Он сказал "нет" - Патриция Уоддел

Стараясь отвлечься, Кэтрин стала прислушиваться к разговору леди Стерлинг и тети Фелисити. Но при этом она по-прежнему видела перед собой мужа с любовницей, и ей даже чудилось, что она слышала их стоны и вздохи.

– Кэтрин, тебе нехорошо? – неожиданно спросила тетя Фелисити.

Кэтрин покачала головой:

– Нет-нет, все в порядке. – Она изо всех сил старалась выглядеть как можно естественнее. – Просто я ужасно проголодалась. Думаю, я возьму с собой тарелку и посижу где-нибудь в тени.

– Я пойду с тобой, – сказала Ребекка Стерлинг. – А потом, если ты не против и Морган еще не спит, я познакомлю тебя со своим сыном.

– С удовольствием, – ответила Кэтрин, поворачиваясь спиной к черноволосой женщине. Незнакомка то и дело бросала на нее взгляды, пытаясь замаскировать свой интерес, но это у нее не получалось.

Как только Кэтрин присела рядом с Ребеккой, к ним присоединилась леди Юджиния Хаммершоу, круглолицая женщина лет тридцати пяти, которая была замужем за мужчиной вдвое ее старше. Леди Хаммершоу была ужасно скучной собеседницей. Эта дама обожала рассказывать глупейшие истории о никому не известных людях, к тому же она обладала необычайно резким и пронзительным голосом, очень раздражавшим слушателей.

Едва лишь познакомившись с Кэтрин, леди Хаммершоу принялась чрезвычайно подробно рассказывать о своем недавнем путешествии в Шотландию, где жила ее престарелая тетя. При этом рассказчица не забывала о еде, так что рассказ ее занял добрые полчаса.

Кэтрин вежливо слушала и кивала время от времени, хотя желала сейчас только одного – побыстрее уйти в дом, посмотреть на маленького Моргана в детской, а потом скрыться в своей комнате.

Кэтрин знала: если женщина в розовом шелковом платье еще раз посмотрит в ее сторону, она совершит какой-нибудь в высшей степени неприличный поступок – и уж после этого супруг надолго запомнит день их свадьбы.

Леди Хаммершоу, исчерпав запасы сплетен, переместилась к следующей жертве. И тотчас же к Ребекке и Кэтрин присоединилась тетя Фелисити.

– Ты выглядишь сегодня чудесно, – сказала тетушка, присаживаясь на скамейку. – И не беспокойся, дорогая, я, конечно же, простила твоего мужа. Хотя Грэнби очень меня огорчил.

– Да, разумеется, его вполне можно простить, – ответила Кэтрин. «Если ты не его жена и перед тобой не появляется бывшая любовница мужа», – добавила она мысленно.

Какое-то время Кэтрин молчала. Наконец, собравшись с духом, проговорила:

– Ох, забыла... – Она указала на молодую даму, беседовавшую в этот момент с загадочной женщиной в розовом платье. – Я забыла, как зовут вон ту молодую леди.

– Какую молодую леди? – спросила Ребекка.

– На ней шляпа и голубой шарф.

– Это Луиза Котт. Ее отец – член правления Королевской академии.

– Очень мила – и ни капли ума, – заметила Фелисити, покачивая головой. – А рядом с ней – леди Джейн Олдершоу. Она недавно овдовела и ужасно этому обрадовалась.

– Фелисити! – возмутилась Ребекка. – Разве можно так говорить?

– Я говорю правду. Не могу сказать, что я осуждаю ее. Олдершоу нельзя было назвать приятным человеком, если, конечно, не принимать в расчет его деньги.

Леди Олдершоу была очень красивой и утонченной дамой. И конечно же, она была прекрасной любовницей – Кэтрин нисколько в этом не сомневалась. Она время от времени поглядывала на мужа и замечала, что тот отводил глаза, когда леди Олдершоу смотрела в его сторону.

– Ты хотела бы сейчас познакомиться с Морганом? – спросила Ребекка.

– Да, конечно.

Кэтрин улыбнулась, радуясь тому, что у нее появился подходящий предлог и она может уйти в дом.

Когда они с Ребеккой шли через лужайку, Грэнби отделился от группы мужчин и подошел к жене. Улыбнувшись, сказал:

– Я недавно узнал, что нас ожидает экспедиция за морскими раковинами. Малышка Кэтрин уже приготовила свою корзинку.

– Тогда я приведу Моргана на берег, – проговорила Ребекка. – Он любит смотреть на воду.

– Замечательно, – ответил Грэнби и предложил Кэтрин свою руку.

Она заставила себя улыбнуться, хотя сердце ее разрывалось от боли.

На какое-то время Кэтрин поверила, что Грэнби сможет полюбить ее, но сейчас снова в этом сомневалась. Еще совсем недавно она думала, что все-таки сумеет завоевать сердце Грэнби, если не сразу, то постепенно, день за днем, ночь за ночью – пока он не осознает, что их отношения основаны не только на страсти. Но теперь, когда она узнала, что ее муж и леди Олдершоу были любовниками, сомнения вернулись к ней.

Ребекка пошла в дом, а граф с женой направились в сторону пляжа. Кэтрин украдкой посмотрела на Грэнби и обнаружила, что он делает то же самое. На мгновение их взгляды встретились. Каждый пытался разгадать мысли другого, и оба молчали.

Когда они подошли к тропе, ведущей к морю, Грэнби нарушил наконец-то молчание:

– Уолтем не станет на нас обижаться, если мы отправимся в Рединг сегодня. Мы только обвенчались, и наш отъезд будет правильно понят.

Хотел ли он остаться наедине с ней или жаждал избавиться от присутствия леди Олдершоу? Кэтрин мучилась желанием задать этот вопрос, но не посмела. Стараясь скрыть свои чувства, она сказала:

– До регаты осталось всего два дня. А впереди у нас целая жизнь.

Целая жизнь. Сегодня Грэнби тоже думал об этом. Утром его терпению чуть не пришел конец, ведь он хотел избавиться от гостей и остаться наедине со своей женой. Его жена... К этим словам еще нужно было привыкнуть, но ему нравилось, как они звучали. Обуревавшие его желания возрастали с каждым часом, хотя Кэтрин права – впереди их ожидала вся жизнь, часы и дни, которые будут складываться в месяцы и годы.

Спускаясь с женой по тропе, он пытался решить, когда Кэтрин выглядела привлекательнее – в свете луны или солнца? Она была прекрасной при любом освещении, и это затрудняло выбор. Грэнби подумал об ожидавшей их ночи. Придет ли Кэтрин в его объятия так же охотно, как ночью в коттедже? Или когда солнце начнет спускаться к горизонту, она вновь превратится в неуступчивую девушку из Уинчкома?

– Я надеялась, что вы не забыли! – закричала малышка Кэтрин. Она стояла у кромки прибоя, а слуга, которому дали наказ смотреть, чтобы девочка не полезла в воду, с серьезным выражением лица наблюдал за ней издалека – он старался не промочить ноги. – Подойдите и посмотрите на раковину, которую я только что нашла. Как вы думаете, она могла приплыть к нам из Франции?

Внимательно осмотрев розово-перламутровую раковину, лежавшую на ладони у девочки, Грэнби сообщил, что она действительно могла появиться на священном британском берегу, приплыв сюда из Франции.

Затем они пошли вдоль берега и, не желая обидеть девочку, притворялись, что с интересом ищут в песке ракушки, хотя на самом деле были погружены в свои собственные мысли.