Короли Керни - Навесса Аллен

— Дело не в вещах, — сказала я более жестким тоном, чем намеревалась.

Она бросила на меня острый взгляд.

— Я знаю. Может быть, лучше, чем ты думаешь. Но злиться тебе следует не на меня.

— Мне жаль, — сказала я, проводя рукой по лицу. — Я не хотела, чтобы это прозвучало так, прости. В общем, я просто зла из-за всей этой ситуации.

Она невесело усмехнулась.

— Тогда мы отличная компания.

— А как насчет того парня в лифте? — Я спросила.

— Только не Лиам, — сказала она. — Это тот маленький придурок, которого он привел.

— А доктор Перес?

— Это тоже был Реддинг.

Меня охватило облегчение. Я разозлилась на Лиама? Да, но это была та злость, с которой я могла бы справиться, если бы мне принесли искренние извинения и дали время простить его — может быть, несколько лет. Подвергнуться нападению или отправить невинную женщину в больницу — это два преступления, которые я никогда не прощу.

— Где он вообще нашел Реддинга? — Спросила я.

— Через друга моего друга, — сказала она.

— И, дай угадаю, он не очень-то общался с ним лично?

Она покачала головой.

— Совсем нет, судя по тому, что он утверждал.

— Похоже на оплошность, — сказала я. — Невозможно точно оценить человека, если ты с ним не знаком.

Ее зеленые глаза заблестели в мягком свете.

— Ты права. Невозможно определить, например, является ли человек опасным социопатом, один поворот — и весь чертов поезд пойдет под откос.

— Значит, Реддинг вышел из-под контроля, и Лиам с тех пор пытается его поймать?

Она указала своим пивом на меня.

— Бинго. — Она отпила глоток и покачала головой, ее ярко-рыжие кудри рассыпались по плечам. — Проблема власти в том, что ты привыкаешь к ней, привыкаешь к тому, как люди реагируют на тебя. В мире MК Лиам — известный человек. Мужчины и женщины, с которыми он ежедневно общается, знают его, знают его репутацию, уважают его авторитет и, по большей части, делают то, что он говорит. Он привык к этому, поэтому, когда он имеет дело с людьми за пределами нашего мира, он немного… высокомерен — неподходящее слово.

Я чуть не фыркнула. Мне это слово показалось достаточно подходящим.

— Слепой — это больше похоже на правду, — поправилась она. — Его ожидания искажены его опытом. Он ожидает, что они будут выполнять его приказы, делать то, что он хочет. Он становится плохо подготовлен к неожиданностям. Он не предвидел, что Реддинг выйдет из себя или нарушит служебное положение, и даже сейчас он обращается с ним как со своенравным байкером, посылая Майка все уладить, вместо того чтобы разорвать отношения или уладить тот чертов бардак, в который он нас втянул. — По мере того, как она говорила, ее акцент становился все сильнее, в словах сквозил гнев, и «черт» звучал больше, как «блядь».

Лиам должен был извиниться за это перед многими людьми. Надеюсь, ему это дается так же легко, как и его сыну.

Я отвернулась от Дженнифер и уставилась в темноту, а в голове у меня все крутилось.

— И теперь, когда мы все знаем о Реддинге, у Лиама осталось время разобраться с этим по-тихому.

— Да, — ответила Дженнифер. — По крайней мере, Дэниелу хватило здравого смысла держать это дерьмо при себе. Его молчание — единственное, что дает мне надежду на то, что эту ситуацию можно исправить.

Я повернулась к ней, нахмурившись.

— Как?

— Если бы он рассказал в клубе о том, что сделал Лиам, они бы ополчились на моего мужа. Дэниел знает, насколько это было бы некрасиво, поэтому он дает Лиаму последний шанс все исправить, прежде чем он поднимет полномасштабный мятеж.

— Он сказал, что клуб более лоялен к нему, чем к Лиаму, — сказала я.

Она кивнула.

— Вот что происходит, когда ты открываешь свой собственный клуб. Лиам запутал всю ситуацию. «Короли» не глупы. Они видят его выступы против их лидера, и им это не нравится. Если Дэниел отдаст им приказ выступить, они пойдут сражаться за него.

— Лиам согласился отступить? Позволил Дэниелу вступить в тот клуб в Джорджии?

— Да, — сказала она. — Но только потому, что я пригрозила развестись с ним, если он этого не сделает.

— А как же перемирие между ним и Дэниелем?

Выражение ее лица изменилось.

— Он подпишет его, если хочет остаться в браке.

Я провела рукой по волосам, впиваясь ногтями, гнев брал надо мной верх.

— Что за чертов бардак.

— Действительно, бардак. Я могла бы выйти замуж за хорошего ирландского парня, — размышляла она, — как хотела моя мама. Но нет, я просто хотела высокого красивого американца.

Это вызвало у меня смех.

В уголках ее глаз появились морщинки, выдавая ее веселье.

— Знаешь, для тебя еще не поздно.

Я ухмыльнулась.

— Я знаю.

— И все же ты хочешь остаться?

Моя улыбка погасла, и я кивнула.

— Тогда добро пожаловать в наш мир, — сказала она. — Ты уверена, что справишься с этим?

— Да, — сказала я. Но захочет ли Джейкоб, чтобы я все еще была в этом мире, после того, что я собираюсь сделать? Я взглянула в сторону дома, указывая на него своим пивом. — Как думаешь, что планируют эти двое?

Она проследила за моим жестом, оглянувшись на их дом, и на ее лице отразилось беспокойство.

— Что-то жестокое. Что-то, что должно было послужить сигналом. Нарушение ранга Реддингом заставляет Лиама выглядеть слабым, и он захочет выставить его примером.

— Кому? — Спросила я. — Единственные люди, которые знают об этом, это мы, Майк, Дэниел и те, кому Дэниел рассказал.

Ее ответная улыбка была печальной.

— Этого более чем достаточно.

Я покачала головой.

— Что, если есть другой способ все исправить?

Ее взгляд заострился.

— Что ты имеешь в виду?

— Что, если бы был способ надуть Реддинга и «Джокеров», не втягивая в это остальных?

— Как? — спросила она.

— Я не могу тебе сказать. Тебе нужно правдоподобное отрицание. Как и всем.

Она нахмурилась еще сильнее.

— У Лиама не будет шанса отомстить?

Я покачала головой.

— Никто и не подумает, что он в этом замешан. Или Джейкоб. Или кто-либо из обоих клубов.

— Он не поблагодарит тебя за то, что ты лишила его возможности отомстить, — сказала она.

— По крайней мере, он будет жив, чтобы разозлиться на меня.

Она изучала меня с минуту, читая мои мысли, как раньше. Наконец она кивнула.

— Что тебе от меня нужно? — спросил она.

— Мне нужно, чтобы ты задержала их планы на столько, на сколько сможешь, и помогла мне выбраться отсюда, когда придет время, — сказала я ей.

Она кивнула.

— Я могу это сделать. Что