Любовь возвращается - Ширли Басби

– Нарисуй-ка мне корову, – говорил он с улыбкой. – Настоящую, красивую. Для папочки.

Она не помнила, сколько таких коров нарисовала, но, должно быть, уйму. Теперь она вспоминала об этом со сладкой горечью. Джош нашел их в отцовском столе после его смерти и отдал ей в день ее шестнадцатилетия. «Это были первые проявления моих художественных способностей», – подумалось ей. И отец бережно их хранил.

Проглотив комок в горле, она вошла в кабинет и уселась за стол. Отложив в сторону принесенные документы, она погладила ровную поверхность столешницы… стола ее отца. Здесь она ощущала его близость и, когда закрывала глаза, словно чувствовала слабый запах его табака и слышала низкий рокочущий голос. Слезы набежали на глаза. Как бы он отнесся к ее планам? Конечно же, он бы их одобрил и порадовался, что его контора больше не собирает пыль и паутину.

Хотя работы хватало, Шелли последние две недели полностью занялась конторой: мыла, отчищала, красила и при-водила в порядок папки, отбирала старые и заводила новые, свои. Старый, еле дышащий холодильник она заменила новым и поставила его на прежнее место. Вдоль одной стены встал ряд металлических шкафчиков для файлов, а сверху на них поместились кофеварка и микроволновка. Нужные папки в безупречном порядке выстроились в двух дубовых шкафах, которыми пользовался ее отец. После смерти отца Джош перенес все документы в одну из комнат старого дома, которую превратил в свой кабинет, и один Бог знает, сколько материалов по истории Скотоводческой компании Грейнджеров погибло в случившемся пожаре. Кое-что Джошу удалось спасти, копии некоторых самых важных документов ему позже предоставила Ассоциация ангусов. Джош поместил их в кабинете нового дома. Она больше двух дней перетаскивала все обратно в контору. Пожалуй, она похожа на отца гораздо больше, чем думала.

Она окинула комнату взглядом, и ей все понравилось. Стены были побелены, сосновый пол покрыт лаком. Широкое окно, выходившее на заднюю сторону дома и подъездную аллею, было обрамлено новыми синими занавесками. Под ним поместился низкий книжный шкаф, который она увела из кабинета Джоша. Из магазина подержанной мебели в Укайе Ник привез ей четыре деревянных стула различного фасона. По каталогу она заказала маленький коричневый диванчик. Он должен прибыть на следующей неделе на склад в Укайе. На овальном столике были разбросаны свежие журналы об ангусах, различные рекламные проспекты и брошюры. Контора выглядела очень уютно и в то же время по-деловому. Шелли нахмурилась. Еще ей понадобится компьютер, который нужно будет в следующем же месяце подключить к Интернету, и до зимы придется что-то сделать с отоплением. Ну, это можно отложить и на потом.

Продолжая думать о том, что требуется сделать в первую очередь, она взяла принесенные документы и стала раскладывать их в шкафчике. Это заняло лишь несколько минут, и вскоре она, скорчив рожицу, закрыла полупустой ящик. Один из этих шкафчиков был пуст целиком, да и второй далеко не заполнен. «Но будет!» – пообещала она себе. Скотоводческая компания Грейнджеров станет расти и развиваться.

Она отвернулась от шкафчика и ошеломленно замерла, увидев Слоана. Он стоял в дверях с черной ковбойской шляпой в руке. Сколько времени он здесь? У нее стало щекотно внутри при мысли, что он наблюдал за ней, а она об этом и не догадывалась.

Игнорируя участившийся пульс, она вежливо улыбнулась и спросила:

– Я могу быть чем-нибудь тебе полезна?

Едва выговорив эти слова, она поняла, что совершила ошибку. Медленная плотоядная улыбка Слоала сказала ей, о чем он думает. Вздернув подбородок и сердито прищурившись, она бросила ему взглядом вызов: пусть только посмеет высказать свои мысли вслух!

Слоан вразвалочку вошел в комнату, пробормотав:

– Лапушка, тебе нужно быть осторожнее в словах. Некоторые мужчины могли бы принять их за приглашение к действиям… самым различным.

– Но поскольку ты к таким мужчинам не относишься, – отозвалась она подбоченясь, – мне тревожиться не о чем. Не так ли?

– Не испытывай судьбу.

– Ладно, Слоан… Чего ты хочешь? Мы уже распрощались, и я не знаю, о чем нам еще говорить… У меня нет времени на игры.

Он неотрывно смотрел на нее, размышляя, как же она прелестна: даже в грязных джинсах и заляпанной лиловой майке не по росту. Джинсы плотно облегали ее бедра и попку, а майка, несмотря на слишком большие размеры, никак не скрывала грудь. Под майкой на ней явно был надет бюстгальтер, и Слоан мрачно подумал, что человека, придумавшего это стискивающее орудие пытки, следовало бы удавить. В его голове возникла картина ее сочной груди и вздернутых сосков цвета спелой малины, и тело мгновенно откликнулось на этот образ. Так как было маловероятно, что она сейчас с радостью встретит его ухаживание, он подавил бурную реакцию и попытался вести себя цивилизованно.

Скромно улыбаясь, он спросил:

– А почему, собственно, я должен чего-то хотеть от тебя? Может, я просто зашел поблагодарить за ленч. Что скажешь на это?

– Поэтому и зашел?

Он поскреб щеку и с веселыми искорками в глазах признался:

– Нет. Я пришел пригласить тебя на обед в пятницу вечером.

Шелли удивилась:

– Это что, как бы на свидание? – В глазах ее засветились настороженность и любопытство.

– Ну да. Почему бы нет?

– Потому что это будет пустая трата времени, – пробормотала она. – Я понимаю, что случившееся в субботу может навести тебя на мысль, что я легко воспринимаю такие… отношения, но это не так. И если ты ищешь просто легкодоступную девицу… это не ко мне.

Его лицо помрачнело. Он решительно подошел к ней, буквально загнав к шкафу.

– Лапочка, ты переоцениваешь свои прелести… Если бы я хотел всего лишь переспать с кем-то, поверь, вокруг достаточно женщин, которые согласились бы лечь ко мне в постель без малейших усилий с моей стороны.

– От скромности ты не умрешь, – фыркнула Шелли. Дыхание ее участилось, стало прерывистым. Возбуждение нарастало. Он всегда так на нее действовал, и она ненавидела себя за этот невольный отклик тела… и его за то, что он мог легко вызвать в ней неудержимое желание броситься к нему в объятия. Снова.

Он ухмыльнулся:

– Боллинджеры всегда знали себе цену. – Он провел тонким пальцем по ее щеке. – Мы всегда знаем, чего хотим… и обычно добиваемся этого.

– А мне-то какое дело? Мне что, нужно бояться, остерегаться или что-то еще? – вызывающе бросила она.

Слоан придвинулся к ней еще ближе. Она оказалась зажатой между металлическим шкафчиком и его телом.

– Угу, лапушка. Прими это как предостережение. – Он нагнул голову, так что его жаркое дыхание ласкало ее ушко. – Я хочу тебя, Шелли. Суббота ничего не изменила между нами. – Его губы легко, как мотылек, скользили вдоль ее лица. – Она лишь многое для меня прояснила. Заставила понять, чего же я хочу на самом деле… Оказалось, тебя.

Шелли стало трудно дышать, сердце стучало как бешеное. Его рот был так близок, так заманчиво соблазнителен… Она боролась с желанием броситься ему на шею, прижаться губами к его рту.