Новая кровь - Карина Вальц

Сбоку что-то просвистело…

Поначалу я решила, что это пуля, и лишь потом поняла, что кто-то рассек рядом воздух, но промахнулся, потому что в руках моих дернулся Хакон. Сивиллы, специальный отряд… поэтому стража бездействовала. Нельзя стрелять в любовницу короля, но ее легко можно обезвредить другими силами.

Об этом отряде я помнила постоянно, поэтому мы с Хаконом оказались у стены. Со спины на меня не напасть, надо всего-то добраться до двери. Стрелять в пустоту — так себе решение, можно ненароком задеть гостей. Поэтому я опять вспомнила о пленнике и ткнула дулом в его раскуроченное плечо:

— Скажи сивиллам, чтобы нас выпустили, иначе получишь третью пулю. А это уже целая дыра в плече, Хакон. Есть риск сдохнуть от болевого шока, не добравшись до живительной мертвой земли. А тебе еще моим проводником послужить придется… в общем, решай: третья пуля и возможная смерть или призрачный шанс спастись. И стать моим другом, конечно.

— Сука! Какая же ты… — он вскинул голову и закричал: — Что стоите? Уберите ее от меня, живо! Это приказ! Короля здесь нет, я приказываю вам ее убрать!

Меня ударили в бок, по ноге… я прижалась к стене, защищаясь Армфантеном-младшим. Все-таки надо было вывести его в коридор, использовать любую хитрость. Но я так торопилась, так боялась опоздать и узнать о казни Дарлана. К тому же, даже в коридоре мне бы пришлось столкнуться с этой невидимой силой, условия были бы похожими. Сложными.

И в этот момент произошло что-то.

Я почувствовала… на сей раз не Землю, нет.

Кровь.

В этих сивиллах текла мертвая кровь и она ко мне взывала. Я перехватила Хакона так, чтобы одна рука была свободной и вытянула ее вперед, останавливая нападение. Мертвая кровь не должна приближаться… кажется, я даже видела всех этих сивилл. Шесть человек, шесть силуэтов из темной густой крови. У них не было лиц, они все были лишь кровью.

И мертвая кровь застыла перед нами.

Не теряя времени, я подтолкнула Хакона к выходу. Он сопротивлялся, выкрикивал приказы и, кажется, совсем не усвоил предыдущие уроки. Неужели все ученые настолько тупы?

— Никто тебе не поможет, — рявкнула я, прикрыв за собой тяжелые двери зала. Как же надоели эти вопли… к тому же, мое устрашающее платье пропиталось чужой кровью. Обидно, в каком-то смысле оно было красивым… пугающим, но уникальным. И уж точно не заслуживало такой участи: быть вымазанным мерзкой кровью Хакона.

— Мы не одни, даже не мечтай, — хрипло рассмеялся Армфантен-младший. — Ты отошла от стены, а значит, тебе легко нанесут удар в спину.

— И кто это сделает? Носители мертвой крови?

— Они самые.

Вздохнув, я отшвырнула от себя Хакона. Он пролетел вперед и повернулся ко мне. Я прицелилась в его дважды раненое плечо и спросила:

— И где удар по голове? Отличный момент, как по мне. Но никто его не использует, потому что в коридоре мы с тобой вдвоем. Сивиллы остались в зале и на помощь не придут. Нет, они пытались, но… оказывается, мертвая кровь ко мне взывает. Не знала об этом, но… логично. Научно, если тебе так проще.

Может, поэтому сивиллы сгонялись в Низменность и Роксана ничего с этим не делала? Чтобы ненароком не включить живых в число мертвецов, а после не отправить в Посмертье. Как знать… но я чувствовала, что для мертвой крови внутри живых людей я хозяйка.

— Ты…

— Стража арестовала Дарлана Бурхардингера. И ты знаешь, где его держат, Хакон. Кому, как не тебе это знать… отведи меня туда.

— Да я кровью сейчас истеку! Почему не взять стражника?

— Я думала об этом, но… зачем мучить невинного человека, когда я могу помучить тебя? Восстановить знаменитый баланс. Твои предки из Посмертья одобрят. И я уже устала повторять, но только от тебя зависит, когда ты с предками встретишься: уже сегодня или годами спустя. Мне не жаль будет отправить тебя в Посмертье, Хакон, так что вставай и веди меня, куда сказано.

Не без труда Хакон поднялся на ноги. Пошатываясь, схватился за стену, но под моим нетерпеливым взглядом предпочел взять себя в руки и пошагал по коридорам дворца, пачкая пол кровью. Я держалась рядом, и, если вдруг нам встречались люди, мы с Хаконом действовали сообща: сиплым голосом он приказывал пропустить, а я демонстрировала оружие в руках. Сразу бы так, обошлись бы без единого выстрела.

— Жаль, ты не влил мертвой крови себе, — посетовала я, спускаясь в темное подземелье. — Проще бы договорились.

Армфантен промолчал, даже сукой не обозвал. За время пути он успел побледнеть, посереть и облиться потом, крупные капли то и дело стекали по блестящему лбу. Похоже, ему и правда очень, очень больно.

Подземелье оказалось смутно знакомым, тогда я поняла одну забавную деталь: а дворец-то у нас не на пустом месте возвели, а вместо старых лабораторных зданий. Но фундамент и нижние этажи остались… и именно здесь когда-то мы с Хаконом искали общий язык, пока напротив разлагался его полумертвый друг.

Под Тенетом вообще много что располагалась когда-то.

Наше с Хаконом путешествие неизбежно закончилось: если в коридорах мы натыкались в основном на прислугу, то теперь уперлись в барьер из стражи. Той, что отправилась с королем и короля охраняла. Никого здесь не напугает угроза жизни какому-то ученому. Может, только сам Хал пожалеет соратника.

Жестом я предложила Хакону встать на колени, а страже сказала:

— Передайте его величеству, что я желаю обменяться пленными. Он волен выйти ко мне лично, но я согласна и на переговоры через посредника. Кажется, в нашем случае это будет эффективнее.

Развития событий я ждала без особых эмоций. Они схлынули все разом… как отрезало. И надежда куда-то подевалась, и вера в лучшее. Дарлана нестерпимо хотелось придушить, но он быстро и наглядно показал настоящий расклад, куда там каким-то банальным картам. Хотя и они неплохо справились.

Хал появился из боковой двери, приказал страже убрать оружие и уйти. Свой револьвер я тоже отдала, причем добровольно, ни к чему он мне больше. Потного, жалкого и окровавленного Армфантена-младшего подняли на ноги и помогли выйти.

— И зачем все это было? — поинтересовался Хал.

Я пожала плечами:

— Прости, не успела изучить твой дворец, а пыточные помню только у стены. Ты ушел, не попрощавшись, пришлось импровизировать.

— И ты не придумала ничего лучше взятия заложника?

— Не пыталась придумать