Алая нить - Франсин Риверс

Он перекинул ее французскую косу со спины на правое плечо и довершил втирание защитного крема.

— Надеюсь, тебе хорошо?

— Еще как.

На секунду Рон остановился. Сьерра почувствовала, как он прошелся подушечками больших пальцев вдоль позвоночника снизу вверх и обнял ее за плечи.

— Приятно видеть на твоем лице улыбку, — заметил он, разжимая объятия, и выпрямился.

Марша позвала Тома и стала подавать наверх еду. Появилось большое блюдо, до краев наполненное нарезанными овощами со сладким соусом, еще одно — с сэндвичами, миски с картофельным и фруктовым салатами, чипсы.

— А как насчет выпивки? — снова донесся снизу голос Марши. Том открыл контейнер со льдом, установленный на палубе перед отплытием.

— Можно использовать ведерки для охлаждения вина. Да у нас полно всего.

Рон залихватски свистнул, привлекая внимание четверки все еще плескавшихся в воде детей.

— Голодные среди вас есть?

Дети дружно закричали «да!» и быстро поплыли к яхте.

— Разбирайте поскорее сэндвичи, пока они не добрались сюда, — весело предупредила Марша. — Плавание в соленой воде неким мистическим образом способствует возбуждению аппетита.

Сьерра улыбнулась и встала с шезлонга. Рон не шелохнулся. Он кивнул ей в знак того, что она может не беспокоиться и идти к столу, а он присмотрит за ребятней, нагрянувшей как стая голодных барракуд.

Клэнтон взобрался на палубу первым. Дрожа всем телом, он наспех закутался в полотенце. Взял тарелку, бросил на нее два сэндвича и внушительную порцию картофельного салата, сунул под мышку бутылку содовой, схватил пакет с чипсами и пошел на нос яхты. Рид, Каролина и Памела поднялись на борт и тут же помчались к еде. Рон смеялся.

— Все равно, что наблюдать за разъяренными от голода акулами.

— Возьми немного овощей, Рид.

— Ну мама!

— Ты слышал меня.

Рид покраснел, взял парочку кружков моркови и несколько веточек сельдерея, положил их на тарелку и ретировался на нос судна.

Марша неодобрительно покачала головой, взглянула на дочь и заметила, что та уже собирается взять горсть чипсов.

— Памела, — усталым голосом протянула она, — ты прекрасно знаешь, что жирная пища делает с твоей фигурой. Возьми лучше немного фруктового салата.

От смущения щеки Памелы покрылись красными пятнами. Она положила тарелку на поднос и сбежала вниз.

— Ради всего святого! — воскликнула раздраженная Марша. — Просто не знаю, что на нее нашло в последнее время.

— Да уж, интересно. — Том плотно сжал губы, наклонился и достал еще одно ведерко со льдом.

Марша выгнула бровь.

— Ты уже выпил четыре порции, Том.

— Что ж, значит, это будет пятая. Он направился к шезлонгу.

Марша внимательно посмотрела мужу вслед. Многозначительно откашлялась, обернулась к Сьерре и Рону.

— Ладно, думаю, мне лучше сходить вниз и разузнать, что на этот раз расстроило Памелу. — Она умоляюще улыбнулась Рону и прошептала: — Будь добр, присмотри за Томом, ладно?

— Он взрослый человек, Марша.

— Да, но думаю, он уже достаточно выпил, согласен? Сьерра заметила, что как только Марша исчезла с палубы, Рид выбросил овощи в воду и тут же запустил руку в конфискованный у Клэнтона пакет с чипсами.

Предоставленные сами себе, Сьерра и Рон спокойно перекусили вдвоем, ведя тихую беседу о работе, о проблемах с детьми. Том заснул в шезлонге, мальчики в это время толкались на палубе возле водонепроницаемого ящика в поисках игр, которые там хранил Рон. Каролина в ожидании своей подружки сидела, свесив ноги за борт. Когда Памела появилась, на ее лице были видны следы слез.

— Мама говорит, что у нее раскалывается голова, — произнесла она будто назубок выученный текст. Затем взяла тарелку, покорно положила ложечку фруктового салата и присоединилась к Каролине.

Сьерра сошла вниз и обнаружила Маршу, которая раздраженно рылась в дорожной сумке.

— Я знаю, что взяла их, — в отчаянии сказала она. Вытряхнула содержимое сумки на встроенную в переборку судна койку и раскидала все вещи. Затем облегченно вздохнула, схватила маленькую аптечную склянку и открыла крышечку. Извлекла две капсулы, вернула крышку на место и бросила склянку на постель. Потом закинула капсулы в рот и направилась в сторону камбуза. Сьерра услышала шипение газированной минералки, наливаемой в стакан.

— Не знаю, что делать с этой девчонкой, — пожаловалась Марша из камбуза. До слуха Сьерры донесся глухой стук поставленного стакана. — Я пытаюсь всего лишь защитить ее. Дети нередко бывают такими беспощадными к полным и страдающим прыщами сверстникам. — Она вернулась в каюту и села на койку собирать разбросанные вещи обратно в сумку. — Памела понимает все мои слова шиворот-навыворот. Иногда мне кажется, что она намеренно делает это, пытаясь досадить мне. Или же она просто дурочка.

Марша уронила сумку на пол, подалась вперед, уперлась локтями в колени, потирая виски.

— И теперь эта невыносимая головная боль…

— Могу предложить холодный компресс, — сочувственно сказала Сьерра.

— Да, если можно, — согласилась Марша и вытянулась на постели.

Сьерра пошла в камбуз и намочила полотенце.

— Спасибо. — Марша накрыла прохладной тканью глаза и лоб. — Будь добра, передай Тому, что я неважно себя чувствую. По всей видимости, я получила тепловой удар.

— Скажи ей, пусть поспит, — ответил Том на переданное Сьеррой послание. Позевывая, он снова натянул на глаза кепку. Было совершенно очевидно, что он и не собирался спускаться вниз, что бы переброситься словечком с женой.

Поговорить с Маршей вместо него пошел Рон. Дети в это время снова отправились купаться. Сьерра, опираясь на леер, наблюдала за ними.

Рон вернулся и с виноватой улыбкой покачал головой:

— Прости, что оставил тебя.

В извинениях не было никакой нужды — Сьерра наслаждалась уединением. В какой-то момент у нее возникло чувство вины по отношению к Марше, проблемы которой дали толчок ощущениям, что ее собственные неудачи не так уж страшны. Ей всегда казалось, что у Марши замечательная семья. Разумеется, бывали и в ее доме напряженные денечки. Какая семья может похвастаться полным их отсутствием? Но события сегодняшнего дня со всей очевидностью доказывали, что в этом королевстве все не так уж гладко.

— Как она, ей стало легче?

— Она предпочла остаться внизу и отдыхать до самого конца путешествия. — Рон громко свистнул, чтобы привлечь внимание ребят. — Эй, там, за бортом, сворачивайте игры. Через полчаса поднимем якорь.

Четверка купальщиков выразительно застонала и с упоением продолжила игру в пятнашки.