Пробуждение страсти - Карли Филлипс

Разлука слегка остудила их головы, что было неплохо, учитывая накал страсти во время выходных, которые они провели вместе. Однако Сэм сильно скучал по Николь — он уже привык ощущать рядом с собой в постели ее теплое тело. Он полюбил просыпаться, держа ее в объятиях. И его нисколько не раздражали ее флаконы, баночки и тюбики в ванной комнате. Более того, теперь ему казалось, что его зубная щетка выглядит как-то одиноко.

Сэм был благодарен Майку за то, что тот занялся Тайлером, поскольку у него самого было слишком много работы. Он поручил патрульной полицейской машине почаще объезжать дом Николь, ее пекарню и следить за подозрительными личностями. Впрочем, Сэм ничего не сказал об этом самой Николь — она все еще сильно нервничала. Однако после арт-фестиваля Серендипити вернулся к нормальному образу жизни, и в городе не было чужаков.

Тайлер все еще находился в Нью-Йорке и тайком искал улики, подтверждавшие незаконную деятельность его отца, но пока ничего не нашел.

Майк обещал сообщить Сэму новости сразу же, как только они появятся.

В субботу, в конце дня, Сэм наконец-то нашел время, чтобы встретиться с Николь, и направился из участка в ее пекарню.

Дверь была не заперта, и Сэм беспрепятственно вошел внутрь. В нос ему ударил запах свежей краски. Стены, прежде серые, были теперь покрашены в веселый желтый цвет, а белый потолок окаймляла синяя полоса. Николь и Лулу удалось добиться многого за короткое время, и Сэм почувствовал гордость за свою подругу.

Когда зазвенел дверной колокольчик, к Сэму вышла Лулу, подметавшая пол подолом длинной цыганской юбки.

— Привет, красавчик, — поздоровалась она.

Сэм улыбнулся. Фамильярность Лулу не раздражала его.

— Привет. Как дела? — спросил он.

Лулу широко улыбнулась:

— Замечательно, как ты, наверное, уже заметил. Через две недели мы открываемся!

— Поздравляю.

— Спасибо.

— Я очень рад за вас.

Лулу ущипнула его за щеку и проговорила:

— Ведь твоя девушка решила пустить здесь корни, верно?

— А где она? — спросил Сэм, меняя тему разговора.

— В задних комнатах. Я уже ухожу и хочу запереть за собой дверь.

— Вот и хорошо, — кивнул Сэм. — Всего доброго.

— И тебе тоже. Повеселитесь тут без меня, — со смехом сказала Лулу. — Не стесняйтесь.

Сэм закатил глаза. Похоже, все в семье Донован были остры на язык и отличались бесцеремонностью.

Он прошел в глубину пекарни и вошел в небольшой кабинет, где находилась Николь. В этот момент она переодевалась. Сэму бросились в глаза ее длинные стройные ноги.

— Эй! — окликнул он ее.

Вскрикнув, Николь опустила подол юбки.

— Расслабься, это всего лишь я, — сказал Сэм.

— Боже мой! Тетя Лулу сказала, что запрет за собой дверь, и я думала, что осталась здесь одна. — Сердце Николь бешено колотилось.

— Она мне сказала, где тебя искать. — Сэм окинул ее пылким взглядом, от которого Николь сразу же почувствовала возбуждение; ее соски отвердели.

— Я переодеваюсь, чтобы пойти в бар Джо, — заявила Николь и жестом приказала Сэму повернуться к ней спиной.

— Да ладно тебе. Я же видел тебя голой. Чего ты стесняешься?

Сэм расплылся в обворожительной улыбке. На лице его темнела щетина. Он не брился несколько дней и выглядел, по мнению Николь, еще привлекательнее, чем обычно.

Она закатила глаза и надела майку с оборками внизу.

— Ты выглядишь одинаково хорошо и в одежде, и без нее, — добавил Сэм.

— Спасибо за комплимент. Так что же привело тебя сюда? — спросила Николь.

Сэм приподнял бровь, изображая удивление.

— Я приехал, чтобы увидеться с тобой.

Казалось, в этой фразе не было ничего необычного, но она звучала… как-то фальшиво, если учесть, что они не виделись целую неделю и между ними возникло некоторое отчуждение.

Николь еще раз напомнила себе, что не должна привязываться к Сэму. Тут он подошел к ней поближе, и она затаила дыхание.

— Эта неделя длилась ужасно долго, — произнес Сэм хрипловатым голосом.

Николь откашлялась и пробормотала:

— Да… Я была очень занята…

Она всю неделю напряженно работала в пекарне, и у нее почти не было свободного времени. Вечерами Николь падала на кровать, ужасно устав за день, и сразу проваливалась в глубокий сон. Она уже привыкала к своей жизни в Серендипити, и эта жизнь ей нравилась. Однако Николь очень не хватало встреч с Сэмом, и она соскучилась по нему.

Но испытывал ли он к ней те же чувства? Николь не знала этого и хотела дать ему понять, что не нуждается в нем для того, чтобы быть счастливой.

— Мы с Лулу уже заказали продукты. Их привезут в начале следующей недели. Мы планируем скоро открыть пекарню… и знаешь, я чувствую, нас ждет успех.

— Я рад, что твои дела идут в гору. Но скажи, неужели ты не соскучилась по мне?

Сэм убрал волосы с ее плеча, и она затрепетала от его легкого прикосновения. Для женщины, стремившейся к независимости, она слишком бурно реагировала на мужчину, который мог в любую минуту бросить ее. Николь решила держать свои чувства в узде.

— К сожалению, я вспоминала о тебе чаще, чем мне хотелось бы, — прошептала она.

— Тогда позволь мне пригласить тебя на ужин, после которого мы попытаемся наверстать упущенное.

Ей очень хотелось сказать «да», но она уже договорилась о встрече с Мейси. Николь не могла подвести подругу.

— Я встречаюсь с Мейси в баре Джо, поэтому не могу принять твое приглашение. Ты мог бы договориться со мной заранее.

— Какая жалость… — Сэм наклонился и поцеловал ее в щеку. — Я не мог договориться с тобой заранее, потому что не знал, когда у меня будет свободное время.

То место на ее щеке, к которому прикоснулись губы Сэма, жгло как огнем, и Николь сжала кулаки, пытаясь справиться с собой. Если бы она сейчас упала в его объятия, все закончилось бы, пожалуй, сексом на письменном столе. Однако ей уже пора было идти.

— Заходи, когда вернешься домой, — сказал Сэм, обнимая ее за талию.

Дрожь пробежала по всему ее телу, и она пробормотала:

— Боюсь, что вернусь сегодня очень поздно.

— Я все равно не засну.

Он привлек Николь к себе и припал к ее губам жадным поцелуем. И в тот же миг ноги Николь подкосились, и она прильнула к Сэму. Эти объятия пробудили у нее те чувства, которые она всю неделю пыталась подавить. И чувства эти напомнили ей о том, что она любила Сэма.

Минуту спустя, собрав волю в кулак, Николь оттолкнула его и решительно заявила: