Пробуждение страсти - Карли Филлипс

— А как же ваша мама? Она безоглядно доверилась Саймону и вышла замуж за него — даже несмотря на горький опыт первой любви, несмотря на то что ее бросил отец Майка? Или Саймону долго пришлось завоевывать ее?

Сэм покачал головой.

— Согласно семейной легенде — нет. У них все было гладко. — Ему хотелось сменить тему.

— Хм… очень интересно… — пробормотала Николь, с любопытством глядя на него. Она как будто ждала подробностей, но Сэм не хотел ничего рассказывать о семейной жизни родителей.

— Ты не голодна? — спросил он после паузы.

Николь рассмеялась и поднялась с дивана.

— Можно и поесть. Я сказала тете Лулу, что приду в пекарню во второй половине дня, если буду в состоянии двигаться. Но продукты привезут не раньше понедельника, так что я могу отдохнуть сегодня.

— Отлично.

Сэм последовал за ней на кухню, но тут в дверь позвонили.

— Ты ждешь кого-нибудь? — спросил он.

Николь покачала головой. Сэм подошел к входной двери и отпер ее.

— Стентон? — удивился он, увидев гостя, и впустил его в дом.

— Тайлер! Что ты здесь делаешь? — спросила Николь, появившаяся из-за спины Сэма.

Тайлер направился прямо к ней.

— Брат Сэма позвонил мне, чтобы задать кое-какие вопросы, и в разговоре упомянул, что ты попала в автомобильную аварию. Мне кажется, она была подстроена.

Николь отступила от него.

— Со мной все в порядке, Тайлер. Тебе не следовало приезжать только для того, чтобы узнать о моем самочувствии.

— Я должен был лично сказать тебе, что сам надену прослушивающее устройство и вызову отца на откровенный разговор. Тебе не следует этого делать.

— Какое еще прослушивающее устройство?.. — в недоумении пробормотала Николь.

Сэм потер переносицу, взвешивая шансы оказаться в тюрьме за убийство Стентона, которого ему в эту минуту ужасно хотелось придушить. В том, что Тайлер это заслужил, он не сомневался.

Чувствуя, что пауза затягивается, Сэм прочистил горло и повернулся лицом к гостю.

— У нас с Николь еще не было возможности обсудить это дело, — произнес он многозначительно.

— О, черт… — пробормотал Тайлер, сообразив, что проговорился.

— Да уж… — кивнул Сэм, с укоризной поглядывая на гостя. Он оберегал покой Николь, но она явно не оценила этого и сейчас сверлила его яростным взглядом.

— Что происходит? — спросила она. — Выкладывайте все, что знаете!

— Федералы решили… — начал было Тайлер, но Сэм жестом остановил его.

— Я сам все объясню, — заявил он.

— Тогда объясняй! Немедленно! — потребовала Николь. — У тебя было достаточно времени, чтобы все мне рассказать. Я слушаю! — Подбоченившись, Николь впилась в него взглядом.

Снова откашлявшись, Сэм проговорил:

— Когда Майк и Коул доложили о твоих подозрениях федералам, те предложили провести операцию. Согласно их плану, ты должна спрятать под одеждой прослушивающее устройство и получить компрометирующую информацию от отца Тайлера на Романова, крупного торговца наркотиками, который отмывает деньги через инвестиционные фонды.

— И ты не считал нужным сообщить мне об этом? — грозно нахмурившись, спросила Николь.

Сэм стиснул зубы.

— Я не хотел волновать тебя раньше времени.

— Тебе не следовало решать за меня подобные вопросы!

Тайлер тяжело вздохнул, слушая их перебранку.

— Поверьте, я не хотел никому причинять неприятности, — пробормотал он, как бы извиняясь.

Сэм проигнорировал его слова.

— Может быть, мы обсудим все это позже, без посторонних? — спросил он, глядя на Николь.

Она кивнула, но в ее глазах было выражение горечи и обиды.

В дверь снова позвонили, и Николь с досадой всплеснула руками.

— Ну кто там еще?!

Заглянув в дверное окошко, она поспешно открыла дверь и воскликнула:

— Как я рада тебя видеть!

В дом вошла Мейси с тортом в руках.

— Я привезла вам подарок от нашей семьи. А по дороге к дому заметила автомобиль вашего гостя… — Мейси выразительно взглянула Тайлера. Она была явно обижена — ведь он, вернувшись в Серендипити, в первую очередь заехал к своей бывшей невесте, а не к ней.

«Теперь и Тайлер попал в немилость, не мне же одному страдать», — подумал Сэм. Впрочем, он не испытал от этой мысли никакого удовольствия. День был окончательно испорчен.

— Может, пройдешь в комнату и присоединишься к нашему веселью? — предложил Сэм, взглянув на Мейси.

Та закатила глаза. Передав торт Николь, Мейси скрестила руки на груди и пронзила Тайлера яростным взглядом.

И даже Сэму стало жаль беднягу Стентона.

Увидев рядом с домом Николь припаркованный «порше» Тайлера, Мейси почувствовала, как к горлу подступил комок обиды. Тайлер вернулся в город и первым делом направился к бывшей, даже не позвонив ей, Мейси! Такого она не могла стерпеть. Впрочем, она простила бы ему все, если бы знала, что он больше не уедет из Серендипити. Однако Тайлер и не думал здесь оставаться — она не сомневалась в этом. Он наверняка даже не заглянул бы к ней перед отъездом.

У нее болезненно сжалось сердце. Ей захотелось развернуть машину и уехать, но Мейси не могла допустить, чтобы присутствие Тайлера помешало ей наведать подругу и вручить ей подарок. Поэтому она припарковалась и решительно направилась к дому.

Переступив порог, Мейси собрала всю свою волю в кулак, стараясь сосредоточиться на Николь, а не на Тайлере. Впрочем, у нее это не очень-то хорошо получалось.

— И еще я хотела передать тебе, — сказала она, обращаясь к подруге и стараясь не смотреть в сторону Тайлера, — что тетушка Лулу готова сама проконтролировать поставки продуктов, если ты не сможешь выйти на работу.

— Я бы вышла на работу, если бы не все эти неприятности… — со вздохом пробормотала Николь. — А как ты себя чувствуешь? Ты же была со мной в машине…

— Что?! — воскликнул пораженный Тайлер и резко повернулся к Мейси. — С тобой все в порядке?

Тайлер шагнул к ней, но она попятилась.

— Все нормально, — процедила Мейси сквозь зубы. — Очень мило, что ты интересуешься моим здоровьем.

Тайлер провел ладонью по волосам.

— Я не знал, что ты тоже попала в аварию. Майк сообщил мне только о Николь. Он не догадывался, что у нас с тобой… — Тайлер замолчал, явно не зная, как охарактеризовать их отношения.

У Мейси в очередной раз сжалось сердце, но ей не хотелось разговаривать сейчас с Тайлером.

— О каких неприятностях ты говоришь? — спросила она Николь. — Что отрывает тебя от работы?