Вспомни меня, любовь - Бертрис Смолл

— Но Нисса обвенчана, — сжал губы Филипп. — Король и леди Анна сами сказали нам об этом. Я должен узнать почему! Я боюсь за сестру. У лорда де Винтера плохая репутация.

— С именем лорда де Винтера связывают только одну некрасивую историю, да и та произошла много лет назад, — попытался успокоить брата Джайлс. — Просто такие, как леди Марлоу, никак не могут успокоиться. Не будь граф Марч так красив, об этой истории давно бы забыли.

— Я хочу знать, как это произошло, — упрямо твердил Филипп Уиндхем. — Если бы Нисса собиралась выйти замуж, она обязательно сообщила бы нам. К тому же она наверняка захотела бы поехать венчаться домой, в Риверс-Эдж.

Первый взгляд на сестру не очень-то успокоил Филиппа. В ней произошла какая-то огромная перемена, суть которой он не мог уловить: она как будто расцвела и вовсе не выглядела несчастной. Наоборот, она стала красивее. Виконт Филипп Уиндхем и его младший брат по всем правилам раскланялись перед сестрой и ее молодым мужем.

— Доброе утро, Нисса, — выдавил Филипп. — Доброе утро, милорд. — Его юное лицо оставалось хмурым.

— Братья, я хочу представить вам моего супруга Вариана де Винтера, — произнесла в ответ Нисса.

К ужасу Джайлса, Филипп не смог удержаться от вспышки эмоций:

— Хотел бы я знать, как это вдруг этот человек стал твоим мужем, Нисса? И что я должен сказать нашим родителям? Ходят самые мерзкие слухи, сестра! Как ты можешь объяснить мне свое поведение?

— Как ты смеешь, Филипп! — гневно воскликнула Нисса. — Ты не имеешь права требовать от меня ответа. Я на четыре года старше тебя. Ты забыл об этом или, может быть, пребывание при дворе ударило тебе в голову?

Джайлс хихикнул, но тут же замолчал под гневными взглядами брата и сестры.

— Несмотря на разницу в годах, сестра, мой долг наследника имени Лэнгфордов повелевает мне следить за тобой, — напыщенно заявил Филипп. — Говорят, что ты вела себя неподобающим образом.

— Кто говорит? — Взгляд Ниссы был уничтожающим. — Филипп, ты просто дурак! — бросила она. — Пребывание при дворе ничему тебя не научило. К твоему сведению, сам архиепископ и епископ Гардинер венчали нас в королевской часовне. Дядя Оуэн и тетя Блисс присутствовали при этом. Вот все, что тебе следует знать. И что же, позволь спросить, ты тут видишь скандального?

— Говорят, он похитил тебя и силой принудил к браку, — не отступал Филипп. — Если это правда, я не посмотрю, что он Говард, и убью его!

— Я не похищал вашу сестру, — негромко произнес Вариан де Винтер, желая успокоить мальчика. — И хотя моя мать была Говард, сам я — де Винтер, милорд.

— А я — Джайлс Уиндхем, милорд, и рад познакомиться с вами, — подал голос младший из братьев, протягивая графу руку. Смущенно улыбаясь, граф Марч пожал руку мальчика.

— Как поживаете, Джайлс Уиндхем? — сказал он.

— Благодарю вас, хорошо, милорд, — бойко ответил Джайлс. — Королева попросила меня остаться в ее свите и после того, как ее статус изменится. Вы знаете, мне ужасно нравится здешняя жизнь, — заразительно улыбнулся он. Джайлс изо всех сил старался разрядить обстановку. Филипп выглядел так, будто вот-вот расплачется. ‹Мой брат выставляет себя дураком!› — внутренне негодовал Джайлс.

— Ты и вправду счастлива? — недоверчиво спросил сестру Филипп.

В ответ она сжала его в объятиях.

— Все хорошо, Филипп.

— Почему ты вышла за него?

— Я не стану рассказывать тебе об этом сейчас, Филипп, но, поверь мне, все замечательно. Граф — чудесный человек и очень добр ко мне. Я понимаю, ты выбит из колеи всеми этими событиями и слухами, но прошу тебя, брат, никогда больше не говори со мной в таком тоне и не пытайся обсуждать мои поступки. Ты должен знать: я никогда не уроню чести нашего имени. И учти, Филипп, если бы я родилась мальчиком, то сегодня я носила бы титул графа Лэнгфорда, а не твой отец. Запомни это на будущее, а теперь поцелуй меня и пожми руку моему мужу.

Виконт Уиндхем поцеловал Ниссу в щеку, а затем протянул руку графу Марчу.

— Примите мои поздравления в связи с вашей женитьбой на моей сестре, милорд, — принужденно произнес он.

— Благодарю вас, милорд, — ответил граф.

Мальчик выглядел сконфуженным и одновременно сердитым. Наверное, потребуется не так уж много времени, чтобы завоевать его расположение. Очевидно, Филипп Уиндхем трогательно привязан к сестре.

— Что новенького при дворе? — поинтересовалась Нисса. — Кажется, мы отсутствовали целую вечность, хотя на самом деле нам предоставили совсем немного времени. Завтра утром я должна прибыть к королеве. — Улыбнувшись мужу, Нисса обратилась к братьям:

— А вы поедете с нами домой, когда мы наконец покинем двор?

— Я поеду, — ответил Филипп. — Жизнь придворного не привлекает меня, хотя я не жалею, что приобрел этот опыт.

— А я останусь в штате леди Анны, — сообщил Джайлс. — Разве ты не слышала, как я говорил об этом лорду де Винтеру?

— Вы должны называть меня Вариан, Джайлс, — поправил его граф. — И вы тоже, Филипп. Ведь мы теперь одна семья.

— Ты спрашивала о новостях, Нисса, — сказал Филипп, не реагируя на слова зятя. — Так вот, госпожа Говард прогуливалась в парке наедине с королем. Леди Хорек поспешила сообщить эту новость всем и каждому. Эта женщина еще не нашла свое призвание. Из нее вышла бы великолепная сводня. Во всяком случае, у нее есть для этого все необходимое, включая родственные связи.

— Леди Хорек? — недоумевающе поднял бровь граф Марч, но через минуту его лицо просветлело. — Ну, конечно! Леди Рочфорд! Как точно вы прозвали ее, Филипп. Мне она тоже всегда напоминала то ли хорька, то ли ласку, — засмеялся Вариан. — У вас острый глаз, сэр. Поздравляю.

Филипп был польщен.

— Я всегда ее терпеть не мог, — честно признался он. — Вечно она повсюду шныряет, вынюхивая и подслушивая.

— Я тоже не люблю ее, — согласился Вариан де Винтер.

— Вариан считает, что мы должны завязать узлом язык леди Марлоу, чтобы прекратить поток сплетен, — сказала Нисса.

Ее братья залились смехом, и последние следы напряженности исчезли. Слуга принес вино и печенье. Мальчики с удовольствием провели с Ниссой и ее мужем еще около часа. При расставании братья стали богаче: граф Марч вручил каждому из них золотой.

— Какая жалость, что у нас только один зять, — заметил Джайлс.

— Кажется, он не такой плохой, как я опасался, — признал Филипп.

— Ты был с ними очень мил, — сказала мужу Нисса, когда ее братья наконец ушли. — Джайлс — тот дипломат, а вот Филипп — злючка.

— Просто Филипп тебя обожает, — уточнил граф.

— Да. Мне было почти четыре, когда он родился, и я его нянчила. Прошло еще три с половиной года, прежде чем появился Джайлс, а до этого были только Филипп и я. Мы очень сильно привязаны друг к другу. Он страдает, что я не открыла ему правду, но я не стану ничего говорить, пока мы не приедем домой и не расскажем маме и папе. Филипп — горячая голова. С него станется, например, открыто призвать к ответу твоего деда, а это ничем хорошим не кончится. Теперь, когда король начал открыто ухаживать за твоей кузиной, он не захочет ни пожертвовать своей мечтой о ней, ни оказаться в центре грандиозного скандала, затеянного четырнадцатилетним мальчиком. Филипп может запросто в конце концов оказаться в Тауэре, и тогда бедной мамочке придется ехать спасать его.