Мои сны о тебе - Таша Сосновская

И да, я признаю, что люблю этого мужчину, со всеми его тараканами. Плевать на ворох его принципов и неписанных правил, я готова принять его вместе с ними и подстроиться под них. Но видимо придется выбрать между им и его работой. И пожалуй, если он покажет, что мои чувства взаимны, я выберу его. Работу можно найти и другую.

— Понятно… — Как то задумчиво шепчет Марк и поднимается на ноги. — Идем!

Я смотрю на протянутую руку и молча моргаю, пытаясь понять, что он задумал. Но на его лице теплая улыбка, что говорит о чистоте намерений. Потому я с легкостью принимаю предложенную помощь и встаю с дивана.

— Хочу показать тебе одно место, где можно сбросить весь негатив и привести голову в порядок. — Говорит когда мы выходим из кабинета. — Давай через запасной выход, не хочу, чтоб посетители и, тем более, персонал, видели тебя в таком состоянии. Я подгоню машину туда.

Шокирует меня мужчина, но я целиком и полностью согласна с ним. Не стоит светить красным носом и опухшими глазами перед подчиненными, они не должны видеть моих слез. Мне не нужны косые взгляды или пересуды в коллективе, мне нужно поддерживать свой авторитет.

Выхожу на задний двор и вдыхаю полной грудью морозный воздух. Щеки немного покалывает от замерзших слезинок. Шмыгаю носом и наконец немного успокаиваюсь и могу подумать о другом. А именно о Марке. Словно чувствуя это, машина поселившегося в моих мыслях, тормозит у переулка. Дверка с пассажирской стороны открывается и я вижу объект моего желания.

Стою как вкопанная не в силах пошевелиться. Просто смотрю и не понимаю, что делать дальше. Вот всегда сторонилась мужчин, не шла за ними слепо и не доверяла безрассудно. И теперь не понимаю себя от слова совсем. Не узнаю ту Киру, коей я была еще месяц назад. Ну не из тех я женщин, что готовы на спонтанный секс, ради удовольствия.

— Кира! — Слышу его громкий голос, но вот принять решение не могу.

Просто стою посреди переулка и моргаю. Даже в молодости я не была настолько увлечена лицами противоположного пола. Помню как с кривлялась от разговоров о перепихе в кабинках туалета ночных клубов. Или о соитии в спальне во время пьяных вечеринок. Это было противно и тошнотворно для меня. И дело не столько в воспитании, хотя мне с детства внушали о близости после брака, думаю тут дело как раз в первом горьком опыте. Пробовала — не понравилось. Вот после и остерегалась подобного. Боялась получить осуждение, боялась стать посмешищем или просто использованной, так сказать разовой девочкой. Слышала как одногрупники обсуждали и ласково называли их шлюшками.

— Кир, ну ты чего, замерзнешь ведь! — Выводит из транса его обеспокоенный голос.

И я скинув оцепенение и отбросив размышления срываюсь с места. Ни когда и не где не хотела находится так сильно, как просто рядом с ним. В идеале в его крепких объятьях, но пока и этого достаточно. Не знаю почему, но я верю ему. Верю, что все что будет, будет по желанию и я после не пожалею. Верю, что не станет насмехаться или не заклеймит позором. Может для этого и стоило отгородиться от беспорядочных связей и поисков умопомрачительного любовника?

Занимаю место рядом с ним и пристегиваю ремень. Марк бросает быстрый взгляд и кивает словно сам себе. Вдавливает педаль в пол и вот мы летим неизвестно куда. Но даже эта неопределенность не внушает страха, как и тогда в ресторане. Только приятный трепет от исходящего от него запаха и тепла его тела. Только острое желание смотреть на него, что я собственно и делаю украдкой.

Мужчина сосредоточенно ведет авто в ему одному известном направлении. Но судя по всему, он не сосредоточен, а зол. Его черты лица заострились. Губы сжаты в плотную линию, а руки крепко стискивают оплетку на руле. Его зли мое общество? Но я ведь не навязалась, он сам. А с чего я решила, что он думает обо мне? У него наверняка есть о ком думать. А вот в эту сторону не хочу размышлять, лучше подумать о работе, так безопасней для моих нервов.

Проносимся мимо домов и магазинов с праздничной иллюминацией. Пробираемся к выезду из города, где сугробы выше вдоль дорог и снег белее. Рассматриваю шапки на сосенках вдоль шассе. Тишина в машине не давит, но немного нервирует. Словно, я должна что то сказать или сделать, но не знаю что.

— Прости… — Начинаю тихо, не зная чего хочу услышать.

— За что? — Как то устало звучит его голос.

— За это все! — Обвожу рукой салон, говоря о всей ситуации и моей истерике.

— Все в порядке. Со всеми бывает. — Тихо говорит и немного расслабляется.

— У тебя наверняка были планы иного рода… — Опять вздыхаю и кошусь на мужчину.

— Да уж… иного рода. — Еле слышно говорит и я слышу подтекст в его словах.

— Марк, может… — Начинаю опять извиняться за сорванные мной планы.

— Не может! — Отрезает грубо, а затем бросает странный взгляд на меня. — Мне нужен работник не в состоянии истерики, а здравомыслящий и умеющий принимать решения.

Значит все же работник, а я уж размечталась. Потому и злится, хотя не говорит. Я же вижу, что его напрягает эта возня со мной и моими тараканами. Но ведь я не навязывалась ему? Так то он сам решил успокоить и ехать тоже была его инициатива.

— Может вернемся, я уже в порядке! — Говорю уже придя в себя и заперев воспоминания и свои обиды в дальней комнате памяти.

— Нет! — Отрезает он и вновь впивается пальцами в руль, до побелевших костяшек.

Мне ужасно неловко сидеть рядом с разгневанным мужчиной и догадываться о причинах его состояния. Как и любая женщина я прихожу к выводу, что виновна я и от того еще паршивей на душе. Паршиво и от того, что он перестал видеть во мне женщину, едва я подписала его чертов контракт. Такое чувство, что вместе с ним были волшебные заклинания, что заставили Марка ослепнуть. Как не стараюсь, он словно вообще прошел процедуру стерилизации и ему теперь и так хорошо.

— Марк… — Начинаю и теряюсь в мыслях, что всплыли в голове.

Теперь, когда он повернулся в мою сторону и смотрит на меня так, словно видит все внутренности, слова застревают в горле и получается лишь хрип. Он неотрывно вглядывается в мое лицо пару секунд, а мне кажется что часы. Дрожь