Демон - Мария Эльнорд

– Не переживайте, я справлюсь, – улыбаюсь я, и женщина оживляется. – Если мне понадобится помощь, я вам сообщу.

Стефани коротко кивает и продолжает вытирать пыль, а я, собираясь с мыслями, все-таки решаю подняться наверх.

– Мне плевать, что ты хочешь! – слышу за дверью разгневанный голос Адама и замираю. – Если ты еще раз появишься у меня или у нее на глазах, я оторву тебе голову!

Голос затихает, и я переступаю порог. Шкаф, на котором лежали книги, валяется на полу, кресло перевернуто, вещи разбросаны по углам. В комнате царит настоящий хаос, и посреди него на кровати сидит Адам, схватившись за голову. Его растрепанные волосы касаются напряженного лица, а губы сжаты в тонкую полоску. Адам, словно вулкан, готовый в любой момент рвануть.

– Все хорошо, – шепчу я и обнимаю его, но он не шевелится. Его каменное тело застыло.

– Эми, – чуть слышно говорит он, – уйди, пожалуйста.

Его слова застают меня врасплох. Меня будто обливают холодной водой, и я отстраняюсь.

– Адам, я могу подать заявление в полицию на Рика и…

Адам вскакивает и со всей силы пинает перевернутое кресло, после чего его кулак летит в дверь ванны, ударяя ее так, что она перекашивается на петлях. Серо-голубые глаза искрят злобой и безумием, как тогда в парке, когда Рик схватил меня и угрожал ножом.

– Думаешь, у них на меня ничего нет? – вспыхивает Кинг. – Рик не так глуп, чтобы идти напролом. Надо было добить этого ублюдка.

Я ловлю Адама, мечущегося по комнате, и обнимаю его вновь. Не хочу больше видеть его ярость, не хочу видеть обезумевшие от злобы глаза и избитые в кровь кулаки, хочу обычной жизни, без крови и слез, без страха потерять.

На этот раз Демон успокаивается, его мышцы расслабляются. Адам глубоко вздыхает, зарываясь лицом в мои волосы, и гладит меня по голове.

Секунды? Минуты? Я не знаю, сколько мы так стоим. Когда порыв гнева стихает, Кинг отстраняется и тихо произносит:

– Спасибо.

Я легонько касаюсь его губ и чувствую, как его руки обвиваются вокруг моей талии. Адам прижимает меня к себе, заставляя сердце выбивать ребра изнутри. Птица подлетает к щеке и легонько касается моей кожи. В этот момент я забываю, как дышать, все внутри трепещет.

Любить трудно, но я уже не представляю жизни без Адама Кинга. Без его рук, тепла, аромата тела, без его задумчивого взгляда и колких шуточек в мой адрес. Его душа – темная загадка, непонятная и странная книга, но я с удовольствием читаю каждую страничку.

– Я люблю тебя, – шепчу ему на ухо.

– Взаимно, – отвечает он, высвобождая меня из объятий. – Я сегодня отъеду по делам, не теряй меня, ладно?

– По каким делам?

– Отец попросил…

Стук в дверь разрывает связь наших пристальных взглядов, и в комнату заходит Стефани. При виде хаоса, который творится вокруг, она роняет из рук метелку и тут же поспешно поднимает ее.

– Я зайду позже.

– Не надо, – Адам с невозмутимым лицом поднимает упавший шкаф и кресло. – Здесь нужно убрать.

Она кивает, заходит в комнату и начинает собирать книги. Мне становится дико неудобно наблюдать за тем, как она складывает его одежду и сорванные со стен плакаты. Я принимаюсь ей помогать, но Адам хватает меня под руку и выводит в коридор.

– Не хватало еще, чтобы ты разгребала мой хлам, – бубнит Кинг, и я усмехаюсь, замечая его нарочито грозный взгляд.

Адам плетется на кухню и с ходу открывает холодильник, доставая нарезку бекона и ветчины, ломтики хлеба и листья салата.

– Кажется, кто-то превращается в травоядное? – улыбаюсь я, кивая в сторону салатных листьев, которые Адам аккуратно выкладывает на хлеб.

– Видимо, это передается половым путем! – Птица подлетает ко рту, и на лице Кинга появляется наигранный испуг, а в глазах пляшут бесенята.

Я кидаю в него помидор черри, но Адам ловко уворачивается, отправляя в ответ кусок ветчины.

– Вот, попробуй нормальной еды, – смеется он, когда в меня попадает бекон, и кусочек застревает в волосах.

Его превосходство и хорошая реакция начинают меня раздражать, я хватаю кетчуп и со всей силы надавливаю на пластиковую бутылку, попадая точно в цель. Из меня вырывается дикий смех, когда я замечаю мрачнеющий взгляд, и в одно мгновение меня накрывает волна молока. Адам хватает меня в охапку и кладет на стол.

– А может, мне съесть тебя? – На лице Демона появляется злобная ухмылка.

– Пусти, это не смешно! – пищу я, но стальные руки прижимают меня к столу.

– Проси! – говорит Адам.

Плавали – знаем.

– Прошу! – смеюсь я, и Кинг тут же меня отпускает.

– Хорошая девочка, все на лету схватываешь.

– Ага, – ворчу я и, схватив кувшин с водой, выливаю содержимое ему на голову. Со скоростью пули я несусь в туалет и слышу позади себя грохот и топот.