Дочь мадам Бовари - Наталия Миронина

– Знаешь, этот штамп теперь не имеет для меня никакого значения. Захочешь развестись, подашь заявление, разведут. А мне неохота с этим возиться.

Больше они не виделись. Берта ринулась завоевывать бизнес-олимп.

Сейчас, лежа в этом старом доме рядом с человеком, которого она едва знала, она вдруг вспомнила о Сане. Ей захотелось тотчас же его увидеть, поговорить, похвастаться, показать, что не только из-за женской вздорности она его мучила, не зря она ломала и свою, и его жизнь.

– Я замужем, – вдруг твердо сказала она, – просто муж занимается собственным бизнесом в другом городе.

Она почувствовала, как рука, на которой она лежала, напряглась. «Можно подумать, для тебя это имеет значение», – про себя подумала Берта и уже хотела на эту тему съязвить, как вдруг со двора послышался характерный звук хлопающей автомобильной дверцы. Роман привстал на диване и с усмешкой произнес:

– Водевиль. Часть вторая. Незваный гость.

Берта тоже приподнялась, прикрываясь простынею:

– Кто это может быть? Ведь уже очень поздно!

– Хозяева или, скорее, хозяин…

Хозяин, высокий интересный мужчина, оказался человеком деликатным. Он, отвернувшись от крыльца, с глубочайшим интересом рассматривал в темноте знакомый ему пустой двор, стволы берез и плохо выкрашенный с внутренней стороны забор. Он сразу понял, что у сторожа кто-то в гостях, но, будучи человеком понятливым, а также нелюбопытным, спокойно ждал, пока можно будет поздороваться. Берта обрадовалась, что уже сгустились сумерки. С пылающим лицом вышла на крыльцо, за ней появился Роман, который старался сохранить независимую усмешку.

– Добрый вечер, скорее даже ночь, – глядя куда-то в другую сторону, произнес хозяин, – там какие-то молодцы в костюмах рыщут, с виду телохранители. Кто это из наших старичков обзавелся охраной, интересно?

– Это не ваши старички. Это мои телохранители. – Берта неожиданно для себя отыгралась за неловкость, в которую поставили ее эти двое мужчин. Она спокойно прошла к калитке, отворила ее и вышла, почти бесшумно прикрыв за собой.

– Я, конечно, в этой темени не все разглядел, но, по-моему, она очень хороша! Поздравляю! – хлопнул Романа по плечу хозяин.

Тревожные слухи, бродившие по кабинетам этажа, где сидели «три толстяка» – финдиректор, коммерческий директор и начальник юридического департамента, взлетели на самый верх, туда, где обитала Берта. Принесла эти слухи, уже в виде новостей, не кто иной, как начальник планового отдела. Именно ее выбрали в качестве жертвы – никто не решался сообщить своему руководителю, что компания может оказаться на грани банкротства.

Берта, только что приехавшая с пресс-конференции, которую она проводила в музее архитектуры города – знаковый выбор площадки для такого мероприятия, – готовилась теперь к интервью на телевидении. Когда секретарь сообщила о приходе Людмилы Васильевны, Берта сначала отмахнулась, но потом все же согласилась ее принять.

– Только быстро, у меня еще полно дел. И на стройку надо заехать к вечеру. – Берта произнесла слово «стройка» без всякого уточнения, но посетительница прекрасно все поняла.

– А я как раз насчет стройки, – Людмила Васильевна упрямо выпятила подбородок, и Берта смирилась, отложив телевизионный текст.

– Что там? – Берта была раздражена – в последнее время все разговоры с подчиненными об «Алмазном полумесяце» отнимали у нее много сил. То бухгалтерия чего-то найти не может и не принимает к оплате счета поставщикам, то коммерческий отдел вполовину сократит рекламную кампанию, то юристы кивают на какие-то договора, которых Берта и в глаза не видела. Одним словом, заговор какой-то!

– У нас нечем платить по кредитам. – Людмила Васильевна покраснела и открыла большую папку.

– То есть как это нечем?! Вы хотите сказать, что у нас нет денег на счетах?!

– Деньги у нас есть, но они должны пойти на оплату поставщикам. Затем у нас огромные расходы по содержанию компании. Переводить деньги со счетов своих родственных компаний мы больше не можем – там свои проблемы и свои расходы. Если бы мы потребовали своевременной оплаты за арендованные у нас площади, то еще можно было бы решить вопросы с банками, но наши должники в ус не дуют.

– Людмила Васильевна, не надо меня загружать теми вопросами, которые начальники отделов в состоянии решить сами! Вы, кажется не понимаете, что сидите у меня в кабинете, а не в кабинете финансового директора?!

– Я понимаю. – Людмила Васильевна еще больше покраснела, но не отступила. Ей деваться было некуда – проблемы компании грозились трансформироваться в катастрофу. Правда, по мнению Людмилы Васильевны, и эти меры могли не возыметь действия – все силы холдинга были брошены на возведение этого огромного жилого массива. Затраты были огромны, продажи будущих апартаментов хоть и шли бойко, но все же с размахом и темпом строительства сравниться не могли. Стройка вытягивала из холдинга все соки. А тут еще и банки – кредиты, взятые в какой-то острый момент, оплачивались теперь с опозданием, шли штрафы и проценты.

– Хорошо, продайте что-нибудь! У нас, слава богу, тьма недвижимости и земли. За чем дело стало, неужели сами догадаться не можете! – Берта злилась, как злится ребенок, которого отвлекают от любимой игрушки. «Господи, дай мне еще немного времени, я дострою дом, за проживание в нем будут биться насмерть. Мы будем диктовать цены. Мы все вернем, все заплатим, все отдадим. Но только чуть позже, нам осталось совсем немного!» – взмолилась про себя Берта, увидев, что начальник планового отдела достает какие-то записи.

– Мы пробовали кое-что сделать в этом направлении. Но цены нам предлагают гораздо ниже рыночных. Словно все догадываются о нашем положении…

– Да о каком таком положении?! Что вы тут, как на похоронах, бубните?! Как будто мы на паперти стоим! Мы – одна из самых больших компаний города! О чем вы мне здесь толкуете! – Берта в гневе швырнула листы с вопросами для интервью.

– Мы не должны были ввязываться в такое строительство, имея за душой две неоконченные стройки, кредиты и…

– И если бы я вас тут всех слушала, то до сих пор бы жила в дыре неподалеку от Марьиной Рощи! И строила бы дачи – теремки для пенсионеров! Да, мы еще не вошли в список Форбса, но мы вполне в состоянии прокормить себя и закончить стройку. Просто вам не хочется искать деньги?! Так ведь?!

Людмила Васильевна покраснела до слез.

– Это в мои служебные обязанности не входит. Но в мои задачи входит планировать нашу деятельность. Если вы отдаете распоряжение продавать земли ниже рыночной стоимости, я тотчас займусь этим.

– За копейки тоже отдавать не надо, – спохватилась Берта. Она все тешила себя надеждой, что Людмила Васильевна просто пугает ее – эту «милую» привычку финансистов, юристов и медиков она подметила давно. – За копейки – не будем. Давайте я вам список объектов напишу, а вы еще раз все посмотрите.

Берте не хотелось заниматься этими делами.