Неотразимый соблазнитель - Кит Доннер

Дворецкий Стоун ждал у двери, когда в половине третьего ночи Брайс наконец-то вернулся домой. Он вспоминал свой разговор с премьер-министром и министром обороны, когда устало, поднимался по лестнице к себе в спальню. Проклятие! Ему так и не удалось узнать планы шпионов в ту ночь в доках.

Сегодня все сошлись во мнении, что французское вторжение случится, вероятнее всего, в течение недели. Все соглашались, что практически единственное место для высадки французов — это юго-восточное побережье. Оставалось лишь узнать, где именно и когда.

Он задержался у двери комнаты Пейшенс, но не хотел беспокоить ее, хотя ему ужасно было нужно ее исцеляющее тепло. Его рука потянулась к двери и скользнула по ручке. Потом он отдернул руку.

Брайс тихонько постучал в комнату Реда Тату, расположенную рядом с его, и дверь немедленно распахнулась, открыв мрачное и настороженное лицо камердинера. Он все еще не ложился.

Ред Тату покачал головой. Его губы были сжаты в тонкую линию.

— Он бесследно исчез. Никто не находил никакого неопознанного тела ни в реке, ни где бы то ни было.

Брайс вздохнул, поджав губы.

— Проклятие! — Он ударил по дверному косяку кулаком. — Наверняка он все еще жив. Мы должны найти его, он наш единственный источник. У меня есть наживка, но куда забросить удочку? — Он помолчал. — Завтра продолжим поиски. — Он направился к своей спальне, злясь на самого себя. Было что-то, чего он не мог уловить, какой-то ускользающий кусочек головоломки, но сейчас Брайс так устал, что не в силах был думать об этом.

— Почему Стоун отсылает всех джентльменов, которые приходят в гости, тетя Пейшенс? — спросила Салли со своего наблюдательного поста у окна. Она рассеянно погладила аккуратно расчесанные волосы Весны, затем повернулась к Пейшенс, которая сидела в кресле, зашивая Мартин порванный костюм для верховой езды.

В другом углу гостиной Марта играла сонату Гайдна. Его светлость исчез еще до завтрака и до сих пор не вернулся. Пейшенс подняла глаза, когда Салли обратилась к ней.

— Что ты сказала, милая? — Пейшенс убрала со лба непослушный локон.

— Дворецкий отсылает всех наших гостей прочь. Я думала, вам нравится, что все эти джентльмены приходят к вам в гости. — Салли подошла и встала рядом с Пейшенс.

Пейшенс отложила рукоделие и усадила Салли к себе на колени.

— Мне не хочется сегодня принимать гостей, и я попросила Стоуна, чтобы он поблагодарил их за визит и предложил им прийти в другой раз.

Марта тихонько доиграла Гайдна, грациозно подняв руки с клавиатуры, и подошла туда, где сидели Пейшенс и Салли, опустившись рядом с ними на колени.

— Тетя Марта?

— Да, дорогая?

— Я сейчас подумала, что вы такая же, как я.

Марта с улыбкой переглянулась с Пейшенс, гадая, что именно девочка имела в виду.

— Вы хорошая, поэтому люди добры к вам, как тетя Пейшенс, она дала вам дом, точно так же, как мне.

Лицо Марты приняло страдальческое выражение, она всхлипнула и поднялась с пола. Она не знала, что ответить Салли, которая, сама того не желая, причинила ей боль.

Пейшенс бросилась утешать обеих.

— Салли, поверь мне, совершенно не важно, где ты живешь, если тебя окружают люди, которые любят тебя и заботятся о тебе. Лорд Лондрингем великодушно позволил нам здесь пожить, не важно, какой это дом, маленький или большой. В нем может быть всего четыре стены и потолок. Это место, где ты нашла свое сердце.

Марта у окна пробормотала:

— До чего трогательно.

Ее замечание удивило Пейшенс, она не знала, что ее дуэнья цинична.

Но Салли еще не закончила расспрашивать Пейшенс.

— А как долго этот дом будет нашим?

Это был вопрос, на который Пейшенс не могла ответить. Она вдруг испугалась за Салли, потому что не могла пообещать ей, что кто-то из них будет жить в доме его светлости. А как же Марта? Пейшенс всем сердцем сочувствовала подруге, которая зависела от щедрости и великодушия других людей. Пейшенс знала, что Марте очень хочется выйти замуж и иметь свой собственный дом. Но двадцативосьмилетней Марте уже давно не наносили визиты джентльмены, заинтересованные в браке, как рассказывала ей подруга.

Салли прервала ее размышления:

— Лем говорит, что у нас есть охрана, которая никому не позволит войти в этот дом. Зачем нам охрана, тетя Пейшенс?

— Думаю, его светлость волнуется о нашей безопасности, и поскольку его нет здесь, чтобы защитить нас, это сделают те люди. — Одна лишь мысль о Брайсе заставила Пейшенс улыбнуться. Она все еще чувствовала аромат ветки жимолости, которую он оставил на ее подушке сегодня утром. Пейшенс спустила Салли на пол и обратилась к Марте: — Не выпить ли нам еще чаю?

— Не прошло и часа, как мы пили чай.

— Мм… думаю, еще одна чашка не помешает. — Пейшенс закрыла глаза и откинулась в кресле.

Марта позволила Салли позвонить и вызвать Стоуна, но дворецкий почему-то не появился. Пейшенс нахмурилась:

— Это не похоже на Стоуна. Что могло его задержать? Марта улыбнулась.

— Он, наверное, выпроваживает ваших ухажеров. Сейчас спущусь на кухню и посмотрю. Салли, хочешь со мной? — предложила Марта с порога и протянула руку. Салли радостно бросилась к Марте. Они пообещали скоро вернуться с горячим чаем и какими-нибудь сладостями.

Несколько минут спустя Пейшенс услышала стук в дверь и встала, когда в комнату вошел Стоун.

— Марта и Салли сами пошли за чаем. Нам уже не нужна ваша помощь.

Его лицо, как всегда, было непроницаемой маской, Стоун подал Пейшенс записку:

— Я только что получил это послание от уличного бродяги, который просил передать вам, что это срочно.

Она удивленно посмотрела на кусок пергамента, озадаченная загадочной запиской.

— Благодарю вас, Стоун. Есть какие-нибудь новости от его светлости?

— Нет, мисс, — ответил он, отвесил поклон и удалился.

Пейшенс торопливо сломала печать и развернула листок бумаги, исписанный мелким почерком. Взглянув на подпись, она увидела, что это от Колетт. Странно, она не получала от нее вестей с тех пор, как они вместе были в Пэддок-Грин. Пейшенс считала, что горничная-француженка вернулась домой в свою страну вместе с хозяйкой.

Пейшенс села на ближайший стул, внимательно читая письмо. Колетт попала в беду и нуждалась в ее помощи. Она не писала конкретно, что с ней случилось, только попросила Пейшенс встретиться с ней на Паффинзт-лейн, в нескольких кварталах от Ковент-Гардена, где она жила вместе с графиней. Часы на каминной полке показывали половину седьмого. Учитывая, что Колетт ждала ее к семи, у Пейшенс оставалось мало времени на принятие решения.