Жажда - Валерия Ангелос

- А как надо? – спрашивает парень. – Покажи, как тебе нравится.

- Ты издеваешься? – заявляю, вспылив.

- Нет, - заключает серьезно.

Он и правда не смеется. Буравит меня тяжелым взглядом.

- Я не знаю, - бросаю глухо.

- Тогда я сам выясню.

Захар включает воду, берет мочалку и наливает на нее гель для душа. Наблюдаю за его движениями с подозрением, но реальный шок обрушивается на меня, когда парень подступает вплотную и начинает намыливать мое тело.

- Что ты делаешь? – срываюсь на шепот и закашливаюсь. – Прекрати!

- Больно?

Он застывает, не дотрагиваясь.

- Нет, но это не значит…

Всхлипываю и замолкаю. Мои «но» Захар не воспринимает, продолжает скользить по моему телу мочалкой. Нагло и уверенно. А еще – осторожно, обдавая щемящей нежностью, окружая заботой и лаской, словно шелковой тканью оплетает. Парень явно сдерживает силу и животные порывы.

Разгон у него бешеный. От отбитого психопата до нежного любовника. За секунду, по щелчку, тут и моргнуть не успеешь.

Захар отбрасывает мочалку и начинает растирать пену ладонями. Медленно оглаживает мои плечи, скользит вниз по рукам, потом перемещает пальцы на тяжело вздымающуюся грудь.

- Маленькая, - говорит он. – Трудно привыкнуть.

- Пусти, - шиплю я и дергаюсь, сбрасывая его руки со своего тела. – От того, что ты меня лапаешь, я не вырасту.

Парень усмехается и перехватывает мои запястья, склоняется и целует след от укуса, скользит языком по ранам от своих зубов.

Это кажется мне больным. Извращенным. Тянет врезать ему, ударить побольнее. Оттолкнуть, отпихнуть от себя. Но я опять оказываюсь в полном ступоре.

- Ты маленькая, - продолжает Захар, растирает пену по моей спине, скользит пальцами до ягодиц. – Нежная. Хрупкая. С тобой нельзя как с другими.

Лучше бы он молчал.

Другие. Сколько их было? Что он с ними вытворял?

- Я обычная, - заявляю, сглотнув. – Не хочу знать, какие мерзости ты вытворял с остальными девушками, но уверена, они этого не заслуживали. Тебе стоило бы проявить к ним больше уважения и подумать об их чувствах.

- Чего? – он насмешливо кривится. – Думать о шлюхах?

- Я уверена, они не были… такими до того, как попали в ваш проклятый университет. Здесь у девушек не остается выбора. Только искать покровителя. Ради защиты они соглашались на все. Но сами явно хотели нормальных отношений, а не кошмара.

- Я никого тут не защищал, - отрезает Захар. – До тебя. Ну а шлюхи у меня были и за пределами универа. Трах – отличная разрядка. А насчет правил «Клетки», каждый кто сюда поступает, знает, чем придется жертвовать.

- Какой же ты ублюдок, - выдыхаю сдавленно.

- С тобой тяжело, - ухмыляется он.

- Найди вариант попроще.

- Такой уже не хочется.

- Мы слишком разные, - тихо роняю я. – Ничего не выйдет. Мы совсем не понимаем друг друга. Люди из миров, которые не должны были пересечься.

Захар отпускает меня и впечатывает кулаки в стену по обе стороны от моей головы. Звук жуткий. Кажется, даже кафель пошел трещинами.

Я не понимаю, какая именно фраза взбесила парня. Ощущение, будто он жаждет меня прибить, размазать по запотевшим стенкам кабины.

Я боюсь смотреть в его глаза. Не могу себя заставить. Взгляд перемещается в сторону, к плечу. Отмечаю дикое сокращение мышц. Резкое, рваное. Судорога выкручивает мускулы. Понимаю, это то самое поврежденное плечо.

Я вижу, парню больно. И раньше, и сейчас особенно. Но он никогда об этом не скажет, не покажет, будто испытывает мучительные ощущения от травмы.

Эти громадные руки срывали с меня одежду, сдавливали тело до синяков. И они же меня ласкали. Пару секунд назад нежно растирали пену по чувствительной коже.

- Мы с тобой ближе, чем ты можешь представить, - чеканит Захар.

Я отворачиваюсь, подцепляю пальцами мочалку, хватаю тюбик с гелем для купания, выдавливаю щедрую порцию, подставляю под тугие струи воды на долю мгновения.

- Я помогу тебе принять душ, - говорю. – Но если ты опять начнешь приставать, то сразу уйду.

Захар отталкивается от стены и разводит руки в разные стороны, будто сдается в плен. На его губах играет усмешка.

Зря я этого гада жалею. Нет смысла ему помогать, сам справится.

Щеки горят. От смущения и от возмущения. Но я стараюсь справиться со всем побыстрее. Резво растираю парня мочалкой, пытаюсь не касаться его пылающей кожи, однако это практически невозможно. Пальцы соскальзывают.

- Признайся, - шепот Захара проносится обжигающей волной. – Тебе до одури нравится трогать меня.

Глава 29

- Пошел ты к черту!

Я швыряю мочалку в лицо Захара, но он ловко перехватывает предмет налету и хохочет, явно забавляясь моей реакцией.

- Я знаю места покруче, - говорит парень.

И в следующую секунду притягивает меня вплотную к себе. Поскольку я бешено брыкаюсь и лягаюсь ногами, получается извернуться, даже вырваться, но такое счастье длится недолго.

- Придурок, - шиплю, когда Захар прижимает меня спиной к своему каменному животу, после буквально выплевываю: – Маньяк.

- Только с тобой.

- Чего? – цежу возмущенно.

- Ты сама виновата.

Нет, он точно издевается надо мной. Даже не знаю, что раздражает сильнее: его до жути ровный голос или прикосновения, обжигающие кожу до колючих мурашек.

- Ты делаешь из меня идиота, - продолжает парень. – Заводишь одним взглядом. Как по