Арианна - Гроза Драконов - Анна Кривенко

     - О, великий Шехтан! – заунывным голосом, но вполне искренне воскликнул чиновник, а Ариан словно очнулся от своей глубокой задумчивости и резко повернулся к ним. Увидев их в такой раболепной позе, он поднялся на ноги и сделал навстречу к ним неуверенный шаг.

     - Мы пришли поблагодарить тебя, великий покровитель Марашех! Ты спас нас от чумы в тот день, и мы отныне рабы твои навеки…

    У меня по коже пробежали мурашки. Это было странное состояние, учитывая, что я обычно легко справлялся со всяким страхом. Ариан подошел к людям и начал мягко поднимать их с земли, прикасаясь к склоненным плечам. Его порхающие нежные прикосновение вызвали у семейства отклик в виде благоговейных слез.

     - Спасибо! – воскликнула пожилая женщина, видимо, жена чиновника.

     Девицы начали вытирать слезы ладонями, а потом протянули руки к Ариану, благоговейно прикасаясь к его одежде.

    - Не нужно, не нужно, - мягко убеждал их не плакать Ариан, но они продолжали это делать, вызывая эмоциональную реакцию даже у двух юношей, стоящих позади.

    Да что там юноши: даже у меня почему-то затрепетало сердце, и я совершенно другими глазами посмотрел на человека, в которого был влюблен!

    А что, если он действительно божество? Исцеление сотен людей от чумы? А ведь на такое не способен ни один человек на земле! Только бог!

    Он действительно бог??? Мне стало даже не по себе, и в разуме начали невольно вспыхивать воспоминания о нем из прошлого. Он всегда был загадочен и невероятно силен. Ему двадцать лет, но его внешность как будто замерла на возрасте семнадцати. Он… бессмертное нестареющее существо?

    У меня еще сильнее по телу побежали мурашки. Ореннар как-то рассказал, что Ариан спас его из лап огромного невидимого для всех остальных чудовища. Способен ли на это человек? А его удивительный голубой меч? Это же что-то невообразимое!..

     Ариан добросердечно обнял всех плачущих почитателей, чем привел их в еще больший восторг, а потом даже немного поклонился, выражая им свое взаимное уважение, и отправил их прочь.

     Когда они скрылись за деревьями, он как-то тревожно вздохнул, огляделся по сторонам и опять присел на берег лицом к озеру.

     Я вышел в нему уже с совершенно иным настроем. Даже моя жгучая ревность поутихла от недоумения и смятения в душе. Кто же ты на самом деле, Ариан???

                                                    *     *     *

     Я с трудом успокаивала свое колотящееся сердце. Какой тяжелый выдался день, и неизвестно, закончится ли он хорошо. Рафаэль… узнал, что Шехтаном считают меня!

     Я шла на пир, наивно полагая, что никто не станет меня замечать. Да уж, невежество и полнейшая наивность! Как беспечно было с моей стороны думать, что Нешуллам оставит меня в покое!

     Он не только усадил меня рядом с собой, но и заставил окружающих воздать мне славу, как их богу!

    Там был Рафаэль и его люди! Они увидели все!..

     Я испугалась. Я почувствовала себя женщиной, уличенной в супружеской измене! И хотя Рафаэль мне не муж и я ему не изменяю, но… у нас же есть уже любовь…

    Я сбежала в сад сразу же, как только смогла. Боялась увидеть Рафаэля. Не знала, чего от него ждать…

    Он появился довольно быстро: я почувствовала его присутствие у себя за спиной. Но нас прервали: семейство чиновника пришло выразить благодарность за спасение жизни во время чумы. Я отвлеклась на них немного, мое сердце откликнулось на их слезы, потому что их «атмосфера» проникла в меня и окутала немыслимыми трепетными эмоциями… Я была рада, что смогла им помочь. Жизнь каждого человека так драгоценна! Я раньше не осознавала этого так глубоко. Теперь понимаю… Самая великая сила в мире – это человеколюбие…

     Когда они ушли, Рафаэль приблизился снова. Я немного запаниковала, тело напряглось…

     Он подошел сзади, но потом опустился на землю и присел рядом. Я украдкой взглянула на него, ожидая увидеть гнев, но… гнева не было. Он задумчиво смотрел на спокойные воды озера и молчал. Я попыталась прикоснуться к его «атмосфере», но он не впустил меня, а вместо этого повернул ко мне свое немного печальное лицо.

    - Ариан, откуда ты пришел? – вдруг произнес он, а я сильно удивилась.

     - Я родился в империи Ран, в столице, - тихо проговорила я, не понимая причин его вопроса сейчас.

     - Откуда у тебя такая огромная сила, дары, голубой меч?...

     Я немного побледнела. Он сомневается во мне? Похоже на то…

     - Я… не могу пока тебе сказать, - честно ответила я и печально выдохнула.

    Он какое-то время молчал.

     - Значит, ты не доверяешь мне… - произнес он, как факт, а у меня болезненно сжалось сердце.

    - Это не так! – эмоциональней, чем следовало, воскликнула я. – Просто… есть вещи, которые не имею права говорить. Пока. Я… должен получить разрешение…

    Последнюю фразу я выдохнула с трудом. Я открыто призналась, что за мной кто-то стоит.

    - Значит, ты на кого-то работаешь… - проговорил Рафаэль так тоскливо, словно полностью разочаровался во мне.

    - Да, я посланник… - пробормотала я.

     Я так хотела понять, что творится у него в душе, но он меня в нее не впускал. Он разочарован? Он оскорблен? Он… теперь оставит меня?

    Последняя мысль обдала меня таким страхом, что я задрожала, а потом стремительно придвинулась к нему. Он не ожидал этого, по инерции слегка отшатнулся, но посмотрел в мое, искаженное тревогой лицо.

    - Рафаэль! – я положила руку на его ладонь. – Я…

     Замолчала, банально не зная, что сказать. Хотелось кричать, что безумно люблю его и что боюсь потерять, но слова застряли в горле.

     Вдруг со стороны послышались голоса, а я дико запаниковала: если я сейчас не скажу ему что-то важное, то, возможно, никогда больше не удержу!

     От дикого волнения произошла мгновенная самопроизвольная телепортация, так что мне даже не пришлось притрагиваться к лазуриту.

     Мы оказались в какой-то изумительной долине, поросшей морем ярких цветов. Недалеко шумел водопад, повсюду высились деревья, порхали бабочки в лучах теплого солнца.

    Я посмотрела на окружающее мельком, а потом схватила Рафаэля за обе руки.

    - Рафаэль! Прошу вас, верьте мне!

     Это все, на что