Счастье дается всем... - Фаина Козырь

Всю неделю к дому почившей Хейд текла человеческая река. Всем хотелось сказать доброе слово двум осиротевшим девочкам. Сказать, передать, обнять. Поплакать.

На второй день во двор к любимому дереву Хейд — душистому тайреку — девчонки перенесли по воздуху большой белый, глянцевый камень, взявшийся из ниоткуда. Он появился в первый день возвращения Янники в Дергиборг, упал прямо на пустырь возле калитки. И при падении откололся у него посередине крохотный кусочек.

Очертаниями камень сильно напоминал хрупкую женскую фигурку, на груди у которой горела Хротгарская звезда. Хейдуша… Будет куда прийти жителям Дергиборга, чтобы почтить память доброй вёльвы…

Янника шла к городской стене. С неё открывался невероятный вид на просыпавшийся город. Там можно было в одиночестве вдохнуть напоследок сладкий запах родных мест, чтобы унести его с собой к холодным звёздам.

Янника не спешила. Она поднималась на городскую стену, неспешно отмеряя шаги по каменным ступеням, и в её душе звенела, вырываясь наружу горькая песня о любви и прощании.

Янника пела на священном языке самой Снежной девы… Далеко со стены летел серебристый девичий голос И казалось, просыпающийся рассвет вторит ей звуками прощального утра.

— Флёй, сангё минь! Фра хёй мюре! Бёрь, сангё минь, штемень мин леньге — леньге… Лё минь ленгсель эттель мит хьёмлень…

— Лети, песня моя! С высоких этих стен. Неси, песня моя, голос мой далеко-далеко. Пусть тоска моя по родной земле росой умоется. Пусть сердце моё на чужбине без тебя успокоится. И живущим здесь радость оставляю я. Чтобы вспоминали добром вёльву старую и меня, вёльву юную, вёльву неразумную. Прощай!

Голос Янники серебром разлетался по округе в холодном рассветном воздухе. Прощай…

Стоя на стене, под звуки собственного голоса девушка вспоминала, как выполнила последнюю волю Хейдуши.

***

Дуся в тот день увязалась за ней в Озёрный край.

— Не отпущу одну! — топнула ногой девчушка и, быстро смахнув непослушные слезинки, что всю неделю капали из её ясных глазок совсем без ведома хозяйки, побежала собираться.

— Хейдушина лохань под двойным весом совсем развалится! — попыталась воззвать Янника к разуму непослушной девчонки.

— А ты не жри на ночь, вот и не развалится, — буркнула Дуська и добавила: — не трынди, не куплюсь! Лохань из морёного криппа сделана. Он вечный!

Вот что делать с ней? Брать с собой, конечно же…

Девчонки приземлились прямо во дворе княжеского дома, минуя стоявшую у высоких стен поместья охрану.

— К князю Сверборгу-могучему дело имеем, — веско прозвучал Дусин голос среди молчаливой княжеской челяди, что выбежала на крыльцо встречать нежданных гостей.

— Князь не принимает, уважаемые! — попытался остановить девушек плотный мужчина в одежде управляющего.

— Передайте князю, что мы выполняем волю хозяйки Дергиборга — вёльвы Хейдриенн Бретис. И не уйдём, пока он нас не примет.

Как и предполагала Янника, имя «Хейдриенн» открывало в Озёрном крае все двери.

Сверборг — могучий нисколько не изменился с того времени, что Янника видела его в последний раз. Та же стать, тот же могучий разворот плеч, тот же властный голос. Седины только прибавилось …

— И что пожелала передать мне высокородная иллике Хейдриенн Бретис? — князь не признал черноволосую Яннику и теперь с удивлением и отеческим удовольствием рассматривал двух колоритных девчонок в вёльвиных плащах, что потревожили его в это утро.

Янника протянула князю большую стопку писем, перетянутых нежной розовой ленточкой. Первое письмо в этой стопке было неровно свёрнуто, и каждый, кто держал его в руках, без труда мог прочитать первые строки, написанные аккуратным женским почерком: «Любимый муж мой, Борги… Прости, что пишу так поздно… Но твоя Хейди всегда была слишком недальновидна…»

Янника видела, как тяжёлая тень набежала на лицо князя, лишь только письма попали ему в руки. Он, задержав на мгновение пачку в руках, ровно настолько, чтобы успеть прочитать первые строчки, отложил её небрежно на высокий стол и повернулся спиной к девушкам.

— Как поживает высокородная Хейдриенн? — спросил он глухо и резко. — Может, благородная иллике не знает, что почта Снежного края работает без перебоев? Так передайте ей…

— Не получится… — прервала его Янника.

Князь повернулся и снова взял в руки письма, снисходительно ожидая продолжения. Его лицо не выражало никаких эмоций, кроме обычной аристократической вежливости.

— Хозяйка Дергиборга, — начала мужественно Янника, сглатывая подступивший к горлу ком, — любимая и почитаемая всеми вёльва Хейд умерла три дня назад в Необорге. Последние слова, что она сказала, были о Вас, князь.

Янника поклонилась и, не дожидаясь никакого ответа, потому как воля Хейд уже была выполнена, пошла к выходу, крепко зажав Дусину ладошку в своей.

— Постойте, девочки! — остановил их в дверях голос князя. — Как она умерла?

— Её убили… — Янника повернулась.

Князь стоял там, внутри большой комнаты, растерянный и неловкий. Руки теребили розовую ленточку, пытаясь развязать лёгкий узелок.

— Хейди убили?

— Да…

— Кто?! — в вопросе зазвенела воинская ярость и сталь.

Янника вздохнула глубоко, потому что слишком трудно было не плакать, слишком болела ещё незажившая рана потери:

— Вёльва Хейд не просила мстить, князь. Письма к Вам — вот её последняя воля. Будьте счастливы! Живите долго!

Янника поклонилась, и они с Дусей вышли.

— Это его наша Хейдуша любила? — прошептала Дуся.

— Не знаю, она не говорила.

— Точно любила!

***

Янника пела на городской стене. И всё было в этой песне: и горечь невосполнимой потери, и тоска по родному дому, и надежда на будущее, и любовь. Купол над городом качнулся, и девушке показалось, что он впитал в себя в себя её последние слова, как впитывает рассохшаяся земля долгожданную влагу.

— Прощай… — прошептала Янника куполу, и серебристая морось приземлилась к ней на ладонь, оставляя на руке вязь. Красиво.

Когда она вернулась домой, Дуся уже паниковать начала. Завтрак на столе, а Янника пропала неизвестно куда.

Когда они поели (Дуся знатно наловчилась жарить сырнички), Янника спросила:

— Ты всё запомнила? Где что лежит?!

— Всё…

— Ты помнишь, что тебе никто не указ, но маму, пока не вырастишь, слушать тоже надо.

— Помню.

— Книги Хейд никому не показывай. Учись в школе хорошо! На круг посматривай, чтобы черноты не завелось. В дневник всё записывай. И следуй неукоснительно только советам Снежной девы, что на скрижалях написаны, остальное для тебя не указ! Поняла?

— Поняла…

— Змейку тебе оставляю. Держи её в узде, а то она много воли взяла в последнее время.

Дуся, фыркнув, кивнула. И змейка, что лежала неподвижно возле дусиных ног, печально махнула хвостом. Ну что поделаешь? Приходится оставлять. Не улетает с планеты дымное благословение…

На пороге они обнялись.

— Будь счастлива, новая хозяйка Дергиборга! — шепнула Янника,