поцеловал. Бывало, он чмокал ее в щечку, когда поздравлял с какой-нибудь датой или на прощание. Но то были братские, дружеские поцелуи, не задевавшие ее чувственности и не дававшие повода для размышлений. Теперь губы Дэвида были жадными и требовательными, и Ариэль вдруг вспомнила, что он ей не брат вовсе.

Потом он отпустил ее, поднялся и отошел к окну. Глядя на улицу, сказал спокойно:

– Я пойду приму душ. Потом мы обсудим, с чего начнет свою деятельность твой филиал модельного агентства на Королевском острове.

Он дошел до двери в ванную и лишь тогда оглянулся. Ариэль сидела на том же месте, губы ее были полуоткрыты, и на лице читались полнейшая растерянность и изумление. «Пусть будет так, – сказал себе Дэвид, – или я выплыву и получу свою женщину, или утону и распрощаюсь со всякой надеждой на взаимность. Но теперь она по крайней мере знает, чего я хочу».