Тебя искал - Тата Кит

- Ужас, - скривила мама губы. – Тогда тем более бери всю коробку. Он за тобой приедет?

- Я на такси.

- Матвей заказал?

- Мама, я сама в состоянии. К тому же, ты сама меня учила, что появление в жизни женщины мужчины – это не повод перестать быть самостоятельной и самодостаточной.

- Какая у тебя мудрая мать, - гордо улыбнулась она. – Пойду-ка папе твоему расскажу.

- Давай-давай, - хохотнула я. Сменила домашнюю одежду на теплый спортивный костюм. Со шкафа взяла коробку с елочными украшениями. В рюкзак закинула сменную одежду, кошелек и ключи от квартиры. В приложении заказала такси.

Уже через сорок минут, стоя у ворот дома Матвея, начала сомневаться в правильности своего решения. Может, пойти к дедушке на крыльцо и подумать еще раз?

Пока я сомневалась, внутри ограды Матвея под чьими-то ногами захрустел снег. Уверенные, но неторопливые шаги направлялись прямо ко мне. Неужели у него тут камеры есть?

Посмотрела по сторонам, но ничего не нашла.

Калитка открылась, я обняла коробку с елочными игрушками посильнее и замерла, когда калитка открылась, а передо мной замер Матвей со снеговой лопатой и в шапке-ушанке.

- Я тут это… кхм… - растерялась я, чувствуя, как краска прилила к щекам. – Шары.

- Подкатываешь? – улыбнулся Матвей.

- Типа того. Можно?

- А когда тебе было нельзя? – открыл он калитку шире и впустил меня в дом.

В доме я почти сразу вручила коробку с ёлочными игрушками Матвею в руки, а сама, сняв верхнюю одежду, пошла тискать Ириску, которая сбежала со второго этажа ко мне навстречу.

- Как ты громко мурлычешь! – целовала я ее в лоб и прижимала к себе. – А большая какая!

- А лоток как наполняет! – подтрунивал рядом Матвей. Поставил под ёлкой коробку с игрушками и растерянно замер. – А дальше-то что? Я сам всё буду делать?

- Не знаю. Для начала открой коробку, впечатлись красотой и разнообразием игрушек. Ну, или сделай вид, что впечатлен.

- Вообще-то, ты никуда не собиралась, моя просто спрашивающая.

- Вообще-то, ты сегодня собирался лечь спать пораньше. Пёс уставший.

- Могла бы хоть добавить «мой», чтобы не так обидно звучало, - нарочито пробурчал Матвей. Разорвал на коробке скотч и, присвистнув, заглянул внутрь. – Ты городскую ёлку раздела, что ли?

- Рядом с городской полиции много. Поэтому просто привезла из дома. Не нравится?

- Не знаю. Я последний раз ёлочные украшения не на елке видел лет в девятнадцать. Не думал, что к старости снова начну украшать ёлку.

- Она у тебя стоит как сиротка, которую ты, к тому же, еще и наказал, поставив в угол. Давай украшать, - посадив Ириску на диван, я подошла к Матвею и коробке, достала из нее первый шар и повесила на ветку на уровне своего лица. – Тадам! Видишь, совсем несложно.

- Покажи-ка еще раз. Я не разглядел, - состроил Матвей дурачка.

- Берешь из коробки шарик, - наклонилась я и достала первый попавшийся. – И за эту ниточку подвешиваешь на туго соображающее дерево.

Сказав это, я подошла к Матвею поближе и повесила шарик на его ухо.

- Кажется, я начинаю понимать принцип и то, что кто-то приехал ко мне, чтобы получить по заднице. Ты смотри, твоя выбивалка для ковров у меня недалеко спрятана.

- Только попробуй, - пригрозила я ему пальцем. – Быстро окажешься на лопатках.

- Ни то, чтобы я был против… - едва шевеля шубами, пробубнил Матвей себе под нос. Наклонился к коробке и достал несколько шаров, начиная украшать ёлку. – А это куда? – спросил он, достав упаковку с «дождиком».

- Не знаю. Но точно не на ёлку. Не люблю, когда на ней много всего. Можно… - обернулась я, разглядывая первый этаж. – Может, на перила лестницы?

- Давай, - повел Матвей плечами. – Если хочешь под бой курантов вытягивать из задницы Сосиски этот дождик по «дождинке», то можно, конечно, и на перила.

- В смысле? Она его сожрёт?

- Хочешь проверить?

- Не думаю, - поморщилась я.

Когда с украшением ёлки было покончено, а Матвей скептически посмотрел на результат нашей совместной работы, я попросила его разжечь камин.

- Дай бересту, - попросил Матвей, указав на маленькие свёрточки в корзине рядом с камином.

- Не думала, что когда-нибудь в своей жизни услышу это слово, - усмехнулась я, передав ему бересту. – И даже пойму, что это такое.

- Со стариком повелась. Должна быть готова, - подмигнул мне Матвей.

Пока камин, треща поленьями и берестой, разгорался, я погасила свет на всём первом этаже и зажгла ёлку.

Сев рядом с Матвеем на пол перед камином, посмотрела на ёлку.

- Ты прав, она и без игрушек очень красивая была бы.

- С твоими шарами лучше стало.

- На зря подкатила, - рассмеялась я и, кажется, начала жалеть о том, что погасила свет на всём этаже. В свете камина неловкость нарастала так же стремительно, как пламя сжирало поленья.

Матвей вдруг чему-то улыбнулся.

- Вспомнил, как мы со старшим братом однажды за ёлкой ходили. В гаражный кооператив.

- Вы рубили ёлку в гаражном кооперативе?

- Нет. У отца там был гараж, в котором мы хранили старую искусственную ёлку. Она была такая мелкая. Наверное, по пояс мне сейчас.

- Ну, не такая уж и мелкая, учитывая твой рост.

- Возможно, - усмехнулся Матвей.

- И что там было? Ну, в гаражном кооперативе?

- Там мой старший брат Сан Саныч познакомился со Светкой. Своей женой.

- Её по ошибке заперли в гараже?