Цветочек ментального мага - Анна Кота

По его ответу я не поняла, хочет он отослать меня от себя или нет. Мне не хотелось доставлять ему лишних проблем, поэтому я постеснялась спросить прямо. Вдруг он подумает, что я навязываюсь ему после того, как мы вместе провели ночь. Он итак уже сделал для меня слишком много. Так много, что вряд ли мне когда-то удастся ему отплатить за доброту.

Из беседки в саду открывался чудесный вид на горы вдалеке. Ветер сменил направление, и теперь дул с севера. Ледяные порывы ветра хлестали по щекам, но мне было тепло рядом с Филиппом. Весна наступила в моей жизни после холодной и долгой зимы. И пусть эта оттепель будет длиться совсем недолго, я хочу насладиться ей сполна, а дальше будь, что будет.

Беседка располагалась на холме, на склоне которого было еще много снега. Тут же стояли санки. Мне вдруг очень захотелось прокатиться на них.

— Филипп, а чьи это санки?

— Наверное, внуки экономки развлекаются, — ответил он.

— Прокатимся? — я посмотрела на него просящим взглядом. Хотелось развлечься, чтобы не думать о предстоящем расставании.

— Что? — удивился Филипп.

— Ну, пожалуйста! — протянула я, — давно хотела покататься, еще с момента приезда на север, да все никак не выпадало возможности. А теперь уже вряд ли выпадет…

— Ах да, ты же всю зиму провела в заключении, и даже не успела увидеть красоты северной зимы. Не переживай, покатаешься на следующий год.

— Кто знает, где я буду на следующий год…

— Ладно, давай прокатимся, — согласился Филипп немного поколебавшись, — с детства этого не делал.

Он усадил меня на санки, а сам устроился позади.

— Поехали! — Филипп оттолкнулся ногами, и мы понеслись вниз по склону.

Я с визгом и криками летела вниз, радуясь как ребенок, а он обнимал меня сзади. Очень необычное ощущение! У меня перехватило дух от резкого спуска.

Внизу санки перевернулись, и мы упали в сугроб. Я сверху. Его губы оказались совсем близко. Я поцеловала его, а потом припорошила его лицо снегом. Он перекатился и я оказалась снизу, прижатая к земле его телом.

Мы оба посмеялись и какое-то время молчали, наслаждаясь моментом. Я чувствовала его, а он меня. Наши мысли переплетались. Я знала, что он испытывает ко мне тоже самое. Но самое печальное, что это ничего не меняет, я должна буду уехать.

Он пристально посмотрел мне в глаза, будто собирался что-то сказать, но промолчал. Мы остались лежать на снегу, глядя в небо. Снег и холод больше не имели значения.

***

С каждым днем на улице все больше пахло весной. Днем Филипп ходил на работу, а я читала книги из его библиотеки, гуляла по саду или рисовала акварели.

Филипп ничего не говорил насчет нашего будущего. Днем мне не давала покоя неопределенность, а вечерами с Филиппом я забывала обо всем на свете и не могла представить свою жизнь без него.

Я не решалась задать ему вопрос о том, что будет дальше, так как боялась разрушить хрупкое счастье. Пусть я не знала, куда ведет нас эта дорога, но хотела пройти по ней с ним настолько далеко, насколько смогу.

Последние дни он возвращался с работы хмурый, но ничего мне не рассказывал, делал вид, что все хорошо. Был внимателен, ласков, но иногда мне хотелось разгладить его тревожную морщинку между бровей. Мы ужинали при свечах, а ночью он развлекал меня, показывая на потолке спальни магические изображения экзотических пейзажей и виды других миров.

В один день все закончилось. Филипп задержался на работе, и мне подали ужин без него. Я пыталась есть, но кусок в горло не лез. Дурное предчувствие не давало мне покоя. Я ходила по столовой, не находясь себе места.

Когда он вернулся, я радостно встрепенулась, надеясь, что мои волнения напрасны, но осеклась, наткнувшись на его серьезный взгляд. Нутром почувствовала, что-то не так.

Я подошла к нему и поцеловала. Он холодно и без эмоций поцеловал меня в ответ и отстранился. Мне это не понравилось.

— Что-то случилось? — спросила я с тревогой заглядывая ему в глаза.

— Нужно было решить кое-какие дела по работе.

Филипп остановился посреди комнаты, не сел за стол, не позвал слуг, чтобы для него накрыли ужин. Это было плохим знаком.

— У тебя начались проблемы из-за меня?

Он глубоко вздохнул.

— Собирайся. Экипаж ждет возле крыльца.

Я с облегчением выдохнула. Наверное, он хочет пригласить меня в ресторан?

— Мы куда-то едем? Только вот мне нечего надеть для выхода в свет.

— Ты должна уехать, Флёр.

— Что?!

— Пришло время. Ты не можешь прятаться здесь вечно, — холодно произнес Филипп.

Мне сделалось дурно. Какое-то время я молчала, пытаясь переварить его слова.

— Ты не собираешься поехать со мной? — наконец спросила я дрожащим голосом.

— Нет.

Неужели происходит то, чего я так боялась. Он отсылает меня от себя!

— Я не хочу расставаться с тобой, — сказала я. Хотела чтобы голос звучал твердо, но он предательски дрогнул. Звучало так, будто я умоляла.

— Флёр, посмотри правде в глаза. Быть рядом со мной не для тебя.

— Но нам хорошо вместе.

— С этим амулетом ты выглядишь как обычный человек. Тебе нет места в моем мире.

— Почему ты так говоришь?

— Подумай сама. Мы не пара, и никогда не сможем ею быть. Что я могу тебе предложить? Быть моей тенью, скрываться, подвергая себя опасности быть раскрытой? В каком статусе ты будешь находиться рядом со мной? Любовницы? Совесть не позволяет мне тебе такое предлагать. Ты достойна большего. Тебе лучше уехать.

Я много раз думала об этом. Кем я могу быть при нем? Прекрасно понимала, что не женой. Но и в положении резервуара я не рассчитывала бы на брак. Но теперь моё положение даже хуже. Я должна скрываться словно преступница, маскируясь под обычного человека.

Филипп прав, мне нет места в мире магов. Тем более рядом с главой Магистрата, который всегда на виду. Но я согласна остаться в его доме в любом статусе. Чувства к нему были сильнее, я готова была притворяться человеком ради того, чтобы быть рядом с любимым.

— Я готова остаться в твоей тени.

Какое-то время он молчал, отвернувшись от меня и глядя в окно.

— Я не хочу, чтобы ты оставалась рядом со мной. — отчетливо произнес Филипп, глядя на меня пристальным холодным взглядом, будто пытаясь убедиться, что до меня дошел смысл.

Его жестокие слова резали, словно нож. Я вглядывалась в его лицо, пытаясь понять его эмоции, но ничего не могла прочитать по его синим глазам.

— Я