Девушка на Рождество - Настя Ильина

Наташа всхлипнула, а Антон встал и сделал шаг к девушке, но она покачала головой, давая знак, чтобы оставался на месте, дал ей договорить.

— И если сейчас ты спрашиваешь — заступаюсь ли я за Дениса — ответ однозначный — нет!.. Я не заступаюсь за него. Я борюсь за твою душу, Антон. Она у тебя светлая. Не следует пытаться примерить роль Бога и сделать что-то по своему, чтобы добиться справедливости. Денис допустил ошибку. На эмоциях он толкнул меня, но сознание я потеряла не от удара, а от рези в животе. Наверное, это действительно как-то связано с нервным напряжением? Ты чудесный человек, Антон. Больше всего на свете я хочу, чтобы именно таким ты и оставался. Стоит опуститься до мести, и тьма займёт место в душе. А что будет дальше? Эта чёрная сила может стать чем-то разрушительным. Не позволяй ей забраться в твоё сердце. Ради меня…

Антон стиснул зубы. Он всё-таки подошёл к Наташе, притянул её к себе и прижал к груди. Она слишком сильно отличалась от Кристины. Бывшая возлюбленная просила бы о мести, требовала, чтобы он свершил её. Так и было. Первое время она приходила в кошмарах и требовала отомстить за её смерть. Да только кому? Самому себе? Другу, который впоследствии заявил, что Кристина спала с ним, и поцелуй не был случайностью?

«Открой глаза. Она использовала тебя, а скакала на всех твоих знакомых, ища вариант поудачнее, просто никому не нужна была», — заявил друг.

Другом с того времени он перестал являться, а осадок в душе оставался. Антон не верил ему, но теперь у него открылись глаза на правду. Кристина сильно отличалась от Наташи, была кровожадной и способной пойти на измену. И сам Антон недалеко ушёл от неё. Он был чудовищем, привык решать всё с помощью связей и не самых законных методов. Даже теперь планировал посадить Дениса за решётку, обвинив в сбыте запрещённых препаратов. Состряпать дело против неугодного труда бы не составило, вопрос в цене… но деньги у Антона были. Однако в его руках теперь находилось хрупкое сокровище. Наташа. Ангел, посланный самими небесами, чтобы не позволить ему, Антону, опуститься в самое пекло ада. И он просто обязан прислушаться к ней.

— Наташа… Я обещаю, что ничего не сделаю твоему бывшему. Однако если он посмеет ещё раз приблизиться к тебе, просто дышать в твою сторону, я не стану сдерживать свою ярость.

— Ему и без того хорошо досталось от тебя, — посмеялась девушка. — Достаточно с него. Уверена — он больше не приблизится. Ему нужно было просто понять, что между нами действительно всё кончено. А дальше… дальше всё будет нормально. Я ведь теперь с тобой. Вместе.

— Точно! И я не позволю никому обидеть тебя.

На душе Антона стало светлее. Он понимал, что принял правильное решение, решив отказаться отмести. Пусть что-то внутри продолжало взывать к нарушению данного обещания, но мужчина даже не рассматривал этот вариант.

На Новый год бабушка Наташи приехала и помогала внучке активно готовиться к празднику. Антона попросили пока не мешать, ведь бабуле и внучке стоило посекретничать.

— Наташ, ты прости меня за то, что пыталась тебя с матерью помирить. Мне казалось, что она под старость лет образумится, что у вас есть шанс… да только это всё лишь казалось.

— Бабуль, ну ты ещё поизвиняйся мне… Прекрати и не забивай себе голову. Договорились? Всё хорошо. Я уже и забыла о разговоре с ней. Всё в порядке.

— Ну и хорошо, если так… а по поводу твоего предложения перебраться в город я долго думала и решила, что понадоблюсь тебе, как детки у вас с Антоном пойдут. Буду помогать тебе, правнуков нянчить. Не няньку же нанимать. Так что, если можно будет купить что-то рядышком… перееду я.

— Конечно, бабулечка. Мы обязательно что-нибудь придумаем. Ой!

Наташа ухватилась за бок, потому что снова резануло, да так сильно, аж свет перед глазами померк на мгновение.

— Что случилось? Наташа?

Ответить было сложно. Накатило что-то странное, но быстро отпустило.

— Всё хорошо, бабуль. Ты только о приступе Антону не говори. Ладно? Он и без того слишком переживает за моё состояние после того, что случилось в деревне.

— Как это не говори? Ещё как скажу! В больницу тебе надо, милая!..

— Да я поеду в больницу, бабуль. После праздников. Обещаю тебе.

Бабушка только покачала головой, погрозилась, что всё Антону расскажет, если внучка не выполнит обещания. Наташа не обманывала Антона, не хотела, чтобы между ними оставалась недосказанность и заверила бабулю, что в больницу она пойдёт обязательно. После праздников. В эти дни, наполненные волшебством, ей хотелось больше времени провести с любимым, ведь после выходных наступят рабочие будни, а Антону придётся пропадать на работе.

Вскоре семья собралась за новогодним столом. Позвонили и родители Антона по видеосвязи. Они рады были увидеться со всеми, особенно радовались улыбке на губах сына и счастью в его глазах.

Куранты начали бить, уведомляя о наступлении Нового года. Антон открыл бутылку шампанского, но Наташа отчего-то не смогла и глотка сделать, хотя желание загадала… чтобы их волшебная любовь с Антоном никогда не заканчивалась.

* * *

После старого Нового года Наташа, как и обещала, поехала в медицинский центр. Хоть приступы с резью больше не повторялись, а общее состояние оставляло желать лучшего. Вялость… желание спать. Наташа чувствовала себя бесполезной, потому что и по дому ничего толкового не делала, и о работе с Антоном пока не говорила, а ведь планировала помогать ему с ведением бизнеса.

— Ну что я могу вам сказать? Боли у вас были не просто так, а из-за угрозы выкидыша, потому что срок был очень маленький, а нервные потрясения, наверняка серьёзные. Сейчас эмбрион прикрепился и активно набирает рост.

— Эмбрион? — переспросила Наташа пересохшими губами.

— Вы беременны. Не мудрено, что не знали об этом раньше. Сейчас только анализ ХГЧ показывает завышенные данные, а раньше и он бы был бессилен.

— Но…

Наташа икнула и с тоской посмотрела на дверь, за которой её дожидался Антон.

Не рановато ли для детей?

Сердце девушки гулко билось в груди.

— Что-то не так? Вы не хотите рожать ребёнка? В этом случае я могу предложить вам консервативный метод.

Наташа задумалась о своей матери. Она никогда не станет такой же. И избавляться от своего малыша она не хотела.