Моя сладкая певчая птичка - Сейбр Роуз

Он подходит и останавливается передо мной, и мы встречаемся взглядами. Его волосы стали длиннее, и их кончики завиваются в лёгкие волны. Борода аккуратно подстрижена. Морщины на лбу разгладились, словно он каким-то образом помолодел. На губах играет неуверенная улыбка.

Он смотрит вниз, на землю, делает шаг ближе, а затем снова поднимает взгляд, и я теряюсь в его глазах. Я хочу обнять его, как это делала Эверли. Я жажду прикоснуться к его губам своими и ощутить его вкус. Я желаю, чтобы он поднял меня, чтобы я могла обхватить его ногами за талию и запустить пальцы в его волосы, чтобы я могла смотреть в его глаза и растворяться в их глубине.

Но вместо этого я просто говорю:

— Привет.

Он делает глубокий вдох и прикусывает нижнюю губу. Я невольно слежу за этим движением и задаюсь вопросом, видит ли он тоску в моих глазах.

— Привет, — говорит он, протягивая руку, чтобы коснуться моих пальцев. Наши пальцы переплетаются и играют кончиками, словно он слишком напуган, чтобы взять меня за руку. Возможно, он нервничает так же, как и я.

— Как у тебя дела? — Спрашиваю я.

Только тогда я замечаю, что Лили, Эверли и моя мама наблюдают за нашим обменом взглядами. Я делаю шаг назад, прерывая это лёгкое, как пёрышко, соприкосновение наших пальцев, и поворачиваюсь к маме.

— Мам, это Райкер.

Моя мама знает, кто он такой. Она осведомлена о его роли в моем пленении и о том, как он помог мне сбежать. Однако она не в курсе моих чувств к нему. Как реагирует моё тело, как бьётся моё сердце, какие мысли проносятся в голове, когда он стоит так близко ко мне. Но я думаю, она догадывается.

С натянутой улыбкой, чтобы скрыть свою нерешительность, она протягивает руку.

— Райкер, — повторяет она. — Я с нетерпением ждала возможности познакомиться с тобой.

Райкер, качая головой, вопросительно наклоняет её в мою сторону.

— Приятно познакомиться с вами…?

— Эбигейл, — произносит она. — Ты можешь называть меня Эбигейл.

— Приятно познакомиться с тобой, Эбигейл. Лили рассказала мне обо всём, что вы сделали для неё и Эверли. Я бесконечно благодарен вам за помощь моей семье. Это очень много для меня значит.

— Мы были рады помочь, — говорит моя мама, обнимая меня за плечи. — Мия рассказала нам… — Она замолкает и прочищает горло. — Мия настояла на том, чтобы мы помогли, и мы не хотели, чтобы было по-другому.

Райкер встречается со мной взглядом и кивает. У меня замирает сердце. Эверли, перекидывая сумку Райкера через плечо, говорит:

— Ну что, идём? Я умираю на этом солнце.

— Я думаю, что смерть — это немного преувеличение, не так ли? — Отвечает Лили.

Эверли лишь закатывает глаза и, взяв Райкера под руку, тянет его к машине. Я наблюдаю за ними издали, отмечая, что он выглядит ещё более подтянутым с тех пор, как я его видела. На нём джинсы и футболка, а его ботинки покрыты слоем пыли. Когда он садится на заднее сиденье рядом с Эверли, я замечаю, что он сбрасывает их.

Поездка в город наполнена болтовнёй Эверли и короткими ответами Райкера. Она расспрашивает его обо всём, что связано с тюрьмой: от того, как он тренировался, до того, что ел. Мама то и дело поглядывает на меня. Я избегаю её взгляда, поэтому она просто похлопывает меня по колену, а затем снова кладёт руку на руль.

— Ты в порядке? — Тихо спрашивает она.

Я киваю, но ничего не говорю. Мне кажется, что тепло, исходящее от тела Райкера, распространяется по воздуху и достигает меня. Я чувствую на себе его пристальный взгляд. Кажется, это уже чересчур.

Мама подъезжает к дому Лили и выключает двигатель.

— Вы ведь придёте к нам на ужин попозже, не так ли? — Спрашивает она.

— Только если мы не помешаем, — говорит Лили.

— Конечно, нет. Мы вам всегда рады. В доме стало так тихо с тех пор, как вы съехали.

— Что ж, тогда это будет для нас удовольствием. Мы очень ценим, как тепло вы с Сэмюэлем нас встречаете.

Мы словно вернулись на несколько месяцев назад, в то неловкое время, когда Лили и Эверли крутились вокруг моей матери, как чужие.

Они выходят, и я тоже выхожу из машины. Мне так хочется прикоснуться к нему, прижать его к себе и почувствовать его надёжность. Но я стою в стороне, напряженная и неестественная, не зная, что делать.

— Пошли, — кричит Эверли Райкеру, уже поднимаясь по ступенькам к дому и вставляя ключ в замочную скважину. — Я хочу тебе всё показать.

— Через минуту, — отвечает он, посмеиваясь про себя.

Он подходит ко мне и, не отводя взгляда, смотрит мне в глаза.

— Я не знаю, как отблагодарить тебя за всё, что ты сделала для них. Я никогда не смогу отплатить тебя за твою доброту. Я… — он тяжело вздыхает и делает ещё один шаг вперёд, понижая голос. — Мне бы очень хотелось поговорить с тобой на каком-нибудь этапе. Тюрьма была… Тюрьма…

— Давай же! — Нетерпеливо кричит Эверли, топая ногой по бетонной ступеньке.

— Мы можем поговорить позже? Может быть, после ужина?

Я киваю, и Райкер наклоняется вперёд, как будто собирается обнять меня. Я тоже наклоняюсь вперёд, но понимаю, что он поднимает свою сумку. Я нервно смеюсь, он тоже издаёт смешок, но мы не обнимаемся. Мы вообще не касаемся друг друга.

— Позже?

Я снова киваю.

— Позже.

ГЛАВА 33

МИЯ

Ужин был полон напряжённых разговоров, которые иногда прерывались смехом. Папа пристально смотрел на Райкера, словно пытаясь разгадать его, а мама и Эверли весело болтали, заполняя тишину каждый раз, когда неловкая пауза затягивалась. Райкер был со мной вежлив, но лишь формально. Мы сидели за столом друг напротив друга, и каждый раз, когда наши взгляды встречались, быстро отводили глаза.

Только когда мы все устроились в гостиной, он предложил нам прогуляться. Папа озабоченно нахмурил брови, но ничего не сказал. В этом не было необходимости, он уже всё сказал ранее.

Мама предложила Лили и Эверли посмотреть фильм, пока нас не будет. Они, похоже, с энтузиазмом восприняли эту идею.

Райкер