Улица Светлячков - Кристин Ханна

Когда Кейти услышала, как зашевелился рядом Джонни, все тело ее напряглось.

— Доброе утро, — произнес он.

Кейт не умела ни изображать скромность, ни казаться равнодушной. Она искренне любила этого человека и не могла притворяться. Но она посчитала хорошим знаком то, что Джонни не спешил встать с кровати и не стал торопить Кейт.

— Расскажи мне о себе то, чего я о тебе не знаю, — проговорила Кейт.

Джонни погладил ее по руке.

— Хм… Ну, я был служкой в церкви.

Совсем не трудно было представить его в этой роли — юного худого парнишку с зачесанными назад волосами, смоченными водой, чтобы не падали на лоб, беззаботно шагающего вдоль рядов церковных скамей. Представив этот образ, Кейт захихикала.

— Моя мама была бы в восторге, услышав о тебе такое.

— А теперь ты расскажи мне что-нибудь о себе.

— Я помешана на научной фантастике. «Звездные войны», «Звездный путь», «Дюна» — я просто обожаю все это.

— А я бы скорее подумал, что ты обожаешь читать романы про любовь.

— Ну, и это тоже. А теперь расскажи мне что-нибудь важное. Например, почему ты оставил профессию репортера.

— Тебе всегда хочется копнуть поглубже, да? — Джонни вздохнул. — Впрочем, думаю, ты и сама уже догадалась. Эль-Сальвадор. Я отправился туда, представляя себя кем-то вроде белого рыцаря, которому предстоит пролить свет истины на происходящее. Но когда я увидел, что именно там происходит…

Кейт ничего не сказала, только поцеловала Джонни в плечо.

— Мои родители многое от меня скрывали. Я думал, что знаю все, но это оказалось не так, к такому невозможно подготовиться. Смерть, кровь, разорванные тела. Мертвые дети на улице и мальчишки с автоматами. Меня взяли в плен… — Голос Джонни дрогнул, но после паузы он продолжил: — Я не знаю, почему меня оставили в живых, но они это сделали. Мне повезло. И я… я сбежал домой.

— Но ты не сделал ничего такого, чего должен стыдиться.

— Я бежал, как трус. И я проиграл. Ну вот, теперь ты знаешь, почему я в Сиэтле.

— И ты думаешь, что мои чувства к тебе могут от этого измениться?

Последовала долгая пауза, прежде чем Джонни произнес:

— Нам не стоит торопиться, Кейти.

— Я знаю. — Кейт прижалась к нему. Она хотела запомнить каждую черточку его лица, нового, утреннего лица мужчины, с которым она провела ночь. Она заметила проступившую на подбородке щетину и подумала: «Ну вот, уже произошли перемены».

— Я не хочу сделать тебе больно, — сказал Джонни.

Ей захотелось просто сказать: «Тогда не делай», но сейчас было не время играть словами. Сейчас многое значила честность.

— Я пойду на риск и готова вытерпеть боль, если и ты пойдешь на этот риск, — спокойно ответила она.

Тень улыбки скользнула по губам Джонни, но на лице его читалась озабоченность.

— Так я и знал, что ты окажешься опасной.

Кейт ничего не понимала.

— Я? Ты, должно быть, шутишь, никто никогда не считал меня опасной.

— А я считаю.

— Почему?

Джонни ничего не ответил. Он повернул голову и потянулся к ней губами. Кейт закрыла глаза в ожидании поцелуя, но, прежде чем их губы сомкнулись, Джонни произнес:

— Потому что ты — из тех девчонок, в кого можно влюбиться по уши.

В голосе его при этом не было радости. Казалось, признание этого факта огорчило Джонни.

Кейт возвращалась домой. Всего несколько минут назад она парила в облаках, вспоминая ночь, проведенную в объятиях Джонни, но сейчас настало время вернуться на землю и сказать себе, что она просто переспала с мужчиной, с которым до этого спала ее лучшая подруга.

Что скажет Талли?

Кейт открыла дверь их квартиры и вошла. Этим серым дождливым утром в квартире было удивительно тихо. Кейт бросила сумку, прошла на кухню и приготовила чай.

— Где, черт побери, ты была?

Кейт поморщилась и обернулась.

Талли стояла перед ней с мокрыми волосами. И на ней не было ничего, кроме накинутого на плечо банного полотенца.

— Я уже хотела звонить в полицию. Где… О, да на тебе вчерашний костюм. — по лицу Талли медленно расплылась понимающая улыбка. — И с кем это ты провела ночь? О господи, да ты краснеешь! — Талли рассмеялась. — А я уже начала думать, что ты умрешь девственницей.

Талли схватила подругу за руку и потащила к дивану.

— Рассказывай!

Кейт смотрела на свою лучшую подругу, жалея, что не пришла домой позже — после ухода Талли на работу. Ей нужно было собраться с мыслями, решить, что делать дальше. А Талли могла разрушить все одним словом, одним взглядом. «Он мой», — могла бы сказать Талли. И что тогда делать Кейт?

— Говори! — снова потребовала Талли, легонько толкая подругу в бок.

Кейт набрала в легкие побольше воздуха.

— Я влюбилась.

— О боже! Влюбилась? После одной ночи?

Теперь или никогда! И хотя «никогда» звучало гораздо привлекательнее, не стоило откладывать неизбежное.

— Нет, — сказала она. — Я люблю этого человека уже несколько лет.

— Кто же это?

— Джонни.

— Наш Джонни?

Кейт постаралась не реагировать на слово «наш».

— Да, прошлой ночью…

— Но он же спал со мной совсем недавно! И потом продолжал названивать. Ты нужна ему, чтобы забыться, он не может любить тебя.

Кейт постаралась не придавать значения этим словам, но у нее ничего не получилось.

— Я так и знала, что ты переведешь все на себя.

— Но… он твой босс, черт побери!

— Я уволилась. Через две недели я начинаю работать в рекламном агентстве.

— Вот это здорово! Жертвуешь карьерой из-за парня.

— Мы обе знаем, что я недостаточно хороша, чтобы сделать карьеру на телевидении. Это была твоя мечта, Талли. И так было всегда.

Талли готова была с ней поспорить, но Кейт знала, что никакой ее аргумент уже ничего не сможет изменить.

— Я люблю его, Талли, — сказала она наконец. — Я люблю Джонни уже несколько лет.

— Но почему ты мне ничего не сказала?

— Я боялась.

— Чего?

Кейт не отвечала.

Талли молча смотрела на подругу, и в ее темных выразительных глазах Кейт читала все: досаду, беспокойство, ревность.

— Вся эта история пахнет бедой.

— Я тоже не верила в чувства Чада тогда, в самом начале ваших отношений. Но я отодвинула свои сомнения в сторону, потому что так было нужно тебе.