Я тебя не отпущу - Марья (Мария) Сергеевна Коваленко

Не доверяя чужим словам, я увеличиваю верхнюю левую картинку на мониторе и сам смотрю на дядьку.

Крови и правда немного. Белая рубашка испачкана лишь в районе плеча. На лице никаких признаков слабости — ни бледности, ни частого моргания. Судя по желвакам на скулах, Ярослав героически сдерживает мат.

— Все. Вызываем скорую и полицию, — вновь говорит Валера.

— Мне вообще кто-нибудь первую помощь оказывать будет?! — возмущенно ревет раненый.

— Пока нельзя, Ярослав Борисович, — извиняющимся тоном отвечает в рацию начбез. — Если на вас вдруг все заживет как на... кхм... В общем, нам на суде приложить будет нечего. Ни один эксперт не даст нормальное заключение.

— Не охрана, а шапито. — Дядька зло сплевывает влево и, показав фак в сторону ближайшей камеры, направляется в дом.

Когда за ним закрывается дверь, из меня будто весь воздух выкачивают. Оседаю в кресле, откидываюсь. Впервые за последний час позволяю себе нормальные, глубокие вдох и выдох. Теперь уже никуда не спешу и ни о чем не тревожусь.

«Прошло. Без неожиданностей. Спокойно. По плану», — проговариваю мысленно.

Но только собираюсь попросить у секретарши кофе, за грудиной словно что-то взрывается. Боль такая сильная, что я не сразу замечаю вибрирующий на столе телефон.

— Что такое? — рявкаю в трубку, даже не взглянув на экран.

— Минуту назад звонил крот. — Узнаю зама Валеры. — У него срочные новости.

— Твою мать! Что?

— Китаец через своего адвоката передал сообщение для Исаева. Он потребовал сменить вторую цель.

— Не понял. Вторая цель — это я!

— Клим Александрович, прощу прощения, вы его больше не интересуете. Подробности, к сожалению, выяснить не удалось. Крот клянется, что старался.

— А кто? Кто теперь вторая цель?! — Замечаю, что начал орать.

— Вторая цель... — Заместитель Валеры замолкает, будто забыл русский язык.

В трубке слышно, как он сглатывает, как делает глубокий вдох... Но мне мгновенно становится неважно. Параллельно с этим звонком на телефон поступает другой — от Николая, и я не раздумывая переключаюсь на него.

Глава 66

Первое же предложение Николая заставляет меня сорваться с места и рвануть к лифтам.

— Исаев понял, что вы загнали его в ловушку. — Телохранитель Дианы говорит тихо и четко.

— Откуда сведения?

Оторвавшись от телефона, кричу своей секретарше, чтобы созвала всю оставшуюся охрану на парковку.

— Минуту назад по камерам отследил его машину.

— Где? — Вопрос лишний. Я уже знаю ответ.

— На параллельной улице. В трехстах метрах от нас.

— Вот сука...

— С ним еще две тачки. Обе битком набиты людьми.

— Сколько человек в сумме?

В отчаянии хочется биться лбом о стену. Сосредоточившись на киллере, я оставил с Дианой и дочерью обычный наряд охраны — Николая и пару штатных бойцов.

Никому из нас и в голову не могло прийти, что Исаев решится лично выполнить заказ, да еще и так быстро.

— По моим подсчетам, где-то одиннадцать.

— Оружие?

— Пока сложно судить. Крупного точно ничего нет. Скорее всего, будет короткоствольное и холодное.

— Все равно до хрена. — Луплю раскрытой ладонью по стенке лифта.

Нет времени ждать, однако проклятой железяке пофиг, что мне нужно скорее. Останавливаясь на каждом этаже, она улиткой ползет вниз.

— Нам до вас ехать минут двадцать. Если повезет.

— Я уже отвел женщин в подвал. — Николай словно мысли читает. — Там неплохой замок, он запирается изнутри. Легко взломать не получится. Выкурить можно только газом, но сомневаюсь, что у наших гостей такой ассортимент спецсредств.

Нервно сглотнув, на миг закрываю глаза. О газе запрещаю себе даже думать. Слишком большая вероятность слететь с катушек, а мне пока важно оставаться в сознании.

— Ника с Дианой нормально? Не паникуют?

— С ними порядок. Там няня целую игру придумала. Хорошо отвлекает.

— А бойцы? Готовы... встретить? — Последнее слово дается адски трудно.

При раскладе, когда трое против одиннадцати, выживают только в кино, да и то лишь в американском. Никакая зарплата не стоит такого риска. Проще сложить оружие и с поднятыми руками выйти за территорию участка.

— Они уже надели жилеты и заняли позиции. Я за последние дни ребят немного поднатаскал, так что какое-то время продержимся.

— Нужно не какое-то, а двадцать минут!

Лифт наконец прибывает на минус первый этаж. Половина моих парней уже на месте. Смотрят внимательно, ждут команду. Другая половина спешит со стороны пожарной лестницы.

— Значит, двадцать и продержимся. — В голосе Николая не слышно ни тени сомнения.

— Тогда держитесь. — Указываю всем на машины. — Мы выезжаем.

***

Питер никогда не казался мне маленьким городом, однако сегодня он огромный. Дюжину раз успеваю проклясть бесконечно длинные проспекты. Матерюсь как сапожник на каждом перекрестке и, плевав на правила, топлю в пол педаль газа, увидев красный.

Парни, к счастью, не отстают. Мы несемся на трех машинах, будто кортеж какого-нибудь чиновника. От гула клаксонов звенит в ушах, но мне похер на всех и вся. Гораздо важнее — успеть. Добраться до своих девочек, пока до них не добрался старый урод Исаев.

Ни Ника, ни Диана, ни боевая молоденькая няня не должны пострадать из-за нашего просчета. Все мои люди должны вернуться домой живыми и здоровыми.

Эти мысли всю дорогу держат в тонусе. Не дают прорваться наружу самой темной моей части. Той, для которой другие только средства, а цель стоит любых жертв.

Травлю в себе панику, но, когда до дома остается пара километров, терпение все-таки покидает. Прежнее твердое мнение, что ради дочери нужно сохранить руки чистыми, не марать... не убивать, трещит