Поклянись, что это правда - Меган Брэнди

– Потому что и тебе не спится, и мне не спится… Мы могли бы не спать вместе.

Ноа тихо смеется и тут же прикусывает ворот худи.

– Я буду дома через восемь часов.

– Срок действия приглашения истекает через семь часов.

Он опускает глаза, и я понимаю, каким усталым он выглядит.

– Ну конечно. – Ноа молчит, потом тихо спрашивает: – Ты собрала все в поездку?

– Нет, мы с Кэм пили сегодня дешевую водку, до вещей руки не дошли.

Он качает головой.

– Беспокоиться не о чем, – быстро говорю я. – Мы бывалые туристы, знаем, что положить в рюкзак. Спортивные штаны, шорты, пару футболок. Волосы убрать в хвост, и мы готовы. Всякую мелочь возьмут мальчишки.

– Вы поедете сразу, как только мы вернемся?

– Да. – Я стараюсь сдержать улыбку. – Хочется побыть там подольше, это всего в нескольких часах езды.

Он кивает и смотрит в окно.

– Тогда тебе лучше поспать. Ты же не хочешь страдать от похмелья в дороге.

Он буквально повторяет слова Мейсона.

– Ага, я честно пыталась заснуть. – Неожиданно я зеваю, ложусь на подушку, кладу телефон на ребро и подпираю смятым одеялом.

Ноа отрывает взгляд от моего лица, и я не вполне уверена, какую часть моего тела он рассматривает. Кокетливо опускаю одеяло пониже, и мой длинный топ приподнимается, приоткрывая бедро.

– Джульетта, – хмурится Ноа, – я застрял в этом автобусе с тридцатью тремя мужиками на ближайшие семь часов, а потом еще семьдесят два часа не увижу тебя. Давай отключайся и баиньки.

Я хихикаю и улыбаюсь:

– Спокойной ночи, квотербек.

Ноа смотрит ласково, чуть улыбается.

– Спокойной ночи, красавица.

Мое тело будто овевает легкий ветерок, мне даже становится немного холодно. Машу на прощание, но на «отбой» не нажимаю, и знаю почему-то, что и он не нажмет.

Натягиваю одеяло до подбородка, засовываю руки под подушку, а его голова прислоняется к окну автобуса.

Я закрываю глаза и засыпаю.

* * *

Мейсон, как и обещал, отправил мне сообщение, когда их автобус подъезжал к кампусу. Он посоветовал нам начать собираться, если мы еще не успели этого сделать. Брат знает нас как облупленных – мы буквально пять минут назад закончили собирать вещи. После этого я успела добежать до парковки.

План такой: парни принимают душ, собираются, и где-то в течение часа мы загружаемся вместе с багажом в машину Мейсона. Так, скорее всего, все и будет, но я надеюсь, что не совсем так.

Смотрю по гугл-карте местоположение Мейсона и обнаруживаю, что они уже на подъездной дороге к кампусу. Через несколько секунд большой сине-золотой автобус сворачивает на парковку. Он останавливается, двери открываются, и ребята начинают выходить из него.

Оттолкнувшись от дерева, иду к автобусу.

Первым я замечаю брата, и беспокойство сжимает мои ребра.

Он идет к багажнику, который только что открыл водитель, и начинает двигать сумки в поисках своей.

Тут меня замечает Брейди.

– Ари, детка! – кричит он, и несколько уже вышедших ребят поворачиваются в мою сторону, но моя персона их не интересует.

Брейди бежит ко мне, не в силах дождаться, пока я сама до него дойду, и заключает в объятия.

– Готова оттянуться по полной?

– Готова, – улыбаюсь я в ответ и поворачиваюсь, чтобы обнять брата, который подходит к нам, слегка нахмурившись.

– Что ты здесь делаешь? – Он заглядывает мне за спину. – А где Кэмерон и ваши рюкзаки?

– Кэм в душе, но мы уже собрались.

Брат кивает, но потом видит мое худи и хмурится еще сильней. Он смотрит на меня, но Чейз влезает между ним и Брейди, прежде чем Мейсон успевает что-нибудь сказать.

Чейз с улыбкой обнимает меня, как это сделали Мейсон и Брейди.

– Ты пришла! – говорит он, отступая назад. – Я так тебя ждал! Покажешь мне видео?

Я хмурюсь, но быстро понимаю, что он имеет в виду. Его тачдаун.

Он это всерьез?

– Я… нет. Прости, но как раз этот момент я не записала.

– Не страшно, – усмехается Чейз, – завтра игру выложат на Huddle[34]. Посмотрим вместе в горах.

– Да, отлично. – Я киваю и слегка наклоняюсь, чтобы заглянуть ему за спину. Ребята из команды не спеша выходят из автобуса.

– Какие планы? – Он переводит взгляд с Мейсона на меня. – Проводишь нас до общаги?

– Нет, я…

Вижу Ноа и обрываю разговор с Чейзом.

Ноа спускается по ступенькам автобуса в сером худи, почти таком же, как у меня. Он поднимает руку, откидывает с головы капюшон и проводит ладонью по волосам. Ступает левой ногой на асфальт и в ту же секунду замечает меня.

Он замирает, и я тихо посмеиваюсь.

Поворачиваюсь к мальчишкам и чувствую, как легкий румянец заливает мою шею.

– Ты ведь пригласил вашего квотербека, да? – спрашиваю Мейсона.

Брат сначала напрягается, но потом шагает ко мне, прижимается губами к моим волосам и целует их.

– Да, сестренка, пригласил.

Чейз хмуро смотрит на мое худи и замечает на рукаве крупную цифру «девятнадцать». Бросив на меня короткий взгляд, он идет за ребятами, а я бегу наконец к Ноа.

Ноа сначала не двигается – следит взглядом за ребятами, потом поворачивается ко мне. Увидев мое худи, он смотрит мне в глаза. Надеюсь, он понимает, что я пришла не ради брата и его друзей.

Я пришла ради него.

Бросив рюкзак на землю, он идет мне навстречу. Но прежде чем он доходит до меня, я разворачиваюсь и показываю ему спину. Там – его номер. Но он это знает, ведь это он и подарил мне это худи.

Оглядываюсь на него через плечо.

– Я похожа на игрока из вашей команды?

Он улыбается и медленно качает головой:

– Ни капли.

– Оу! – подхожу к нему. – Но тебе ведь нравится, что я ношу твой подарок?

Ноа хватает меня за худи и притягивает к себе. Потом приподнимает и кружит. Когда мы оказываемся наполовину скрыты дверью автобуса, его рука скользит по моим волосам.

– Ты ведь знаешь ответ на этот вопрос, – говорит он и целует меня.

Губы Ноа настойчивы, он знает, что я не стану сопротивляться; все внутри скручивается и трепещет, когда я чувствую во рту его язык.

Он берет себя в руки и отстраняется, а потом я чувствую у уха его горячее дыхание. Мне жарко от этого дыхания, будто я украла воздух из его легких.

– Ты сводишь меня с ума. – Ноа тяжело дышит, и я прижимаю ладонь к его груди. – Я схожу с ума. – Его губы скользят по моей щеке и снова добираются до моего рта.

В этот раз это нежный, медленный поцелуй.