Моногамист - Виктория Мальцева

Собираю себя в охапку и двигаю к Пинчу, машину водить уже могу сам, но утомляюсь слишком быстро, и постыдная слабость никак не проходит. Если бы Лера была со мной, я знаю, что вернулся бы в своё нормальное состояние очень быстро, но её теперь нет, и придётся выкручиваться самому.

При виде меня, опытный и повидавший многое Пинч с трудом скрывает свои эмоции:

— Алекс, зачем было ехать самому? Тебе что, мало проблем? Я мог спокойно выкроить время и заехать к тебе, мы бы всё решили!

— Пинч, у меня есть дело, которое я не могу откладывать на слишком долгий срок, каждый день — это удар мне под дых. Поэтому, пожалуйста, задействуй весь свой потенциал и убери эту женщину из моей жизни!

— Спокойно, Алекс! Нетерпение — не мужское качество! Ты меня удивляешь! Расслабься, подумай: где, как и за что мы можем её прихватить?

— Как бы хорошо я ни думал, она будет очень осторожна и, скорее всего, в ближайшие месяцы не совершит ни единой ошибки.

— Да, я знаю, но мы можем помочь ей.

— Как?

— Спровоцировать ситуацию, в которой она с лёгкостью допустит все необходимые нам промахи.

— Но это как-то… низко и нечестно!

— Хочешь быть честным? Так давай! Возвращайся в свою квартиру и живи там по совести со своей законной женой.

— Должен же быть какой-то иной способ, нормальный, человеческий!

— Ок, как выяснишь — сообщи. Мои методы тебе известны, и то, что я предлагаю — самый щадящий из всех возможных.

— Ладно, я понял тебя.

— В жизни всегда приходится делать выбор, сынок. И чаще всего он не такой лёгкий.

— Поверь, я знаю, что такое выбор…

Пинч откидывается на спинку кресла, закуривает одну из своих любимых сигар, долго выпускает дым, затем как бы невзначай бросает вопрос:

— Поедешь ломать её семью?

Я молчу, собираясь с мыслями, но потом понимаю, что молчание меня не спасёт:

— Ты всё обо мне знаешь? Все мои тайны, секреты, победы и поражения, желания и страхи?

— Я — твоя безопасность, Алекс. Это моя работа. И я вот, что тебе скажу: езжай и ломай!

Я поднимаю свои расширенные от удивления глаза на своего новоявленного наставника, ведь если что и ожидалось, то, скорее, порицание, но никак не поддержка в этом аморальном и по всему неправильном поступке.

Пинч выпускает очередное кольцо дыма и продолжает свою речь:

— Настоящий мужик никогда не отдаст своего. Но если уж так вышло, что отдал, пойдёт и заберёт СВОЁ обратно. Если понадобится, то выдерет зубами. Он, её муж, тюфяк и слабак, тебе будет легко. Вся его проблема — стержня нет. Найди его уязвимые точки и надави на все сразу — он отдаст тебе сам всё, что попросишь. Ты решил, кстати, что просить то будешь?

— Не просить.

— Верно, не просить, требовать, — усмехается довольный Пинч.

— Если ты о детях…

— О них.

— Я заберу её вместе с ними, вариантов нет.

— Это верно. Молодец. Не разочаровал. Именно так действует настоящий мужик.

— Считаешь, я настоящий?

— Считаю. И это искренне. Поверь, сынок, уважение Адама Пинчера заслужить не так-то просто. Там у них бизнес небольшой, оформлено всё на неё, она и директор, и бухгалтер, и поставщики на ней, ОН на подхвате. Подумай об этом, сделай так, чтобы и у него смысл жизни остался. Для тебя он абсолютно безопасен, мстить не будет точно, да и слишком слаб для этого, но если опустится на дно, она ведь рванёт и его спасать тоже, понимаешь?

— Да.

— Ну вот, нам проблемы не нужны, позаботься обо всём заранее.

— Понял. Когда ты с Ханной разберёшься?

— Если бы ты развязал мне руки, то уже через две недели был бы разведён. А так… ждём, пока твоя красотка проколется. Если что, поможем ей. Не переживай, через три месяца поедешь за своей Валерией. Три месяца протянешь?

— Постараюсь, но долго это.

— Твой выбор!

— Ок, понял, работай тогда.

— Алекс, ещё не всё: возвращайся уже к работе понемногу — компания твоя трещит по швам, этот твой заместитель плохо справляется!

— Он отлично справляется, но моя болезнь и всеобщее убеждение в том, что я уже на подходе в мир иной, нанесли ощутимый удар по акциям дочерних компаний.

— Неудивительно, эта компания — ты. Не будет тебя, не станет и её. Так что возвращайся, тебе ещё многое предстоит сделать, слишком рано собрался уходить. Ты очень сильный Алекс, такие люди — редкость, но у каждого силача есть своя маленькая слабость, которая способна уничтожить его раньше времени. Ты знаешь, свою слабость. Иди и сделай так, чтобы это твоё место больше не было уязвимым и незащищённым.

— Хватит уже об этом! Я всё знаю сам!

— Плохо знаешь! И ещё, я снова возвращаюсь к тому же: сколько повторять, купи вертолёт, пройди курсы, получи лицензию!

— Когда мне этим заниматься?

— Расставь верные приоритеты, сынок! Откинь в сторону то, что не первостепенно, сосредоточься на необходимом! Ты живёшь на острове, никакая служба спасения не доедет туда так быстро, как тебе, возможно, это понадобится, а ты собрался привезти туда семью, двоих детей, один из которых двухлетний. Ты понимаешь, что несёшь ответственность за них?

Эти слова заставили меня задуматься. Да, я всегда был против пафоса в образе жизни и её атрибутах, вертолёт упорно считал лишним, потому что люблю водить хорошие автомобили. Но Пинч смотрит на вещи с точки зрения безопасности, а я никогда не жил с детьми, и, вероятнее всего, понятия не имею о том, что действительно им необходимо, чтобы быть полностью защищёнными.

— Я понял тебя, подбери подходящую модель и адекватные курсы.

— Я сам научу тебя. На курсах не умеют управлять «птичкой» так, как умеет Пинч! — заявляет мой начальник безопасности с самодовольной улыбочкой.

— Ладно, составь тогда график занятий.

— Хорошо, мой секретарь скинет тебе план занятий на электронную почту. Я думаю, заниматься начнём недели через две. И…

— И?

— Ты очень худой, Алекс!

— Я знаю.

— Давай уже, приходи в себя, питайся лучше. Тебе многое предстоит сделать, накапливай силы.

— Услышал тебя, всё, бывай!

Пинчер обнимает меня по-отечески, и я немного шокирован: похоже, этот «сухарь» всерьёз переживал за меня… Да! Никогда не знаешь, чего ожидать от людей, и что за сюрпризы укрыты за их ужимками, масками, словами…

Koda — The Last Stand

Еду в офис. Моя команда с большим трудом скрывает ужас при виде моей худобы. Видели бы они меня месяц назад… Многие удивлены меня лицезреть — очевидно, слухи о моём выздоровлении ещё не дошли сюда. Решаю самые наболевшие вопросы, составляем с Хелен список моих встреч — забиваем график на 2 месяца вперёд. Люблю свою помощницу Хелен за то, что она одна из немногих не проявляет ко мне «интереса» — за эту роскошь я плачу ей зарплату в 5 раз выше средней по отрасли. Пробовал брать в помощники парня — он оказался геем… Для меня это был такой мощный стресс, что я решил: лучше барышни, стреляющие глазками и кладущие мне конфетки рядом с чашкой кофе, ежесекундно ловящие мои взгляды и улыбки (а в таких условиях работать, уметь сосредоточиться самому и заставить это делать других очень сложно), чем сексуальный интерес со стороны человека, имеющего такой же пол как у тебя, и, соответственно, такие же органы… Нет, я не гомофоб, я спокоен в этом вопросе, но только до тех пор, пока мужская рука не касается моей спины… Я против насилия, но иногда, бывает очень сложно сдерживать заложенную в тебя природой агрессию…