Моя новая жизнь - Лина Девис

— Вы так спокойны, — уважительно посмотрел помощник на своего начальника.

— Аришка очень похожа на меня в ее годы, тем более это не в первый раз происходит. Смотри и учись, пока я жив. Помочь чемоданы спустить, принцесса?

— Я сама, — бухтела, перемещая тяжелый чемодан из комнаты в коридор.

— Ты, я смотрю, настоящий герой. Жить под крышей, в помещении, есть вкусную еду — такая легкотня, любой справится. Попробуй-ка с бомжами под мостом голубя делить, тут закалка нужна. Ты ж мой смелый и сильный зайчик, найдешь способ, как с голубем остаться и от бомжей спрятаться. — продолжил разговаривать, как с дитем он, наблюдая за моими действиями.

— Уйдет же… — забеспокоился его помощник.

— Ш-ш-ш, — строго взглянул на него отец и снова обратился ко мне. — проводить тебя до ближайшего мостика, солнце мое?

— Ах, то есть до бабушки подвезти — у тебя планы, а выкинуть меня из дома — с радостью, пожалуйста, да? — с прищуром взглянула на него я, уперев руки в бока. — Сама доберусь.

Бросила на комод ключи от его дома, карту банковскую, вышла в коридор и схватила тяжелые чемоданы, чтобы отнести их вниз.

— У них колесики. — мягко напомнил мне Дмитрий.

— Мне так удобнее, — снова пыхтела от тяжести я.

— Манипуляции? — вопросительно посмотрел на Дмитрия помощник.

— Они, родимые. — кивнул отец, с весельем глядя на то, как я корячусь с чемоданами, спуская их по лестнице.

Он не стал за мной идти. Сколько я не оборачивалась, не увидела его, следующего за мной, с беспокойным взглядом. Ничего больше он не сказал.

Вышла аж за ворота. Ничего. Никто меня не остановил.

Села на чемоданы у забора, глотая злые слезы.

Ну вот, даже истерика у меня не удалась. Думала, он все же отвезет меня к бабушке, я бы тогда сразу закончила этот цирк.

Куда я теперь пойду? Не под мост же, в самом деле…

Через десять минут кованая дверь забора отворилась и Дмитрий, сложив руки на груди, посмотрел на меня в ожидании.

— Ну что, вредина? Ты всё или мне отправить письмо бомжам, чтобы они погрели местечко для моей прелести?

— А Александр не может меня отвести? — тихо пробурчала, отворачиваясь и утыкая взгляд на дорогу перед собой.

— Я же говорю, у меня планы. Ты даже не услышала меня.

— Хорошо, теперь слушаю, что за планы?

— Значит смотри, к нам в гости сегодня приезжает семья Каримовых, знаешь писателя Эдуарда Каримова?

— Да, читала некоторые произведения.

— Отлично, я хочу купить у него права на экранизацию его нового бестселлера. Там в сценарии будут сильные правки, в кино другие законы работают. Пригласил его задобрить, зная, что он сторонник семейных ценностей и для него важно, чтобы те, с кем он будет сотрудничать, были серьезными людьми. А показатель серьезности, по его мнению, наличие семьи.

— Вот как, значит…

— Мне очень нужна эта сделка, я не могу позволить, чтобы он ушел к конкурентам, — серьезно, но с мольбой в глазах говорил он. — проси, что вздумается, я могу много заплатить, или… чего ты хочешь?

Настроение испортилось еще больше. Какой же он… гад. Я его интересую только как картинка для его дурацких сделок. А деньги — единственная ценность, которая у него есть. Бездушный и бессердечный. Говорит обаятельно, очаровывает словами, улыбкой и блестящим взглядом, а внутри ни грамма симпатии к тому, кто повелся на сладкие речи, ни капли искренности. Фила мне напоминает, но тот, как будто бы делает это из привычки, не умеет по-другому, а Дмитрий же — из личной выгоды.

— Ладно, помогу. — вдруг соглашаюсь, поднимаясь с чемоданов.

— Мне не нравится, как светятся твои глаза… — осторожно произносит отец. — у тебя есть условие?

— Именно, деньги свои себе оставь. Я хочу, чтобы ты делал все, что я скажу примерно… две недели. Чтобы исполнял все, что я попрошу.

— Ох как… — удивился он, взлохмачивая волосы. — да я продаю душу дьяволу.

— Своей дочери, если точнее.

Посмотрел на меня, прищурившись.

— Ничего криминального я не пожелаю, у меня скромные запросы. — успокоила его я.

— Ок, давай свою истерически собранную поклажу, унесу в дом. — он схватил чемоданы и направился по дорожке к входу.

— Давай, отнеси, я переоденусь, и мы поедем в магазин, — беззаботно улыбнулась ему я.

— Зачем? — насторожился вдруг он.

— Я хочу приготовить лазанью для гостей. Надо заехать за продуктами.

— Маргарита…

— Я хочу сама! И ты должен меня слушать. Александра мы не возьмем, вдвоем поедем.

Тяжело вздохнул, бурча что-то себе под нос. Решила не заострять внимание.

Блуждая по роскошному продуктовому магазину, каких я еще не видела в своей жизни, мы с отцом выглядели как два маргинала. Большой и маленький маргинал.

Он натянул на голову глубокий капюшон толстовки и надел солнечные очки. У меня все было точно также, но под капюшон толстовки Фила, которую решила на себе еще оставить, надела кепку.

Дмитрий сказал, что будет слишком много шума от наших персон в людном месте. Не стала спорить, помня слова Алисы.

— Я не разбираюсь в продуктах, покупки делает Маргарита, — лениво ответил отец, облокачиваясь о тележку с продуктами, когда я показала ему две банки томатов разной марки.

— Значит покупаем наугад. — пожала плечами я и положила в тележку более яркую баночку.

Люди странно на нас смотрели. Всегда думала, что в продуктовом всем все равно на проходящих мимо, да и мы не делаем ничего, что бы могло показаться людям странным.

— Можно мне взять киндер? — спросила у кассы, держа в руках шоколадное яйцо.

— Бери, конечно, — улыбнулся Дмитрий.

Кассирша вдруг закрыла рот ладонью, пораженно уставившись на моего отца. Кажется, его голос был ей очень знаком.

— Вы… вы же…

— Мы торопимся, нам бы быстрее, — вдруг стал басить отец, прочистив горло.

— Да, конечно, извините, — она тут же опустила голову и стала пробивать продукты быстрее.

Дома мы потеснили Маргариту с ее приготовлениями, и я удивила ее новостью о том, что хочу приготовить лазанью.

— Ты бы сказала, что хочешь ее на ужин, я бы приготовила.

— Я хочу приготовить ее сама, со своим напарником.

— Каким напарником? — недоуменно посмотрел на меня отец, выкладывая привезённые продукты на стол

— Напарником, великим режиссёром, миллионером…

— Ты принижаешь мои финансовые возможности.

— Ой-ой-ой, мне так все равно, порежь лук кубиками, а я пока поставлю сковородку.

— Но у меня дела!

— И уговор слушаться свою дочь.

— Я не умею готовить.

— Я тоже когда-то не умела, были славные времена, но жизнь вынудила встать за плиту, и вот настал твой час.

Да-а-а, хозяюшка из