По воле богов. Подарок богини. Книга третья - Ольга Камышинская

— Давай так… — лорд Сурим посмотрел на неё долгим изучающим взглядом. — Ты не будешь горячиться и принимать поспешное решение прямо сейчас. Тебе надо немного отдохнуть, спокойно обдумать всё, что ты сейчас услышала. А завтра мы вернемся к этому разговору. Согласна?

Луду кивнула и он обратился к парню, который принес для Луду воду:

— Лео, проводи гостью на кухню, пусть её накормят, а потом — в гостевую комнату…

Уже выходя из кабинета Луду услышала возмущенно — требовательный голос молодой леди:

— Может вы мне теперь объясните, что происходит?..

***

Едва за девушкой закрылась дверь, Вивьен поднялась и решительно направилась к отцу.

— Что вы с ним сделали? — она села в гостевое кресло напротив Шайен Терра, где только что сидела Луду. — Я имею право это знать.

— Комадор Исмаил пытался тебя похитить. И понёс заслуженное наказание, — Вальтер откинулся на спинку кресла.

— Он жив?

— Пока да…

— Но умрёт?

— Скорее всего.

— И в чём его преступление?

— Он посмел посягнуть на твою жизнь.

— Хотел украсть. — уточнила Вивьен.

— Не вижу разницы. Его вежливо попросили три года назад воздерживаться от любых необдуманных поступков в отношении тебя…

— Это не настолько страшное преступление, чтобы за него казнить. Тем более, у него ничего не вышло…

— Вивьен…

— Я против, и настаиваю, чтобы его отпустили, накажите его пожизненным запретом на въезд в Валорию, потребуйте штраф, или я не знаю, что ещё… Но лишать жизни? Не слишком ли высокая плата?

— Вивьен…

— Кстати, когда это случилось? почему я ничего об этом не знаю? И ничего не заметила?.. Где вы его держите?

— В Арзуской бухте.

— Вы посадили его в акатлановые кандалы? — ужаснулась она.

— Он сильный маг, по-другому с ним было бы сложно справиться…

Вивьен сложила руки на груди, посмотрела исподлобья на отца, потом на Шайен Терра.

— Отпустите его…

— Он не успокоится, и снова вернётся, — невозмутимо возразил Шайен Терр.

— Всё равно…

— Это не разумно.

— Я хочу, чтобы его освободили.

— Вивьен… — начал Шайен Терр, но лорд Сурим остановил его жестом.

— Шай, подожди. Хорошо, — Вальтер посмотрел на Вивьен, уперся ладонями в край столешницы и подался вперёд, — если ты так хочешь, будь по-твоему! отправляйся в бухту и освободи его…

— Я? — опешила Вивьен.

— Да, ты. Тем более акатлановые браслеты кроме тебя никто с него не сможет снять. Я или Шайен Терр, можем составить тебе компанию, если хочешь. Да, Шай?

Вивьен закусила нижнюю губу и настороженно посмотрела на своего наставника.

— Обойдусь, позову с собой Мейдана, — она, повторив жест отца, остановила Шайен Терра, который поднялся из кресла следом за ней, — заодно расскажет мне подробности этой истории. Что-то мне подсказывает, без него тут не обошлось…

— Хорошо, — усмехнулся ей вслед Вальтер. — У Исмаила два дня на то, чтобы покинуть территорию Валории. Да, не забудь, Вивьен, с тебя новые браслеты!

— Договорились, — закрывая за собой дверь кабинета, ответила Вивьен.

Глава 34

Шесть лет назад.

Третий, открытый лордом Суримом, мир.

Царство желтых песков Владыки Фахтала.

Дом айка Яфа Нагуру.

Старинные манускрипты, с чуть сладковатым пыльным запахом, тугие шуршащие трубочки древних папирусов, постоянно норовящие свернуться и выскользнуть из рук, многочисленные разноцветные снадобья, эликсиры в колбах и склянках заполнили всё свободное пространство и время Вивьен, и она с жадностью погрузилась в изучение целительства, помогая айку с больными, а Пирху — с приготовлением лекарств и эликсиров.

И если на эликсиры у неё оказалась легкая рука, то с живыми людьми, пациентами айка, было куда сложнее. Вивьен их попросту боялась, впадала в ступор, всякий раз забывала всё изученное и то, что показывал и объяснял айк.

— Ты боишься сделать им больно, потому что тебе кажется, что они чувствуют острее и сильнее тебя. Но ты такая же, как они, Вивьен. Если ты снова начнешь чувствовать себя живой, то и бояться перестанешь. Ты понимаешь, о чём я?

Она понимала. И, стиснув зубы, старалась. Вспоминать каково это чувствовать себя живой было не просто и больно.

Пациенты были разные: улыбчивые, серьезные, напуганные, обиженные и злые на весь мир. Но всех их объединяла любовь и жажда к жизни.

Со временем Вивьен сделала удивительное открытие. Когда она сопереживала и сочувствовала другим, то и собственная боль забывалась.

Теперь Вивьен больше смеялась, болтала о всяких пустяках с Пирху, улыбалась его шуткам и колкостям, учила его ловить буркунов, училась у него драться на шестах, делать перевязки ран, осваивала ятролептию, вместе с ним под бдительным наблюдение айка постигала секреты владения практикой Шойфу.

Водоворот событий всё сильнее затягивал её, не давая возможности замыкаться в мире собственных ощущений и страданий.

Однажды в небольшую пристройку рядом с домом, где айк принимал больных, привезли молодую женщину.

Она пролежала, не приходя в сознание, несколько дней, пока однажды утром Вивьен не услышала, как знакомый голос поёт странную песню.

Мелодия была красивой, яркой и наполненной силой, Вивьен слышала её впервые. За ней хотелось следовать повсюду, она как яркий тёплый луч манила за собой.

Вивьен подошла к дверям домика, завороженная странным пением. Там её и перехватил Пирху.

— Прости Вивьен, сейчас туда нельзя.

— Почему? Что там такого?

— Айк поёт песню Света.

— Что?

— Это для новой пациентки, Лирны Вейш. Её состояние стабильно, но душа потерялась в потёмках у Сумрачных врат и не может вернуться обратно. Ей нужна помощь, чтобы найти дорогу к Свету и вернуться в тело.

— И она вернётся просто послушав песню? — удивилась Вивьен.

Пирху пожал плечами.

— Айк очень на это надеется.

В течение нескольких дней Вивьен часто слышала эту песню.

Как-то утром, когда айка не было дома, она зашла в домик, чтобы хоть раз взглянуть на таинственную пациентку.

Она лежала на узкой кушетке, укрытая по пояс покрывалом, руки покоились вдоль тела.

Вивьен села на пол у изголовья, закрыла глаза и тихонько запела, ту же песню, что пел айк. За несколько дней она успела её запомнить. Пела сначала тихо, потом чуть громче, закрыв глаза и покачиваясь в такт невесомой мелодии.

Ритм накатывал сам, усложнялся, колебался волной, то верх, то вниз. Вивьен уже летела вслед за песней, мелодия увлекала её за собой, проходя слои пространства.

И она не заметила, как её затянуло в воронку.

Внезапно её окутал мрак. Густой, как туман, вязкий, как кисель, он обступил со всех сторон так, что стало трудно дышать. Где-то рядом шевельнулась тень, от неё тянуло холодом и безнадёжностью.

По телу пробежал озноб, словно кто-то провёл рукой близко-близко. Или ей это