Первая жена - Диана Рымарь

Каким уродом надо быть, чтобы так нагло забрать чужую жену! К тому же ребенка, который даже номинально не может считаться твоим…

Я припарковал машину чуть поодаль и наблюдаю за штурмом со стороны. Хочу забрать Майю, когда все закончится. Если все пройдет нормально.

Все же пройдет нормально, так?

Они выведут ее живой и здоровой?

Один именитый полковник мне это клятвенно обещал… А за это я переписал один из своих новых ресторанов на его сына.

Вот такой вот обмен.

Я разворачиваю машину таким образом, чтобы видеть дом и всех, кто из него выходит. Точнее всех, кого из него выведут, как я надеюсь.

Уж, конечно, я не стал медлить после того, как нашел ноутбук в квартире Майи. Тут же написал на почту своему помощнику, а тот вызвал полицию. И закрутилось…

Естественно, дело о похищении я не пустил на самотек. У меня не кошелек украли, а жену с ребенком! Из-под носа увели, еще и по этому носу настучали. Я не из тех, кто даже в теории может такое спустить.

Я нашел выход на нужных людей и позаботился, чтобы организовали поиски в кратчайшие сроки, снарядили для этого как можно больше людей.

Мой человек в органах провел расследование и узнал много интересного о Лисьеве и его подельниках. Честно сказать, у меня волосы встали дыбом, когда услышал, в чем подозревается этот тип. Но в последние годы ему редкостно везло, потому что его так и не прищучили ни по одному из обвинений. Какой-то неуловимый.

Теперь и вовсе подался в бега. Спиздил моих девчонок и на утек…

Лисьев дебил, конечно. Единственное, что могло бы остановить меня от поисков Майи – это если бы он мне шею свернул. Но он посчитал, что открытого газа будет достаточно. Наивный. Одним газом Артема Булатова не возьмешь!

Хотя это я сейчас такой бравый, а вчера…

Как вспомню испуганное личико Ники, так хочется взять автомат и в этот дом вместо спецназа… Но каждый должен заниматься своим делом.

У полиции ушли сутки на то, чтобы вычислить, где скрывается это парнокопытное. Старая дача его знакомого в нескольких сотнях километров от Краснодара.

Подходящее место, чтобы спрятаться… Можно сказать, идеальное. Было бы, вот только Лисьев тут уже прятался раньше и успел засветиться. Наверное, он и вправду посчитал себя неуловимым, раз стал так небрежен.

Сука, пусть его только возьмут живым… Пусть живым! Потом я устрою ему такой лютый пиздец, что он будет икать от одного только воспоминания обо мне.

Но главное – Майя с Полей…

Я не могу думать о том, что с ними происходило последние сутки.

Польку-то не обидят, дочка ведь, небось пылинки с нее сдували, а вот Майю…

Я дымлюсь изнутри лишь от одной идеи, что этот пидор ее касался!

Она ведь такая нежная, ранимая. Она и без того в этой жизни достаточно выстрадала.

И тут я вижу, как оперативники начинают выводить закованных в наручники преступников по одному.

Узнаю подельника Лисьева – того, что со сломанным носом. За ним следует еще несколько – все под конвоем. Их скручивают и пакуют в полицейскую газель. Кодла уродов!

Когда выводят Лисьева, я аж подаюсь вперед, сжимаю руль до побелевших пальцев.

Живой, падла! Жди теперь такую ответку, что поседеешь разом и плевать, что лысый.

И наконец я вижу ее…

Мою Майю!

Ее выводит под руку какой-то детина. На руках у Майи Поля. Она прижимает ребенка и гладит по спине.

Я нервно сглатываю и выскакиваю из машины.

- Майя! – ору во все горло.

Хочу, чтобы она меня увидела, чтобы знала – я здесь, рядом.

И тут Майя срывается с места. Вместе с Полей на руках несется по дорожке вперед, ко мне.

Плевать на запреты, я бегу к ней.

Мы встречаемся на полпути друг к другу – как раз возле треклятого фонаря. Наконец-то! Я крепко обнимаю девчонок, прижимаю к себе.

- Любимые мои, хорошие!

Балдеж… Полный, абсолютный, самый что ни на есть волшебный. Я бы так с ними вечно стоял.

С минуту мы и вправду стоим так, боимся пошевелиться, чтобы не спугнуть это дико приятное чувство близости. Но потом Майя все же отстраняется и охает, наконец разглядев мой отрихтованный фейс.

- Что они с тобой сделали? – она проводит рукой по моей щеке и, кажется, собирается разрыдаться.

- Плевать вообще, - я перехватываю ее руку. – Мелочи какие, пара синяков…

Про ребра и остальное само собой молчу в тряпочку. Еще я ей на всякие там побои не жаловался, тем более что обошлось без переломов, лишь две трещины.

Подаюсь вперед и прижимаю Майю с Полей к себе.

- Дорогие мои девчонки… - хриплю на выдохе.

- Папа! – кричит Поля и переходит с ее рук ко мне, тоже обнимает за шею.

Я морщусь от резкой боли в ребрах, но терплю, не подаю виду.

- Майя…

Стараюсь посмотреть ей в глаза, понять, как она.

А Майя неожиданно отводит взгляд.

- Посмотри на меня, - молю ее.

Я ведь не могу при Поле спросить, изнасиловали ли ее или нет.

Неожиданно жена понимает меня правильно.

- Со мной все в порядке, правда…

Услышав это, испытываю невероятное, мощнейшее облегчение.

- Где Ника, Артем? – спрашивает Майя.

- Дома с твоей сестрой, я ей дочку привез. С ней все хорошо, не волнуйся! Поедем домой, а?

- Поедем! – кивает Майя. – Я так хочу домой…

Не могу удержаться, снова ее обнимаю.

- Я больше от вас ни на шаг! – говорю с чувством. – Завтра же обеспечу подходящее жилье для нас всех, а сегодня… Вот как хочешь, хоть на коврике меня кладите, а не уйду! Мой дом там, где вы.

- Не уходи больше от нас никогда, пожалуйста! – просит Майя.

Глава 42. Новая жизнь

Артем

Мне указывают на неказистое кресло в комнате для свиданий с заключенными. Устраиваюсь в нем, пялюсь на стол, разделенный стеклянной перегородкой надвое. По мою и по противоположную стороны стола установлены телефоны.

Как говорится, все для удобства людей.

С – сарказм.

Я бы предпочел побазарить с Лисьевым совсем в других условиях. Тет-а-тет и без всяких там разделяющих нас стекол, тем более бронированных, охранников за дверями. Но что есть, то есть. И без того меня сюда пустили по блату, ведь сегодня ночью в КПЗ, где теперь отдыхает этот