Волчья ягодка - Диана Дурман

Даже не заметила, как меня начала бить дрожь. Сказывалось нервное напряжение. Эти качели с мужчинами, слишком не безразличными мне, творящееся вокруг – всё просто смешалось и вынудило меня взорваться.

Крепкие теплые объятья заставили вначале сильнее напрячься, но потом я расслабилась и уткнулась носом в хрупкое плечо пахнущее корицей.

– Это ты прости, – тихо сказала Марика. – Ты так стараешься, что временами я забываю, как обошлись с тобой кровные родители. – Подруга погладила меня по голове и спросила: – Твои любовники в курсе?

Я грустно фыркнула и пробубнила ей в плечо:

– И как мне это сказать? Привет, я – Ведана Вомелиан. Да-да как раз из той чокнутой семейки, что ставила опыты над оборотнями. Ой, и знаете, жизни ваших сородичей не пропали даром! У меня с младенчества есть второй источник для природной магии. Только чтобы его заполнить, мне нужно тянуть силу из вас.

– Не утрируй, – вздохнула Марика, прижимая меня к себе крепче. Она знала, насколько трудно дались мне эти слова. Ведь я даже мыслей о своем прошлом старалась не допускать. Зато мой чёрный юмор смягчил подругу, и она успокаивающе сказала: – Но суть я поняла. Так же как и то, что твоё мироощущение отличается от нашего. Пусть ты чистокровная ведьма, но чужое вмешательство сделало тебя чуточку иной. 

Я тихо шмыгнула носом, не особо радуясь своей принудительной  “уникальности”. Марика вдруг взяла меня за плечи, резко отстранила от себя и зачастила:

– А может это шанс? В тебе ведь есть частичка от оборотней. Что если…

– Нет, – перебила подругу. – Я не хочу этих пустых надежд. Не будет счастливого финала у этой истории, тем более, если они узнают о моём прошлом.

Марика возмущенно фыркнула:

– Ты же не виновата. Ведана, тебе нечего бояться и уж тем более стыдиться.

– Да, – согласилась я и тут же добавила, – но есть, что скрывать. Ковен будет недоволен. По всем документам моей семьи не существует, и последних её представителей казнили сами оборотни. – Как только я произнесла это вслух до меня, наконец, дошло насколько всё плохо. Опять уткнувшись в плечо подруги, я простонала: – О, Геката, как же меня угораздило настолько вляпаться?

Марика взъерошила мои волосы и ободряюще сказала:

– Всё будет хорошо, слышишь? Между прочим, перед тобой самая циничная из ведьм не понимающая смысла верности, но даже я не могу отрицать существование любви. А она очень глупая: всё прощает, на всё закрывает глаза и делает счастливыми тех, кто открывает ей сердце.

Подняв голову, я с подозрением посмотрела в алые глаза ведьмы, чтобы удивленно хмыкнуть:

– Не думала, что ты умеешь быть такой романтичной.

– А я не думала, что ты можешь быть такой размазнёй. Где та ведьма, которая с пинка открывает двери даже в кабинет ректора?

– И кто из нас утрирует? – уже почти усмехнулась я.

– Плевать! Главное что ты – Ведана Ронк и ты такая, какая есть, а остальное не важно.

Именно этих слов хватило, чтобы буря во мне успокоилась. По меркам людей Марика была за пределами образцовой девушки, но как подруга эта ведьма переплюнула всех.

– Спасибо, Рика, – искренне произнесла я, – теперь мне гораздо лучше.

Глава 29: Ведьма и признание

Когда Марика ушла к себе я отправилась отдыхать. Ну, точнее попыталась… 

Уже пару часов ворочаясь в постели, я никак не могла уснуть. Просторная сорочка на широких бретелях раздражала, одеяло казалось слишком тяжелым, а в комнате было чересчур темно и тихо. 

В итоге тяжело вздохнув щелчком пальцев, зажгла светильник у кровати – его ненавязчивый жёлтый свет едва тлел, лишь немного разгоняя тьму. Стало немного легче, но сон всё так же упорно не шёл. В мыслях роились потревоженные воспоминания, не позволяя мне расслабиться и уснуть.

Хотя это странно.

Ведь моё детство, что я помнила, заполнено только уютным домиком мамы, множеством пряжи из которой она казалось, может смастерить что угодно, и запахом сладкой выпечки тетушки Дэлии. Там иногда даже мелькал лорд-ректор, изредка разговаривающий о чём-то с мамой.

Моё сознательное прошлое не включает в себя похожих на меня элетари, а также фамильного замка с подвалами, хранящими ужасные секреты – эту деталь я узнала лишь после того, как поступила в академию. Тогда ректор раскрыл мне правду о моей настоящей семье, а также предупредил, что Ковен наблюдает за мной. Я не помнила даже ритуала запечатавшего мой второй источник, но при этом со мной всегда было ощущение некой неполноценности, отчего у меня накопилось много вопросов. К сожалению, ответы нашлись почти сразу, как я узнала правду семьи, к которой принадлежу.

Ко мне в руки попал дневник моего отца – единственная вещь, оставшаяся от некогда громкой фамилии. Не с первого раза, но я прочла его. После чего хладнокровно сожгла и зареклась ещё хоть что-то узнавать о своей семье. С того момента я гнала от себя мысли о прошлом тех, кто дал мне жизнь.

Мне не хотелось иметь ничего общего с Вомелианами. Они положили жизнь на то, чтобы излечить нашу расу от необходимости иметь несколько партнёров ради сохранения своей магии. Их дело может показаться благим, если не брать в расчёт то, что они экспериментировали с источниками других рас, а под конец, когда отдали предпочтение оборотням на алтарях, они повадились проводить опыты на собственных детях. Ужасная, одержимая семья. Меня передёргивает от осознания, что я унаследовала от этих психов фамильные черты: белую кожу, синие глаза и волосы цвета вороного крыла.

Так тщательно отгоняемые мысли теперь не давали покоя. А что если во мне куда больше от предков, чем просто внешность? Спящий природный источник скорее добавит проблем, нежели повлияет на меня в лучшую сторону. Вдруг рано или поздно я сорвусь… Небольшая стая оборотней, сидящая по клеткам, обеспечит меня внушительным запасом магии без надобности прыгать из койки в койку. Тогда, быть может, я смогла бы выбрать либо Дамиана, либо Кириана и быть счастливой. 

После таких размышлений, как долго получится противиться соблазну, цепляясь за несуществующую человечность? Хорошо хоть в душе поселился страх – если я открою охоту на оборотней, и мой избранник узнает об