Нам не по пути - Лия Толина

Одна рука Ника держит меня за талию, вторая гладит по голове. Первый мой глубокий вдох – его аромат. И это лучшее в мире успокоительное. Этот вдох становится спусковым крючком моего успокоения. Все во мне замирает, перестает болеть. Даже желудок, все еще скручивающийся, затихает.

Ник кладет мне на макушку свой подбородок. Теперь я окончательно чувствую себя в безопасности. Я притихла на его груди. Сглотнула последние слезы и заметила, что на футболке Ника красуется мокрое пятно. Наверное, это сделала я. А Ник или не заметил того, что вымок в моих слезах, или предпочел сделать вид, что не заметил.

Ник затих тоже. Мне стало интересно, о чем он думает. Думает ли он о том, что было бы, если бы он приехал чуть позже. Винит ли себя в том, что случилось? Я – нет. Не смею винить кого-то, кроме себя. Даже Макса не смогу винить, даже если все сказанное Димой окажется правдой.

Но как, черт возьми, мне хочется, чтобы это не оказалось правдой.

- Ник? – Шепчу я, чуть отстранившись от его груди, чтобы видеть его глаза.

- М-м? – Он тянется к моему лицу и убирает выбившуюся прядь мне за ухо.

Внутри все сводит, но это приятная судорога.

- Как думаешь, Макс мог так поступить?

Он резко отводит глаза в сторону и сглатывает. Я вновь ощущаю напряжение, пробежавшее по его мышцам. Когда он возвращает ко мне взгляд, я понимаю – мог. По крайней мере, Ник так думает. А у него есть все основания оказаться правым, он же знает его лучше, чем я. А раз так, сможет ответить и на другой вопрос:

- Но почему?

- Потому что он придурок. – Цедит Ник, сквозь сжатую челюсть. На глаза вновь наворачиваются слезы. Я чувствую себя преданной. – Аня, не нужно. – Он ласково вытирает слезинку. – Не принимай все близко сердцу. Поверь, больше чем вернуться и оторвать Диме все пальцы по одному, мне хочется найти Макса и сломать ему челюсть. Но он всегда был таким идиотом! Дело не в тебе. Не думаю, что он намеренно хотел сделать тебе больно. Что , конечно, не оправдывает его ни капли. – Ник вздыхает. – Я так привык защищать его, что даже сейчас это делаю. Я не буду ничего говорить, только не плачь.

Он прижимается губами к моему виску. По телу разливается тепло. Слезы высыхают, оставив на щеке соленый след.

- Поехали домой? – Шепчет Ник, мне на ухо.

Я представляю, что сейчас мне предстоит встретиться лицом к Максу и испытываю ужас. Я еще не готова взглянуть ему в глаза и не расплакаться. Возможно, я не считала его своим родным братом, но он определенно успел стать близким человеком. Именно поэтому мне так больно.

- Я не хочу домой.

- Ладно. Как ты себя чувствуешь?

Мы по-прежнему стоим обнявшись. Уже не так крепко, как изначально, но вполне тесно. Я хватаюсь за ощущение нашей близости, чтобы не думать о сегодняшнем вечере. Я думаю о том, как мне уютно в объятиях Ника, а не о том, что меня едва не изнасиловали. Я думаю о том, как впитываю его тепло своим телом, а не о том, что меня предали и продали. Я думаю о Нике, я не думаю больше ни о чем. Я не хочу больше ни о чем думать.

- Все хорошо, - шепчу я.

- Тогда, покатаемся? Меня всегда успокаивала езда. – Он криво улыбается. Хочу поцеловать его. – А мне сейчас нужно успокоение не меньше, чем тебе. Господи, - повышает он тон, - не представляешь, как я хочу вернуться и…

- Поехали. – Перебиваю я его.

Он долго смотрит на меня, затем кивает.

Я не хочу больше ни о чем думать.

9.3

Ник ведет машину медленно и очень аккуратно. Под мерное мурлыканье двигателя я засыпаю. Мне снятся яркие, но тревожные сны. Я словно попала в разноцветную паутину. И, не смотря на то, что она красивая и пестрая, она оплетает мое тело и сдавливает грудную клетку так, что мне становится страшно. Хочется выпрыгнуть из своего тела, оставить его в этой паутине, а самой сбежать. Дышать все сложнее – нити, уже превратившиеся в канаты, не дают сделать вдох. И когда я мысленно понимаю, что в скором будущем меня ждет погибель, сознание выныривает из сна.

Вскакиваю прямо на сидении машины, едва не ударившись головой о потолок. Дышу тяжело, будто я только что совершила погружение на дно океана без гидрокостюма и маски. Ника рядом нет, машина стоит на заправке, мое сидение разложено. Наверно, это сделал он. Я точно помню, что когда засыпала, то не раскладывала ничего, а просто свернулась клубочком. У меня начинают потеть ладони, когда я представляю, как Ник тянется через меня, опускает мое кресло, чтобы мне удобнее было спать, и, возможно, гладит по волосам или даже целует.

Да, мне хотелось бы, чтобы это так и было. Жаль, я отключилась так сильно, что не чувствовала ничего.

Через стекло я вижу в магазине Ника : он ходит между рядами, что-то выбирает, затем подходит к кассе. Девушка в оранжевой кепке с эмблемой самой заправки вежливо (или даже кокетливо) ему улыбается, убирая покупки в пакет. Ровно один укол ревности получает мое сердце. Но этого хватает, чтобы поднапрячь свое зрение и начать отыскивать изъяны во внешности девушки.

Никита выходит быстро, ни на секунду не задержавшись на кассе ( три «ха», дамочка), убирает раздаточный пистолет на место и садится в машину. Когда он видит, что я не сплю, а очень даже внимательно наблюдаю за ним, его брови слегка подлетают.

- О, ты уже не спишь? – Ник кладет пакет себе на колени, заводит двигатель и выезжает с заправки.

Я смотрю в окно и совершенно не понимаю: где мы, как далеко уехали и куда едем.

- Да. Как долго я спала?

- Около часа. – Он пожимает плечами.

- Ого! – Восклицаю я. – Мне казалось, всего пару минут.

- Ты спала очень крепко. Надеюсь, это пошло тебе на пользу. – Ник украдкой поглядывает на меня.

Киваю. Это определенно пошло мне на пользу. Я почти не чувствую тошноты и слабости. И даже былая зоркость вернулась ко мне. Давящего страха я не ощущаю так же. У меня еще немного болезненно сжимается желудок, при воспоминании о Диме, но это терпеть можно. Единственное, что терпеть трудно – ноющую боль при мысли о Максе. Поэтому я беспощадно выгоняю все эти мысли о нем из своей головы.

- Я подумал, что ты захочешь кушать, когда проснешься, - начинает Ник заботливым голосом, - но не знал, что именно ты будешь. Поэтому, купил шоколадку, если захочется сладкого. Кислые конфеты – если тошнота еще не прошла. Если захочешь чего-нибудь более основательного, там есть гамбургеры.

- Спасибо. – Я улыбаюсь, как дурочка.

Это всего лишь шоколадка, конфеты и гамбургер, а мне так приятно, будто я только что получила в подарок одно из дорогущих колец или даже машину. Хотя, получить еду от Ника – намного приятнее, цацок от других.

- Бери, что хочешь. – Он перекладывает пакет мне на колени. – Сзади бар – кола, сок апельсиновый, минералка и вода без газа. Я купил их немного раньше. Если захочешь что-то еще, скажи.