Рог белого медведя - Олла Дез

— Это снова довольно распространённое крылатое латинское выражение. И в переводе оно звучит так «Что позволено быку, не позволено богу». Только вот в оригинале оно звучит по-другому. Так же как и двух других его переврали. «Quod licet bovi, non licet Iovi» — именно вот так оно и звучит. А у нас заменили слово. Вместо «бог» у нас «бурый». И получилось — «Что позволено быку, не позволено бурому».

— Э… И что это означает, гуна Астрид? — наморщив лоб, спросил Калле.

— У этой поговорки есть множество трактовок. И ее можно читать и по-другому. «Что позволено богу, не позволено быку». Но смысл был в том, что однажды древний бог Юпитер обратился в быка, что бы похитить прекрасную девушку. Он смог это осуществить только в этом облике и никак иначе. Отсюда и поговорка. Не в каждом облике можно что-то сделать. Ну, или шире: то, что может простой смертный не доступно богу, а то, что может бог не доступно смертному.

— Асти, а слово, которое переврали это «бурый»? Да? — муж наклонился над блокнотом с картинкой стены.

— Да. Вот видишь, как будто начали писать правильное слово и даже вывел первую букву. Но потом переправил «I» на «F». Но даже в этом слове он умудрился сделать ошибку. В конце приписав букву «V».

— А предыдущие выделенные слова какие?

— «Глаза», «Пятна», и вот сейчас «Бурый» переделанный из «бога».

— А может, имеется ввиду та пещера? С глазами бога? — подал голос один из местных полицейских.

— Какая еще пещера? — недоуменно переспросил Калле.

Полицейский встал и отрапортовал:

— Пещера недалеко от столицы восьми домов Дубхе. Она так и называется «Глаза Бога». Она проходная и внутри дорога, а вот в потолке два отверстия похожие на миндалевидные глаза. В дождик там капает вода и похоже на слезы. А еще луна, когда заглядывает в одно из окон, кажется что это зрачок — поведал полицейский.

— Так. Талек. Отправь в эту пещеру полицию. Пусть все тщательно обыщут, опросят всех местных жителей, узнают, кто недавно посещал ее, и особенно расспросят по приметам нашей лже-горничной Келды Лайз.

— Сделаю.

Я вот была абсолютно уверена, что это ложный след. Но проверить все же стоило. О своих догадках я скажу мужу наедине. Вовсе ни к чему мне тут выступать. Перевела и хватит.

Я тихонько сидела в уголочке только вот не читала, а внимательно слушала доклады полицейских. Они обсуждали машину, на которой могли приехать преступники, их возможные места проживания и остановки в городе. Было познавательно, но скучно. Они еще долго обсуждали меры, которые можно предпринять, и я снова взялась за книгу. Но потом Бьорн встал и скомандовал:

— За работу!

Все встали и направились к дверям. В комнате для совещаний остались только Бьорн, Талек, Калле и Сиг. И я решилась.

— Асти? — повернулся ко мне Бьорн — Проголодалась? Мы сейчас идем ужинать.

— Бьорн, постой. Я хотела сказать…

— Да, Асти — подбодрил муж.

— Не думаю что это связано с пещерой «Глаза Бога». Смотри, первое убийство произошло в твоей столице, но перед этим вам поступило письмо, в котором есть крылатое выражение «Nihil perpetuum amisit. Hoc modo non est in loco» Ничто не бывает утеряно окончательно. Просто оно лежит не на своём месте

— Ну, да. Мы тогда решили, что это относится напрямую к поискам Рога Медведя — подтвердил Бьорн.

— Да, но потом идут еще три слова, которые не входят в крылатое выражение. Это слово «Alĭbi» — что переводится как «В другом месте» и «Ultimum refugium» — «Последнее убежище» — перевела я.

— Нет, нет стоп. Гуна Астрид! Алиби — это когда преступник утверждает, что он не имеет к преступлению никакого отношения — начал Калле и тут видно до него дошло.

— Правильно. Алиби — «другое место». И это в свою очередь «обеляет» преступника. Я не уверена, но только так можно это объяснить. Это намек что следующую запись следует искать у белых. И убийцы выбрали твою столицу Бьорн.

— Так — поморщился муж. — Дальше они ошиблись с местом? Потому что надпись гласила про «другое»?

— Да, там было «И на солнце бывают пятна» и, как известно медведей Макулосус, в столице которых я жила все семь лет называют пятнистыми. Да, город на границе, но на границе с ними.

— Кажется, я понял. «Глаза — зеркало души» — и это говорит о «Очковых медведях»? — подхватил мою мысль Бьорн.

— Да, как сказал нам их глава, до недавнего времени их называли — «глазастыми».

— Ну, так при обороте вокруг глаз у них круги. — Пожал плечами Калле — Как прикажите их еще называть?

— А что мы имеем сейчас? — спросил Бьонр.

— Думаю что Бурый — напрямую относит нас к единственному представителю этого дома в Парламенте — это дом Гризли.

— Льёт Арктос будет в восторге — и Бьорн закрыл глаза рукой и вздохнул.

— Что предпримем? — спросил Талек.

— Депешу. Льёту Арктосу. Срочно. Предупреди, что по нашим сведениям убийство произойдет в его Коннетабле. Пусть срочно мобилизует все силы полиции. Поднимает в строй жителей городов. Пусть организуют дежурства. Крепких мужчин поднимут временно на дежурство и патрулирование улиц. Он должен поймать их.

— Понял. Я вышлю ему описание примет этой девицы лже-горничной Келды Лайз — кивнул Талек.

— Многие его люди входят в состав нашей команды. Отправь их к нему в столицу. Подробно объясни ситуацию и проинструктируй. Асти? У тебя нет соображений какой они выберут город? Место же имеет значение? — спросил муж.

— Я не уверена, Только догадки. Но мне вот кажется столица… — протянула я.

— Так. Талек. Пусть сосредоточит силы на столице. Мусцида большой город. Не такой как Дубхе. Но все же столица Коннетабля. У нас есть по предварительным данным месяц. Именно такое время преступники выжидают перед следующим убийством. Пусть Арктос использует его с умом.

— Понял. Сделаю. Ужин? — спросил он.

— Да, не мешало бы — кивнул муж.

— Ресторан рядом с домом бургомистра славится хорошей кухней. Я выяснял. Предлагаю, вам всем отправится туда. Я отдам распоряжения и догоню.

Бьорн подал мне руку и помог встать с кресла. Потом обнял и прижал к себе. Так передвигаться было не очень принято, но Бьорну, судя по всему, сейчас на это было глубоко плевать. Я чувствовала, что ему нужна моя поддержка и не собиралась в угоду этикету лишать его этого. Поэтому вот так обнимаясь, мы и направились на выход.

В шубе в городе было откровенно жарко, все же это был самый южный город, и снега