Кодекс целителя - Анюта Соколова

– Я вам не нравлюсь, летта Мэйлин?

Откровенный вопрос требовал не менее честного ответа.

– Вы производите впечатление опасного человека, летт Майнис.

– Зря, – советник любезно придержал дверь. – В мои намерения не входит вас пугать. Должен признаться, вы умеете удивлять. Сначала вы показались мне просто красивой и образованной девушкой, теперь я вижу хладнокровие и мужество, необычные в столь юном возрасте. Вам ведь не более двадцати пяти, не правда ли?

– Через месяц исполнится девятнадцать.

– Поразительно! – Майнис замедлил шаг. – У меня к вам предложение, летта Мэйлин. Прошу вас внимательно его выслушать, прежде чем возмутиться или оскорбиться.

Он жестом указал на нишу возле окна. Из-за плотной занавеси тут же вышел гвардеец, поклонился и через несколько шагов исчез за другими портьерами.

– Чтобы вы не боялись, мы побеседуем здесь. Нас не услышат, но будут видеть.

– А как же летта Илона? – напомнила я.

– Не думаю, что задержу вас надолго. Летта Мэйлин, вы в курсе, что Огория завоевала половину мира? И вряд ли этим удовольствуется?

Изумлённо воззрилась на него. Советник короля Нейсса решил поговорить со мной о политике?

– Более чем в курсе, летт Майнис. Моя родина – часть этих завоеваний.

– Постараюсь быть кратким. Рано или поздно нас ожидает новая война, и, возможно, в ней потребуются все союзники. Даже мирные фермеры из Кирейской провинции. Думаю, за годы существования под гнётом империи они дойдут до той стадии, когда захотят освободиться любой ценой. И немаловажным фактором станет присутствие в Нейссе летты из древнего рода Киреи в качестве супруги приближённого короля.

Мой смех получился искренним. Пожалуй, пора собирать коллекцию самых невероятных предложений руки и сердца.

– Летт Майнис, есть небольшое осложнение: я уже невеста.

– Да, – не смутился советник. – Однако вы с такой лёгкостью меняете женихов, что перейти к новому не составит труда. Согласитесь, мой вариант намного выгоднее, чем жена дипломата или целителя.

– И движет вами исключительно забота о благе Нейсса, – поддела я.

Майнис хмыкнул – как-то необидно и грустно.

– Не буду лукавить, я вами очарован. Но моё положение таково, что просто прекрасная летта из Киреи меня заинтересовала бы лишь в качестве любовницы. Я с огромным удовольствием взял бы её на содержание, купил дом в Скелоссе и проводил бы время, свободное от государственных дел. Вы другая, Мэйлин. Вы не подходите на роль красивой игрушки, в вас есть сила, внутренний огонь. Вам вполне по плечу быть женой, соратницей, в отличие от будущей супруги Файриана.

Давать ему жестокую отповедь расхотелось. Не из-за лестной оценки моего характера – остановило выражение чёрных глаз. Наверное, через пару десятков лет так начнёт смотреть на мир Ирвин, посвятивший свою жизнь служению Гидару. Когда даже собственное влечение соизмеряется с основной задачей.

– Мне жаль отвечать вам «нет», летт Майнис, и это не вежливая попытка смягчить отказ. Я действительно жалею – что слишком молода и ещё не разучилась ставить собственные чувства выше долга или выгоды.

Советник чуть слышно вздохнул.

– Нет – значит нет, летта Лирин.

На этот раз я приняла предложенную руку. Майнис перестал вызывать отторжение: то, что становится понятным, больше не страшно. До покоев Илоны мы дошли в тишине, разбавленной лишь звуком наших шагов. Гвардейцы у дверей имели виноватый вид: подозреваю, что выволочка им досталась знатная. В комнатах советник коротко раскланялся с дамами и поспешил в тот самый будуар, где вчера схватили нас с Тэйтом. От крови на ковре и беспорядка не осталось и следа. Илона сидела в кресле, перед ней на столике стоял нетронутый поднос с завтраком. При виде нас она вскочила.

– Благодарю вас, летт Майнис.

Я поймала себя на малодушном желании задержать советника и устыдилась. Встретила взгляд Илоны – прямой и пылкий. Она знала, в этом не было сомнений. Но первое, что она сделала после ухода Майниса, – обняла меня.

– Тэйт сказал, я обязана тебе жизнью.

– Честью, – поправила я. – Убить одарённую никто бы не посмел.

– Рабство – это не жизнь. – Илона отступила, чтобы заглянуть мне в лицо. – Я должна тебя ненавидеть, Мэй. Первое впечатление не обмануло: я почувствовала в тебе соперницу. И ревновала не к брату, а к Тэйту. Он слишком изменился, это бросалось в глаза.

Она отвела взгляд.

– Но я тебя не ненавижу. Я только боюсь за Ирви, потому что знаю, каково ему сейчас. Хуже, чем мне. Тэйт не позволял думать, что я его невеста.

Отчасти я заслужила её упрёки: пусть и не давала согласие, но и не возражала, оставила ложную надежду. И всё же не вся вина была моей. Говорить это Илоне я не стала.

– Файриан ускорил свадьбу. – Будущая королева гордо выпрямилась. – Завтра я стану Её Величеством Иланиáн. Дед прав: для меня это лучший выход. Я не смогла бы жить рядом с Тэйтом, счастливо женатым на другой. Надеюсь, что вы не сбежите до церемонии, потому что в толпе незнакомого народа в храме я хочу видеть близких мне людей. Потом… Прости, но в сад в Скелоссе я тебя не приглашу. Я плохо притворяюсь, а меня раздирают на части благодарность и не менее искреннее желание вцепиться тебе в лицо. Вряд ли это изменится в ближайшем будущем.

– Ты будешь очень хорошей королевой, – сказала я честно.

– Хоть что-то, – улыбнулась она через силу. – Мэй, это наш последний разговор наедине. Пришлось выгнать этих глупых аристократических клуш. Помнишь, я говорила о том, что романы врут? Я ошиблась. Принц действительно сделает всё, чтобы не допустить свадьбы своей любимой с другим. Даже поссорится с братом, которого боготворит, и откажется от королевства. Просто этой любимой стала не я.

Илона отвернулась.

– Ты такая спокойная, Мэй. Будь я невестой Тэйта, прыгала бы до потолка. У тебя же лишь глаза сияют ярче, чтобы заметить, вглядываться надо. Есть в тебе что-то колдовское, недаром киреек зовут ведьмами. Надеюсь, его-то ты любишь? Он счастлив, Богиня, как же он счастлив!

Она осеклась, помолчала и вскинула голову.

– Я так мило с тобой беседую, а сама думаю: если бы твоя смерть что-либо изменила, я бы собственными руками тебя придушила! Вот прямо сейчас, в этой комнате, с кучей клуш за стеной! Веришь, Мэй?

– Верю. Потому и повторю, что ты прирождённая королева, – я невесело улыбнулась. – Но прощения просить не буду. Случившееся – не плод моего коварства. Всё, чего я хотела, – уехать из Гидара. А теперь, кажется, туда возвращаюсь.

– Удачной дороги, – пожелала Илона.

Я оценила мужество и почтительно поклонилась – так, как с завтрашнего дня начнут кланяться королеве севера все в Нейссе.