Контракт на плен - Любовь Трофимова

— Боюсь вас разочаровать, — покачав головой усмехнулась я. — Но я не только использованная, но и бракованная.

— С чего вдруг? — насторожился мужчина.

— Я беременна, — соврала я, надеясь оттянуть время и, глянув в упор, уточнила: — Почти шесть недель.

— Ты подписала себе смертный приговор, — зарычал Дамир. — Не допущу ещё одного ублюдка в нашем роду. Мне едва хватило терпения дождаться времени, когда я уничтожу Алишера и его сестру. Но ты и твой выродок жить не будете.

— Мы так не договаривались, — возмущённо вмешался Валид, всё это время стоящий в стороне.

— Заткнись, наёмник, — зарычал на него дядя Алишера и, кивнув на меня, подытожил: — Тебе и так кучу денег отвалили за эту падаль.

— Я не позволю, — шагнул Валид ближе, но его перехватили два охранника.

— Уберите его, — рявкнул мужчина. — И лучше с концами.

Валид с рыком попытался прорваться ко мне, но его быстро скрутили и, заломив руки, вывели из комнаты. Я же, пытаясь держать свои эмоции под контролем, перевела взгляд на странно задумчивую Мариям.

— Отдайте её мне, — попросила она мужчину, а он вскинул от удивления брови.

— Зачем тебе эта шваль? — опешил он.

— Вы обещали, что я буду обеспечена до конца жизни, если выйду замуж за Алишера.

— Я сдержу слово, но…

— Да вы послушайте, — закусив губу, перебила девушка и, кивнув на меня, затараторила: — Я заберу ребёнка и выдам его за своего.

— Ты сдурела? Вы же даже ложе ни разу не делили, — хохотнул мужчина.

— Ну и что? — фыркнула она. — Алишера скоро устранят, вы же сами сказали. А развод оформить он не успел.

— Ну да, — осторожно подтвердил он.

— Ну вот, — засияла Мариям. — Он погибнет, а я как будто рожу его ребёнка. Так, всё наследство достанется мне, ну то есть нам с вами.

— А в этом что-то есть, — задумавшись, забормотал мужчина и, повернувшись ко мне, поинтересовался: — Тебя осматривал врач? Кто-нибудь знает о ребёнке?

— Нет, — всхлипнув, ответила я. — Даже Алишеру сказать не успела.

— Это идеальный выход, — обрадовалась девушка. — Значит, Алишер тоже никому не мог рассказать. Как только ребёнок родится, делайте с ней что хотите. Зато имущество, счета и бизнес будут нашими на законных основаниях. Единственный наследник же.

— Умница, девочка, — расплылся в довольной улыбке мужчина. — Так и решим.

— Нет, пожалуйста, — уже не сдерживая слёз, залепетала я. — Отпустите… я уеду… вы никогда о нас не услышите. Я никому не…

— Заткнись! — рявкнул Дамир, а я, пошатнувшись, упала на колени и зарыдала.

— Пожалуйста, пожалуйста, — затараторила, рыдая навзрыд и, уткнувшись лицом в колени, незаметно достала телефон, тут же прикрыв его широким рукавом.

Завершила всё ещё идущую запись диктофона и отправила Алишеру и Амине. Делала всё быстро, почти на ощупь, надеясь, что не перепутала кнопки. Потом сунула телефон в карман и тихо завыла.

— Хватит реветь, — строго сказала Мариям. — Ты навредишь моему ребёнку.

— Прошу вас… — подняв заплаканные глаза, взмолилась я. — Отпустите.

— Увести её, — прорычал дядя мужа двум вернувшимся в гостиную охранникам. — Запереть и охранять.

— Постойте, — остановила их девушка и, подойдя ко мне, обшарила мою одежду и выудила из кармана телефон.

С размаху кинула его об пол и, наступив ногой, прокрутила каблуком прямо по экрану. Раздался характерный хруст и экран телефона потух.

— Вот теперь уведите, — удовлетворённо приказала она. — Комната для гостей в дальнем крыле. Заприте её там.

ГЛАВА 40

Юля

Проведя по длинному коридору, охранники открыли дверь одной из комнат и впихнули меня внутрь. Щёлкнул замок и, оглядевшись, я подбежала к окну. Стало понятно, почему меня поселили именно здесь, когда, раздвинув шторы, я увидела решётку, частично увитую цветущей лозой.

В небольшой, но достаточно уютной комнате, предназначенной стать моей тюрьмой на ближайшие месяцы, было всё необходимое. Большая кровать, встроенный шкаф, отдельная ванная и даже столик, стоящий у небольшого углового дивана. Но не телевизора, ни книг, ничего больше… Действительно, тюрьма.

Хотя, учитывая, что изначально о беременности я соврала, моё заточение может прекратиться в любой момент, но знать, какую судьбу приготовит мне дядя Алишера, мне не хотелось. Получалось, что на побег или поиск помощи извне мне отмерено не так много времени. Но к кому обратиться и как отсюда выбраться я пока не представляла.

Сев на диван, сжала виски руками и, пытаясь успокоиться, стала обдумывать мои дальнейшие действия. На помощь Валида надежды уже не было. Хотя мужчина и понял свою ошибку, но слишком поздно. Возможно, его самого уже нет в живых. Учитывая далеко идущие планы Мариям и дяди Алишера, я была уверена, что всех возможных свидетелей уберут уже в ближайшее время.

Оставалась хозяйка виллы, но учитывая её настрой, как начать разговор и на какие точки надавить, пока было непонятно. Примерно через час послышались шаги, дверь открылась, и в комнату вошла Мариям в сопровождении одного из охранников.

— Прежде чем я соглашусь терпеть тебя в своём доме, я должна быть уверена, — швырнув на диван пару цветастых коробочек, выпалила она.

— В чём? — опешила я и, покосившись на упаковки, мысленно чертыхнулась.

— Не прикидывайся, — прищурившись, прошипела она. — Иди, делай тест на беременность.

— Но срок совсем маленький и если… — попыталась поспорить я.

— Если результат будет отрицательным, — скрестив руки на груди, перебила она. — Через пару недель повторим. Если и тогда не подтвердится, я отдам тебя на растерзание дяде Алишера.

— А если?..

— А если ты беременна, — снова перебила она. — То проживёшь ещё несколько месяцев.

Взяв оба теста, я вздохнула и, встав, направилась к ванной комнате. Мариям тут же пошла за мной, зайдя в ванную, закрыла дверь изнутри и молча кивнула на стоящий за небольшой перегородкой унитаз.

— Может, ты выйдешь? — вскинув брови, поинтересовалась я.

— Делай. Оба. Теста. — проигнорировав мой вопрос, жёстко проговорила девушка и, нахмурив точёные бровки, фыркнула: — Думаешь, мне это нравится?

— Зачем ты это делаешь? — устало спросила я. — Ведь он твой муж и…

— Муж? — перебила она и, сжав кулачки, шагнула ко мне. — Из-за него меня разлучили с мужчиной, за которого я действительно хотела выйти замуж. А что в итоге? Запер меня на этой вилле! А мне всего двадцать один год. Я не собираюсь прозябать здесь всю жизнь.

— Могла бы и отказаться, — предположила я.

— Ты издеваешься? — прорычала она. — Забыла, как попала в его дом? У нас не спрашивают мнение девушки и не считаются с её чувствами.

— Мне жаль, — искренне отозвалась я.

— Жаль? — скривилась она и, зло усмехнувшись, намекнула: — Можно