Любовь между строк - Джессика Парк

Мэттью Уоткинс был пробной моделью, доступной только разработчикам, и обладал плохо проработанной мозговой подсистемой. Функция управления мочевым пузырем тоже отсутствовала.

Бог Финн надеюсь, что инженеры когда-нибудь изобретут машину, которую можно будет заправлять непристойными мыслями.

Джули Сигл считает, что, оставляя комментарии под статусами национального радио на Фейсбуке, стоит пользоваться хотя бы элементарными правилами грамматики и пунктуации. Но, возможно, я просто стерва.

Джули вынесла на крыльцо поднос со стаканами и кувшином лимонада, присоединившись к Роджеру, Мэтту и Селесте.

– Еще шарниры? Картончик хочет пройти отбор в Цирк дю Солей?

– Не исключаю, что теперь Картонного Финна можно уместить в бумажнике, – сказал Роджер и, поднявшись на ноги, указал на новенькие шарнирчики, блестевшие на лодыжках Картонного Финна. – Мне кажется, больше уже не влезет. Мы сделали все, что могли. Как думаешь, Селеста?

Селеста наслаждалась апрельским солнцем, откинувшись на спинку плетеного кресла и закрыв глаза. Она медленно приподняла голову и бросила на них взгляд.

– Ты прав. Больше он не выдержит. Он уже и так немного напоминает аккордеон, правда? – И она снова опустила голову.

Роджер взглянул на Джули и прошептал:

– У меня такое чувство, что кое-кто уже не так заинтересован кое-кем другим.

– Я слышу, что ты говоришь, – сообщила Селеста. – И я однозначно заинтересована. О, почта пришла. – Она вскочила с кресла и понеслась вниз по ступенькам.

Роджер глядел дочери вслед.

– Она теперь такая… взрослая. Тебе не кажется, что она повзрослела, Мэттью?

Мэтт налил себе стакан лимонада.

– Кажется. А еще я вроде бы заметил, что ее щеки начали обвисать и на них появились морщинки. И мультивитаминные добавки глотает одну за другой… Кажется, пора подыскивать для нее дом престарелых.

– Мэттью, успокойся. Она отлично выглядит. Только наряд у нее какой-то жуткий. – Роджер нахмурился. – Но мне и полагается так считать. Правильно, Джули?

Джули кивнула.

– Все верно. Отцы должны приходить в ужас от того, что надевают их дочери-подростки.

– Миссия выполнена, – проговорил он с некоторой безнадежностью. – Эта коротенькая юбчонка и кошмарные сережки – твоих рук дело?

– Признаю вину.

Роджер покачал головой, признавая поражение, и присел на ступеньку.

Селеста вернулась и, бросив почту на маленький столик, плюхнулась обратно в кресло.

– Пришел мой журнал. Мне не очень-то нравятся гороскопы и тесты, да и большая часть статей, если честно, но модная колонка здесь хороша.

Джули присела рядом с Селестой, чтобы обсудить с ней новые модели туфель и причесок для выпускного. Селеста лучилась счастьем и казалась расслабленной – насколько это было для нее возможным. За эти несколько месяцев в ней произошли перемены. Пусть и едва уловимые, но заметные для Джули.

Разбиравший почту Мэтт поморщился.

– Вам и правда это интересно?

Джули бросила на него сердитый взгляд.

– В этом нет ничего плохого. Если мы жаждем купить красивенькие сандалии на ремешках, это еще не значит, что у нас нет своих политических или общественных взглядов, правда, Селеста?

– Ооооо! Ты только посмотри на ее волосы! – Селеста указала на фотографию. – Как думаешь, у тебя получится сделать мне такую прическу? Она ооочень хорошо смотрится. И, да, Мэттью, я согласна с Джули.

– Ты умная, – произнес он. – Тебе все это не нужно.

– Да, я знаю. Я умная девочка. Моя личность полностью скрыта за этим ярлыком. Может быть, я хочу, чтобы во мне видели не только умную девочку?

Джули улыбнулась Мэтту.

– Вот видишь.

Селеста оторвалась от журнала.

– Прошу прощения. Я не хотела грубить, Мэтти. Но ты мальчик и не можешь понять, какому невыносимому общественному давлению приходится противостоять девушкам-подросткам моего возраста.

– Говори проще, – пропела Джули.

– А, точно. Хорошо. Извини. В общем, я согласна, что привлекательность – это всего лишь социальная концепция, но подстраиваться под некоторые общественные нормы – не всегда плохо. Вот, скажем, Джули. Она отличный пример очень умного и социально развитого человека.

– Ладно. – Нахмурившись, Мэтт взял в руку какой-то розовый конверт, а потом бросил быстрый взгляд на Селесту, которая снова уткнулась в свой журнал, и отошел на другую сторону крыльца.

Джули наблюдала, как он открывает конверт, изучает какую-то открытку и прячет ее между страницами рекламной брошюры.

– Что у тебя там? – громко спросила Джули.

– Что? Ничего. Очередная реклама.

– Нет, неправда. Что там? – Джули встала и подошла к нему. – Тебе никто не станет посылать письмо в розовом конверте, так что давай его сюда.

– Джули! – прошипел он.

– Мэтт! – прошипела она в ответ.

Она вырвала открытку из его рук. Конверт предназначался Селесте, а открытка оказалась приглашением на день рождения. Вечеринка с ночевкой планировалась на следующие выходные.

– О, Селеста! Тебя пригласили на вечеринку. Какая-то Рэйчел. Это кто-то из твоего класса?

– Джули! – Мэтт выхватил у нее открытку. – Не надо!