В паутине лжи - Аля Даль

Прогремел гром, и на землю посыпались крупные дождевые капли, разбиваясь о наши тела, но минуя прозрачное тело Люси, которая положила руку на плечо застывшего перед могилой отца. На лице девочки отпечалась последняя улыбка, с которой она уходила, поблагодарив меня веселым взглядом, пока не растворилась в ярком свете, видимом мне одной. Я схватилась за живот, сама не знаю, зачем. Смотря на Курта, не замечающего ливень, никак не могла устаканить в голове — как это, потерять собственного ребенка? Как это можно пережить?

Зайдя в полный зал главного имперского театра, я окинула присутствующих ищущим взглядом. Около месяца прошло с момента событий в поместье Редмонда, и с тех пор мы ни разу не виделись со Стефаном. Я не особо беспокоилась по этому поводу, потому как меня начала терзать постоянная непреходящая тошнота, и все мои силы были направлены на попытки не очистить желудок от какого-то случайного запаха, а регулы так и не пришли. Все буквально кричало о том, что Шанталь была стопроцентно права — я беременна, и по какому-то чудесному стечению обстоятельств стресс от заточения никак не повлиял на это.

Стефан объявился вчера, вернее, в двери я нашла билет в театр и поняла, что никто иной не мог пригласить меня туда. Весь день я раздумывала, как скажу ему о… результате страсти между нами, и искренне не находила слов, потому что боялась. Очень боялась быть отвергнутой и не могла справиться с этим, пропитавшись несвойственной мне чувствительностью, возникшей вскоре после зачатия.

Проходя мимо рядов, я сжимала билет с указанием места. Внимательным взглядом нашла нужное очень скоро: зал был полон, а мое место — единственное свободное. Слева от него сидел Стефан, но не обратил на меня внимания, даже когда я уселась рядом.

Я сама решила не приветствовать его словесно, только коротко кивнула, потому как не хотела портить его репутацию в высшем обществе знакомством со мной, учитывая, в каком платье я пришла, насколько оно ужасное и неказистое в сравнении с нарядами светских дам. Почувствовав себя как мышь в обществе домашних котов, я откинулась в кресло и с нескрываемым напряжением на лице стала ждать начала спектакля.

— Ты прекрасно выглядишь, — прошептал Стефан, поглядывая на меня периферическим зрением. Он легко делал вид, что следил за происходящим на сцене с самого начала, но скучающее выражение лица говорило про истинное отношение к происходящему. Меня поразило, что он не просто запомнил мои слова о том, что мне нравится, но ещё и решился его воплотить в реальность. Залившись краской от такой наглой мысли, я опустила глаза, хотя сама от напряжения и близости к любимому не следила за спектаклем. Почему я вообще решила, что его действия могут быть продиктованы моими желаниями, а не рабочей необходимостью?

— Спасибо, — прошептала я в ответ и закинула ногу на ногу, обнажив скромную обувь и часть чулка. Стефан довольно улыбнулся и положил ладонь на мое колено. Несмотря на то, что между его рукой и моей кожей была плотная длинная юбка, меня буквально обожгло прикосновение, заставив вздрогнуть и ощутить нестерпимое желание накрыть его ладонь своей.

— Скучнейшее зрелище, тебе так не кажется? — Стефан наклонился вбок и обжег мою шею горячим дыханием. Я отвернулась от близости его губ, утихомиривая желание впиться в них прямо здесь, у всех на виду.

— Настроение не для театра, — призналась я, опустив глаза, будто бы извинялась за то, как обхожусь с его приглашением. У Стефана так мало времени, он едва ли успевает отдыхать, а тут я еще и не ощущаю благодарности и удовольствия от прекрасного вечера.

— В таком случае, предлагаю прогуляться, — его ладонь, доселе покоившаяся на коленке, поползла выше, но остановилась на середине бедра. После моего одобрительного кивка, Стефан убрал руку и, скрестив их на груди, добавил: — Буду ждать в гардеробной. Разрешишь забрать твои вещи?

Я притянула к себе сумочку, висевшую на боку, и начала рыться в поисках номерка. Стефан забрал его незаметно, но одарил меня теплой улыбкой напоследок. Пробираясь мимо рядов, я ощущала его легкий взгляд на моей спине, но не решилась обернуться ни единожды. Покинув зал, сразу же пошла в сторону уборной. Подведенные глаза грозились потечь, предательски испортив макияж, который я старательно наводила целых полчаса. Я очень хотела вернуть себе то самообладание, которое было присуще до беременности, но не могла справиться с собой. Эмоции переполняли меня, не находили иного выхода, кроме как скатываться мокрыми дорожками по щекам.

Зайдя в уборную, я сразу же подошла к умывальнику. Немного воды хватило, чтобы смыть следы мой эмоциональной несдержанности. Глубоко вдохнув, я посмотрела на себя в зеркало, задавая отражению немой вопрос: как я скажу Стефану о беременности? Никак. Я не смогу. Возникнет столько неприятных вопросов, учитывая характер моей работы. То, что я спала с Редмондом — очевидный факт, так что доказать, что ребенок от Стефана в принципе невозможно. Может, тогда лучше не обременять его этой новостью до тех пор, пока мое положение не станет очевидным для окружающих?

Тряхнув головой, я отбросила терзавшие мысли. Буду действовать по обстоятельствам. Стефан уже наверняка в гардеробной, нехорошо заставлять его долго ждать. Безлюдный длинный коридор вывел меня к нужному месту, где мой спутник стоял в компании незнакомого мне мужчины. Бросив короткий взгляд на появившуюся меня, Стефан спешно свернул наверняка ничего не значащий диалог. Собеседник поклонился и ушел, после чего я позволила себе подойти к мужчине.

— Кто же виноват в румянце на твоих прелестных щеках? — аккуратно спросил меня Стефан о самочувствии, помогая надевать пальто. Несмотря на апрель, на улице было все еще прохладно, хотя ураганов не наблюдалось с момента разоблачения банды незадачливых магов-убийц.

— Плохая погода, — неумело соврала я, — у меня от сильного ветра всегда лицо краснеет.

Стефан ощутил фальш с первых нот, и хотя ему это не понравилось, он не стал давить. По крайней мере, сейчас.

— Значит, прогулка не может улучшить твое состояние? — поинтересовался он, а на моих щеках краска проступила еще сильнее. Обидеть Стефана отказом мне хотелось меньше всего. Я люблю его всем сердцем, но… столько всего в голове и на душе, что могу сделать это неосознанно.

— Отнюдь, — выдавила из себя улыбку. — Только она и может.

Ничего не ответив, Стефан подал мне руку. Я ухватилась за нее, как за спасательный круг после кораблекрушения, а спутника, судя по лицу, озадачило мое поведение. Несомненно, он чувствовал состояние людей на интуитивном уровне,