Возлюбленная мертвеца - Элина Лунева

— Как я мог не почувствовать их приближение? — проскрежетал он сквозь зубы.

Затем он вдруг вскочил и резко задвинул меня к себе за спину. Ничего не понимая, я растерянно захлопала своими глазами и попыталась выглянуть из-за его широкой спины.

Раздался грохот открываемой парадной двери и топот множества ног. Я попыталась подпрыгнуть и посмотреть, но лич был достаточно высок. Тогда я выглянула из-за его плеча и остолбенела. Весь холл был заполнен рыцарями смерти. Они выстроились торжественным коридором, по которому решительным шагом шествовала Сандра в сопровождении троих своих мужей и трех мертвых магов.

Завидев нас с Джулианом, она остановилась и гневно произнесла:

— Я жду объяснений, Джулиан, — проговорила он ему, а затем посмотрела на меня, и на её лице отразилось облегчение и усталость, — Слава богам, Никс, ты невредима.

С этими словами она протянула мне обе руки для объятий. Я рванула к ней, но тут же наткнулась на жесткое плечо Джулиана.

— Сандра! — крикнула я ей, пытаясь оттолкнуть удерживающего меня лича.

— Отпусти её, — проговорила моя подруга мёртвому магу.

Он промолчал, и лишь решительно замотал головой.

— Ты перечишь моей воле? — удивленно проговорила королева и её брови взметнулись вверх.

— Нет, ваше величество, — ответил холодно Джулиан, и схватил меня за запястье, — Но, она — моя.

Сандра недоуменно посмотрела на своего лича и наклонила голову в бок.

— Что значит твоя? — требовательно задала она вопрос, — Она что вещь? Предмет неодушевленный? И не имеет своего голоса и мнения?

Глаза моей подруги полыхнули гневом, и даже я почувствовала, как вокруг нас разлились мощные волны энергии. Это была неодушевленная магия. Даже мне стало страшно.

Вдруг рука лича на моём запястье задрожала и разжалась, и он скрепя зубами упал на колени.

— Иди ко мне, Никс, — снова протянула ко мне руки подруга.

Я вновь рванула к ней и утонула в её ласковых объятиях.

— Боги, Никс, это и вправду ты? — ошеломленно проговорила Сандра, уткнувшись мне в плечо. Затем она отстранилась от меня и заглянула мне в лицо, и я увидела в её глазах слезы и радость.

— О, как же я рада, что ты здесь, что жива и невредима, — снова обняла меня Сандра. Затем она вновь отстранилась и взволнованно продолжила, — Ты невредима, ведь так? Все хорошо? Тебя никто не обидел?

На последней фразе она бросила сердитый взгляд на коленопреклоненного лича.

Я сквозь слезы радости улыбнулась ей:

— Да, все хорошо, и меня никто не обидел, и я невредима.

Она поцеловала меня в висок, обняла за плечи и повела к лестнице.

— Пойдем, подруга. Ты должна рассказать меня всё-всё. Я просто умираю от нетерпения! — весело защебетала Сандра.

— А ты мне, — проговорила я ей с улыбкой, бросив красноречивый взгляд на её мужчин, отчего она густо покраснела и потупила свой взгляд.

Мы шли, обнявшись, по коридорам дворца, пока не оказались в уютно обставленной маленькой гостиной. Сандра позвонила в колокольчик, затем о чем-то задумалась, а потом, улыбнувшись мне, произнесла:

— Ты любишь горячий шоколад? — спросила она, загадочно улыбаясь мне, — Зимние ветра пустоши пробирают до самых костей, и я порядком продрогла, пока мы ехали к замку. Я подумала, что чашка горячего шоколада была бы сейчас весьма кстати. Или может лучше теплого вина? Как ты относишься к глинтвейну?

Я растерянно захлопала своими глазами, ведь я раньше никогда не пробовала ни того, ни другого.

— Тогда лучше вина, — хлопнула она в ладоши, и тихонько для себя добавила, — Пока я могу его ещё себе позволить.

— Что? Ты беременна? — спросила я, просияв.

— Нет, — решительно ответила она, и через паузу добавила, — Пока, нет. Но сейчас не об этом. Давай рассказывай, где ты была все это время и как оказалась здесь?

Прошло несколько часов, и на улице уже даже стемнело, а мы всё говорили, говорили и говорили. Уже было выпито изрядное количество вина и съедено множество различных сладостей и вкусняшек. Мы лежали на толстом пушистом ковре возле ярко пылающего камина и разговаривали, разговаривали, разговаривали. Я рассказала ей всё-всё, что со мной произошло с того памятного дня, когда мою подругу увез герцог Бертье в свой пограничный форт Грозовой. Она же потом мне поведала свою удивительную историю приключений.

И вот когда она говорила мне о тех или иных событиях, произошедших с ней во время её скитаний и приключений, моё воображение само дорисовывало различные детали, которые моя подруга хотела умолчать или смягчить. Или возможно это мой дар показывал мне все произошедшее в ярких красках без стеснений и утаек.

Сказать, что я была удивлена, это ничего не сказать. Я была шокирована всем услышанным и увиденным. Боги, сколько же эта хрупкая девушка вынесла за эти месяцы. А ведь она была почти на год младше меня, но теперь было такое ощущение, что она старше на целую жизнь. Я всегда знала, что она другая, особенная, а ещё невероятно талантливый и одаренный маг. И вот теперь она — королева этих земель, и в её силах вернуть этой пустоши жизнь.

Мы еще долго делились различными переживаниями и мнениями, а потом просто лежали и смотрели на пламя огня.

— Это невероятно, — тихо проговорила Сандра, — Джулиан вынес тебя из самого пекла сражения. По сути, он спас тебе жизнь. Я не раз видела боевых орков в деле и с уверенностью могу сказать, что тебе очень повезло.

Она сделала паузу, а потом приподнялась на локте и заглянула мне в лицо.

— И что ты думаешь делать теперь? — спросила она меня серьезно.

Я тоже приподнялась и пожала плечами:

— А что мне делать? Я никому не нужна, ты же знаешь, как у меня обстоят дела в семье. А возвращаться ко двору императора я ни за что не стану, уж лучше смерть.

— Я не об этом, — решительно замотала она своей золотоволосой головой, — Я о Джулиане.

— О, — только и смогла произнести я.

Она села, скрестив на ковре ноги.

— Он неравнодушен к тебе, мягко говоря, — тихо произнесла Сандра, — И мне очень горько от мысли, что кто-то из моих приближенных страдает. Но видно по-другому не получится, — добавила она уже сама для себя.

— Ты о чем? — растерянно спросила я её.

— Здесь дело серьезное, Никс. Он, ослушавшись моего приказа, бросил вверенный ему отряд рыцарей и покинул поле боя без моего ведома и позволений. Это трибунал! В любом другом месте такой поступок карается смертной казнью без разбирательств и выяснений. И очевидно он понимал, на что шёл, но по-другому не мог. Он рискнул