Черный бриллиант - Андреа Кейн

— Я знаю, мистер Сколлард поможет нам справиться. — Она похлопала по карману плаща Джулиана, в который была бережно уложена книга о соколах. — Он поведет нас к разгадке так же безупречно, как луч его маяка ведет проходящие мимо корабли.

Словно в ответ на ее слова дверь распахнулась, и из нее вышел седовласый джентльмен с сияющими голубыми глазами.

— О Аврора! Отлично, чай еще не остыл. — Он вытер руки о фартук и перевел проницательный взгляд на Джулиана: — Очень приятно, сэр.

Он помолчал.

— Я не обращаюсь к вам по вашему титулу отнюдь не из-за неуважения, а потому что он вызывает у вас неприятные воспоминания. Но все это, конечно, изменится. Я имею в виду не мое обращение, а вашу антипатию. А вернее, изменится и то, и другое. Но первое не будет результатом последнего. Нет, я рад сказать, что, когда вы преодолеете свою антипатию, я буду обращаться к вам по данному вам имени. Поэтому мне опять-таки не придется обращаться к вам «ваша светлость». — Смотритель решительно кивнул головой. — Не хотите ли войти внутрь?

Столь витиеватое приветствие больше позабавило Джулиана, чем удивило. Действительно, мистер Сколлард оказался в точности таким, как он и ожидал.

— Очень приятно познакомиться с человеком, о котором я слышал так много хорошего от своей жены.

— О, обо мне она говорит, что грезит о вас.

— Мистер Сколлард! — Аврора замерла, раскрыв рот. Смотритель маяка, засмеявшись, провел их внутрь.

— Ну, не так уж я и смутил тебя, да и открытия большого не сделал.

Джулиану мистер Сколлард начинал нравиться. Войдя в уютную комнатку, он огляделся и заметил чайник, пирожные и три чашки, ожидающие их. Комната была меблирована двумя стильными креслами и диваном, на котором лежали написанные акварелью картины. В сложенном из кирпича камине бушевало пламя, и Джулиан поймал себя на мысли, что внутреннее убранство комнаты в совершенстве подходит мистеру Сколларду: теплое, светлое и аккуратное.

— Присаживайтесь, сэр. — Смотритель маяка указал на кресло, разливая по чашкам чай.

— Поскольку вы сами все уже предугадали, то почему бы вам теперь не начать обращаться ко мне по имени? — предложил Джулиан, усаживаясь в кресло и положив книгу на край стола. Я не так уж расположен к слову «сэр».

— Зато вы расположены к черному чаю, разбавленному бренди. — Мистер Сколлард протянул ему чашку. — Вы ведь приобрели это пристрастие на Дальнем Востоке — смешивать тамошний ароматный чай со своим превосходным французским бренди, Джулиан, — прибавил он, прищуривая голубые глаза.

— Совершенно верно, — улыбнулся Джулиан, пробуя напиток. — Приятно сознавать, что можно найти такой изумительный коктейль прямо здесь, в Англии. У этого чая исключительный вкус.

— Я рад, что он вам понравился.

— А мне — нет, — заявила Аврора, наклонившись над столом и заглядывая в нетронутую чашку, стоящую перед ней. — Я должна это выпить?

— Нет, не должна, — ответил Мистер Сколлард. — Но скоро сама захочешь это сделать. А иначе чем же ты будешь запивать свои любимые пирожные?

— Ну хорошо. — Вздохнув, Аврора сделала пробный глоток, и на ее лице появилось озадаченное выражение. — Это же не крепкий чай, и к тому же он не разбавлен бренди.

— Конечно, нет. А почему он должен быть крепким и с бренди? Ведь это герцог любит такой чай, а не ты. — Смотритель маяка уселся в другое кресло и поднял свою чашку. — Твой чай послабее и сладкий. А у меня — моя любимая смесь сортов, привезенных с Явы, и с небольшой добавкой сливок.

— Но ведь вы приготовили только один чайник… а впрочем, какая разница. — Аврора принялась за пирожное. — К чему я все это спрашиваю?

Она с удовольствием откусила кусочек.

— Джулиан, попробуй пирожное. Но предупреждаю — от них трудно оторваться. Благодаря пирожным мистера Сколларда я скоро не смогу влезть в свои любимые платья.

— Обязательно попробуйте, — убеждав Сколлард Джулиана. — У вас впереди долгое путешествие — путешествие тела, разума и сердца. Вам понадобится ваша сила — для чего-то больше, для чего-то меньше.

Джулиан задумчиво прожевал и проглотил эти наивкуснейшие сласти.

— В самом деле? — Он облизнул палец. — Тогда я бы пожелал, чтобы мое путешествие было столь же восхитительным, как и эти чудесные пирожные.

— Одни начинания выполняются проще других. Однако вкус удовольствия тает так же быстро, как и сладости на языке. Это очень трудное путешествие, цели которого туманны и даже непостижимы, но оно принесет величайшую награду. — Сколлард некоторое время сидел в задумчивости. — И опять-таки, некоторые легковыполнимые начинания, преходящие и мимолетные, представляются иным искателям приключений величайшей наградой, к которой они и стремились.

— Мы говорим о черном бриллианте или о моих личных поисках? — пристально посмотрел на мистера Сколларда Джулиан.

— Полагаю, вы сами только что говорили и о том, и о другом.

В ответ последовала легкая улыбка.

— Наверное, так. — Джулиан наклонился к столу, забыв о своем чае, и схватил книгу о соколах: — Вот единственная загадка, чрезвычайно интересная для меня.

Сколлард скользнул взглядом по книге, даже не притронувшись к ней.

— Чем же я могу вам помочь?

— Нам с Рори нужно понять смысл послания Джеймса. Взгляните, пожалуйста, на дарственную надпись и на подчеркнутые слова.

— В этом нет необходимости. Я видел и то, и другое.

В глазах Джулиана мелькнуло недоверие.

— Очень хорошо. Вы можете сказать, что из этого важно?

— И то, и другое.

— Мы пока не нашли, за что нам можно ухватиться.

— Возможно. С другой стороны, может быть, вы просто пока не готовы осмыслить то, что уже имеете.

— И как же нам нужно к этому приготовиться?

Не моргнув глазом Сколлард ответил:

— Каждый из вас должен раскрыть себя.

— Больше вы ничего не хотите сказать?

Мистер Сколлард поставил чашку и блюдце на стол.

— Почему же, я могу сказать вам еще кое-что. Во-первых, вы человек вполне самостоятельный. Ваш прапрадед мог бы гордиться вами и не сомневаться в том, что вы восстановите честь фамилии, которая была столь долго несправедливо опорочена.

Джулиан наклонил голову:

— Вы в этом уверены или это ваше пророчество?

— Это факт, Джулиан. Вы уже сейчас поступаете более благородно, чем два предыдущих поколения вашей семьи, отделяющие вас от Джеффри и бросившие тень на вашу фамилию. Ваша внутренняя сила сравнима с силой духа Джеффри, а ваша физическая сила намного больше. К тому же у вас есть поддержка, которой у него не было, поскольку ваш нынешний партнер значит для вас гораздо больше, чем просто друг.