Не твои наследники - Елена Николаева

Опустив взгляд на стол, замечаю футляр с кольцами. Считалочка в моей голове автоматически прекращается. Я поднимаю подарок. Вертя в руке, повторно оцениваю качество металла и работу мастера. Красивые. Смотрятся целостно и гармонично. Наверное, я бы тоже такие выбрала. Без орнамента и лишних пафосных заморочек. В этом наши вкусы полностью совпадают, что несомненно радует. А потом вспоминаю и будто обжигаюсь:

«Божжжеее… Всё же не по-настоящему… Без любви у него… Ради какого-то гребаного контракта!»

Инстинктивно захлопываю коробочку, спускаясь с небес на землю. И весь недавний заряд счастья сдувается, как воздушный шар.

Да, он ревнует меня к другим мужчинам.

Да, он хочет меня, как женщину.

Бывает нежным и милым. Страстным и горячим. Вспыльчивым. Но…

Всё это обычные человеческие инстинкты, а я хочу настоящей любви. Как ребёнок жаждет сладостей — так и я жажду, чтобы меня любили…

Отношу кольца в сейф. Не хочу, чтобы посторонние к ним прикасались. Ставлю на полку футляр. Подсветка внутри ящика выхватывает на верхней полке несколько глянцевых снимков и обручалку из золота. Обычную. Чуть пошире, чем была у Петра. Судя по размеру — мужскую. Любопытство берёт верх над моральными принципами. Тянусь рукой к фотографиям. Прихватывая кольцо, уже понимаю, кто на снимках запечатлён. А когда мой взгляд сполна оценивает счастливых новобрачных, моё сердце обрывается словно подрезанное ножом. Падает, расшибаясь в лепёшку. Спустя секунду заходится в бешеном ритме, напоминая затравленное раненное животное. Его будто жалят током, а оно бьётся… бьётся… бьётся…

Что есть силы пытается вырваться из клетки, бежать на свободу.

* * *

— Он был женат? — слышу свой сиплый голос.

В горле мгновенно пересыхает. С трудом сглатываю, разглядывая миловидную русоволосую девушку на фото.

Кто она? Руслан никогда не делился со мной своим прошлым. Не рассказывал о бывшей жене. Почему они расстались? Судя по этим фото, они сделаны не так уж давно. Когда успели развестись? Из-за чего? Был ли этот брак по любви или как у нас, по договору? Сколько лет он длился?

Боже мой, столько вопросов, а некому их задать. И у него не спросишь. Поймёт, что рылась в личных вещах. Сама этого до жути не люблю. Да и Руслан хотел бы, давно рассказал. Но кто я такая, чтобы делиться со мной сокровенным? Если бы эти фото для него ничего не значили, хранил бы он их на память?

В соцсетях о его прошлом ничего не сказано. Никакой информации о личной жизни Исаева нет.

«Женщины Руслана — подневольные птицы…» — вспоминаю разговор с Андреем и меня накрывает ледяным цунами. Изморозь по коже расползается. Что он знает о нём такого, чего не знаю я?

Почему, по его мнению, Рус не умеет любить? Я же чувствую, что это не так. Да взять, к примеру, сегодняшнее утро! В тот момент я даже было поверила, что между нами нечто большее, чем страсть. Он смотрел на меня таким взглядом, каким смотрит влюблённый мужчина на свою женщину.

Что не отпускает его? Что держит? Возможно, в этих фотографиях и кроются ответы на все мои вопросы. Но как тут узнаешь? Он не из тех мужчин, которые привыкли трепаться обо всём и выражать свои чувства открыто. Он предпочитает находиться в своей непробиваемой оболочке. Да если бы у меня появился шанс её нащупать, я бы разбила этот чертов панцирь вдребезги! Чтобы больше не смог им прикрываться.

Господи, на что я подписалась?

Поворачиваю фото, пробегаю глазами по надписи:

«Спасибо, что ты есть. Лисичка».

Скользнувшая по щеке слеза картинно приземляется на витиеватую букву «Л». Разлетается по бумаге мелкими брызгами. Я заторможенно прослеживаю, как расплываются чернила, но стирать кляксу не берусь.

— К черту всё! — поспешно возвращаю фотографии обратно в сейф. Туда же отправляю обручальное кольцо.

На сегодня с меня достаточно эмоционального перегруза. Но как теперь быть?

Я же не смогу о ней не думать! Эта симпатичная блондинка в платье невесты и с обручальным кольцом на безымянном пальце всегда будет стоять между нами, пока я не узнаю правду.

Лучше бы я и дальше ждала его за столом. Лучше бы ничего этого не видела. Зачем я только полезла сюда? Зачем???

Смахнув с ресниц выступившие сентиментальные слёзы, отношу наши с Русланом кольца обратно на стол. Не успеваю опустить футляр на гладкую отполированную поверхность, как дверь кабинета неожиданно для меня распахивается.

— Да, Вадим, я передам ей всё, — внезапно Руслана в этих стенах становится слишком много. Я перестаю дышать. И только когда не выдерживают легкие, делаю судорожный вдох. — Скажу, чтобы не волновалась по пустякам. Спасибо тебе. Пока.

* * *

По спине пробегает ток. Ощущаю между лопаток прилипший взгляд. Неспешные приближающиеся шаги отзываются в теле волнительными реакциями. Меня будоражит и одновременно штормит от отчаяния. Я ревную. Так сильно, что не нахожу себе места.

Дыши, Маша. Ему не нужно об этом знать.

Вдох-выдох…

Вдох-выдох…

Кажется отпускает. Немного.

— Шаханин звонил, — спустя мгновение утыкается носом в макушку. Втягивает мой запах. Дрожу. — Твои лабораторные анализы в порядке. Нет поводов для беспокойства. — обнимает меня со спины. Целует затылок. Спускаясь ниже губами, обжигает изгиб шеи и плеча.

О чём он думает сейчас?

Чего хочет от меня?

Где мне взять информацию о его прошлом? Не к Соболю же идти. Это было бы сверх глупостью, которую можно допустить.

— Я знаю, — отвечаю, затрагивая важную для меня тему. Флёр счастливого утра развеялся, и теперь я хочу поговорить о его методах общения с определёнными людьми. В данном случае меня волнует Пётр.

— Знаешь? — отрывается от шеи, сосредотачиваясь на моих словах. — Тебе уже звонили из клиники? Когда?

— Не звонили. Вадим Николаевич, видимо, счёл нужным сначала доложить тебе. Почему он лично мне не перезвонил? Он обещал связаться со мной.

Секунда замешательства. Разворачивает к себе лицом.

— Маша, он звонил не только по твоему делу. Давай-ка, ты не будешь обижаться, — приподнимает пальцами мой подбородок и устремляет взгляд в мои глаза. — Всё хорошо, и это главное.

— Я видела Петра. Думаю, ты и так в курсе.

— Он хреново понимает нормальный язык, — замечаю, как нервно сцепляет зубы.

— И твои люди решили объяснить ему более доходчиво, едва не убив? — с осуждением смотрю на него.

— Что за бред? — вспыляется Руслан, убирая от меня руки. Другой реакции я и не ждала. — Это он тебе впарил эту чушь?

— Это не чушь! — повышаю тон из-за того, что Исаев пытается уклониться