Попаданка для главного злодея - Стася Вертинская

– Это камень с Туманного озера на пике Тяньлянь. Думаешь, я не догадался, что ты сделала? Не понял, как вы добыли Лотос, хотя Хань Шэн всё это время был позади? Поэтому Небесное испытание вырвалось с озера и преследовало тебя.

– И ты думаешь призвать его сюда? – я недоверчиво покосилась на камень.

– Поверь, Небесное испытание само найдет похитителя, когда почувствует рядом Лотос. К тому времени ты уже будешь мертва. А Лотос в руках у Хань Шэна. Как думаешь, он справится с наказанием древних богов? Мне останется только закончить то, что начала ты сама.

Он усмехнулся и положил руку на рукоять Клинка Пустоты.

– Так ты добыл его, – меня вдруг пронзило осознание произошедшего. Фан Юньчен не просто разгадал, как я забрала Лотос. Он сам использовал мои читерские ходы.

– А ты думала, одна такая умная? – усмехнулся он.

Потом вдруг протянул руку к моему лицу и провел пальцами по щеке. От его нежного взгляда мне стало не по себе. Я тут же снова попыталась укусить его, но зубы клацнули в воздухе.

– Прощай, Ань Юэ, – тихо сказал он.

Потом развернулся и вместе с оставшимися заклинателями пошёл прочь, чтобы ждать появления Хань Шэна, не привлекая внимание.

– Вернись, Фан Юньчен! – крикнула ему вслед. – Я сделаю из тебя удобрение для моих рисовых полей!

А потом замерла в отчаянии. Умирать мне всё ещё не хотелось.

Я простояла у скалы долго. Успела несколько раз обозвать Фан Юньчена. Попыталась дотянуться до камня с пика Тяньлянь – проверить, работает ли он? От скуки посмотрела в тёмное небо.

Камни скрипнули под чьими-то ногами. Я посмотрела вперед и встретилась взглядом с Хань Шэном. Хотела было обрадоваться, но вспомнила: сейчас он не узнает меня и убьет, как ненавистную заклинательницу.

33

Хань Шэн шёл за Цзян Ченъяном. Смотрел ему в спину и думал: а не зря ли он поверил ему? Ань Юэ могла сказать заклинателю про рис нарочно, чтобы усыпить бдительность, как она делала всё это время.

Цзян Ченъян шел пошатываясь – быть может, он сказал о ней, чтобы выиграть время и найти помощь других заклинателей? Хань Шэн перехватил рукоять меча поудобнее и призвал ци. Он был готов к нападению в любой момент. Единственное, что мешало ему вогнать лезвие между ребер Цзян Ченъяна – то, как заклинатель уверенно повернулся к нему спиной. Это или ловушка, или Цзян Ченъян верит, что они могут действовать сообща.

Заклинатель остановился на скалистом склоне и тяжело опустился на землю возле скалы. Он был бледен. Хань Шэну оставалось только удивляться, зачем Цзян Ченъян дал побить себя?

– Она там, – тихо сказал Цзян Ченъян и указал рукой в сторону.

У подножия склона и правда было три заклинателя – один из них дружок Ань Юэ – и какая-то девушка.

– Ты соврал, – прошипел Хань Шэн и поднял меч.

Острие замерло возле горла Цзян Ченъяна. Но заклинатель оставался спокоен. Он поднял взгляд на Хань Шэна и сказал:

– Её спрятали под иллюзией. Ведь только тогда бы ты не сомневаясь убил её.

Рука Хань Шэна дрогнула.

Он снова посмотрел на девушку, привязанную к скале. В этот момент Фан Юньчен прикоснулся к её щеке, а она тут же принялась клацать зубами как одержимая.

– Вернись! – прокричала она вслед уходящему заклинателю. – И я сделаю из тебя удобрение для моих рисовых полей!

Хань Шэн не знал, верить ли ему в то, что он видит или нет? Что на самом деле иллюзия: образ девушки или то, как заклинатели точно воссоздали её поведение? Но ни одна уважающая себя заклинательница не позволила бы себе кусать других.

Он опустил меч.

– Значит, она под иллюзией, – произнёс он, будто говоря с собой. – Чтобы я сам убил её, не разглядев. Очень… в духе заклинателей.

Цзян Ченъян ничего не ответил. Но Хань Шэн и так понял: есть и те, кто встал на их с Ань Юэ сторону. Тот, кто по её словам должен был убить его, сейчас единственный, кто предупредил о ловушке и уберег от опрометчивого решения. Не все заклинатели одинаковы.

Хань Шэн сомневался. Он слышал слова Ань Юэ. Испытал отчаяние и жгучую ненависть. Но где-то в глубине души хотел надеяться, что это ошибка.

Он сомневался и в том, что Цзян Ченъян сказал ему всё.

– Фан Юньчен давно просчитал всё это, – вдруг сказал заклинатель, будто прочитав мысли Хань Шэна. – И я должен предупредить тебя: он смог добыть Клинок Пустоты. Ань Юэ сказала, что это единственное, чего тебе стоит бояться.

Эти слова заставили Хань Шэна вздрогнуть и окончательно поверить, что ни Цзян Ченъян, ни тем более Ань Юэ – не враги ему.

Он повернулся к заклинателю. Цзян Ченъян сейчас вряд ли был способен даже спуститься с горы. Чтобы прийти в себя, ему понадобится несколько часов медитации.

– Ты не сможешь сражаться, – сказал Хань Шэн. Это не был вопрос.

Цзян Ченъян слабо усмехнулся:

– Я знал, на что иду. Если бы я не сделал это, ты не стал бы меня слушать.

– Ты готов был погибнуть, чтобы просто поговорить со мной?

– Кто-то должен был всё это закончить, – многозначительно ответил Цзян Ченъян.

А потом вытащил из кармана небольшую нефритовую печать.

– Это Печать Подавления, – сказал он. – Она сработает лишь раз. На пару вдохов Фан Юньчен утратит контроль над Клинком и над собственной ци. Это твой шанс ударить первым.

– Ты готовил её для себя? – усмехнулся Хань Шэн. – Но ни разу не использовал.

– Потому что тогда наш общий путь ещё не был закончен, – Цзян Ченъян улыбнулся, поняв намёк Хань Шэна.

Хань Шэн посмотрел на зажатую в руке печать. Странно было принять такой артефакт из рук врага, который готовил печать для него же. Но в этот момент он понял, что больше не хочет открывать врата Бездны.

– Если я смогу победить и спасти Ань Юэ, я отдам тебе Небесный Лотос и Зеркало. Мы с ней уйдем на край земли и будем выращивать рис.

Он не стал дожидаться ответа. Отвернулся и шагнул по склону горы