Последний дракон Цзянху - Ши Лин

Молодой солдат уже принёс старшему Го замусоленный свиток и кусок заточенного угля. Старший Го развернул его и прищурился.

— Темно как в заднице у демона, — пробормотал он, и над ними тут же вспыхнул яркий духовный свет, освещая всё, словно маленькое солнце.

Старший Го отпрянул, а потом с опаской покосился на молодого господина, стоящего перед ним, и только тогда заметил висящую на поясе нефритовую печать.

— Вы заклинатель Ледяной Звезды? — напрягся старший Го.

Шао Цинлун бросил на него презрительный взгляд.

— Я хозяин Ледяной Звезды. — Он протянул руку и вырвал из рук старшего Го свиток и кусок угля, а затем, что-то в нём нацарапал.

Старший Го, которому вернули свиток, развернул его и увидел в списке людей новый иероглиф 狗 — «собака». Старший Го покосился на высокого парня, у которого, судя по всему, были с этим господином личные счёты, но промолчал. Свернув свиток, он отдал его молодому солдату. Шао Цинлун выудил из рукава тяжёлый кошель, набитый серебром, и швырнул его военному.

— Хорошо позаботьтесь о моей собаке, — на губах молодого господина Шао растянулась хищная улыбка. — И не задерживайтесь здесь надолго.

— Я вас понял, — процедил старший Го, сжимая тугой кошель и провожая взглядом уходящего заклинателя. — Богатый ублюдок, — сплюнул он, когда тот ушёл достаточно далеко.

Да Шань ещё раз окинул взглядом лагерь и развернулся, собираясь уйти, когда чужая рука легла ему на плечо.

— Э, парень, так не пойдёт. Рад ты или нет, но теперь ты служишь Его Величеству. Тебя занесли в список, поэтому если ты решишь уйти, то это будет дезертирство, а за это у нас людей вешают. Так что тяни лямку до конца войны и надейся вернуться живым. Да и может тебе у нас больше понравится, чем прислуживаться богатым господам, которые тебя за человека не считают, — старший Го ободряюще похлопал его по плечу.

Да Шань повернулся и хмуро на него посмотрел.

— Ты ведь Да Шань, верно? А меня зовут Го Шу, но ты можешь называть меня старший Го, как остальные… А, чёрт, тот парень ведь сказал, что ты немой. А слышать можешь? — Да Шань молча кивнул. — Ну вот и хорошо, — расплылся в улыбке Го Шу. — Думаю, ты у нас приживёшься. А болтливых тут и без тебя хватает, уж поверь. — Он повернулся к палаткам, из которых выглядывали хмурые люди, разбуженные шумом и ярким светом. — Так, все живо подъём и сворачивайте лагерь. Отправляемся сейчас же.

— А пожрать? — возмутился кто-то.

— Обойдётесь, — Го Шу подбросил в руке тяжёлый кошель с серебром. — В следующем городе вина вам куплю, если сможете не ныть всю дорогу.

Вокруг раздался одобрительный гул и люди тут же засуетились. Не прошло и четверти шичэня, как поляна, где был разбит лагерь, опустела, и только маленький шарик духовного света висел в воздухе, освещая пустырь.

[1] 春兰 (пиньинь chūnlán) — весенняя орхидея.

Глава 15

Ледяная Звезда

Бай Сюинь вернулась на постоялый двор на рассвете, зайдя с чёрного входа и бесшумно проскользнув в свою комнату. Обе кровати были пусты и в комнате никого не было. Быстро переодевшись и собрав волосы в высокий пучок, старейшина Бай взглянула на себя в медное зеркало — оттуда на неё смотрела измождённая женщина со взглядом загнанного зверя. Она вздохнула и, выудив из рукава мешочек с эликсирами, приняла пилюлю чистого сердца, чтобы успокоить разум. Умывшись и собрав свои вещи, она пошла к двери и остановилась перед ней. Ей было страшно идти вниз и встречаться с другими после вчерашнего. Она не хотела знать, будет ли у Да Шаня всё тот же презрительный взгляд, как прошлой ночью. Но выбора не было. Она медленно выдохнула, а затем толкнула дверь.

Спустившись на первый этаж, она увидела, что сестра и брат Шао уже завтракают за широким деревянным столом. Бай Сюинь бросила взгляд на своего внезапно обретённого жениха и подавила резко нахлынувшую ярость. Холодно поприветствовав их, она села за стол, словно ничего не произошло. Шао Цинлун тут же подвинул ей чашку и налил ароматного чая. Если бы Бай Сюинь была ведома своими чувствами, то тут же выплеснула бы эту чашку ему в лицо. Но она была старшей дочерью семьи Бай и старейшиной Алого Феникса, поэтому её чувства не имели значения. Она спокойно поблагодарила его и отпила глоток. Шао Цинмэй сидела, опустив голову, и ничего не ела. Должно быть, её слишком шокировала вчерашняя сцена.

— Как тебе спалось, моя дорогая? — спросил Шао Цинлун, и лишь мгновение спустя до Бай Сюинь дошло, что обращаются к ней.

— Молодому господину Шао не стоит волноваться, — бесстрастно ответила она.

— Старейшина Бай, а вы, случайно, не видели Да Шаня? — подняла голову Шао Цинмэй. — Я нигде не могу его найти.

— Он уехал, — спокойно сказал её брат.

— Что? — не поверила Шао Цинмэй. — Как он мог уехать? Куда?

Шао Цинлун немного помолчал, покачивая в руке чашку, а потом хмыкнул:

— Я отправил повозку с лошадьми в орден ещё до рассвета.

— Но зачем? — насторожилась Шао Цинмэй.

Он посмотрел на неё, словно она была настолько глупой, что не понимала очевидных вещей:

— Наша гора совсем близко, быстрее будет долететь на мечах.

— Разве это было так обязательно? — тихо спросила Шао Цинмэй и опустила голову.

— О, моя дорогая сестра, не слишком ли ты беспокоишься о постороннем мужчине? Люди могут это неверно истолковать, — насмешливо произнёс он.