#Zолушка в постель - Анна Веммер

— Тебе тоже кепочку купим, — обещаю я. — Перегрелся.

— С Серегой ты подружилась.

Мне кажется, или в голосе прямо таки ревность? Даже забавно, как настоящий Игорь Крестовский отличается от того, который встретился мне в номере отеля. В мужчине с ледяным сердцем и темными глазами, оказывается, бушуют вполне человеческие чувства.

— Серега не мечтает сбросить меня с лестницы. Это, кстати, почти дословная цитата твоей сестрички. Как только ее это желание попустит, мы непременно станем как близняшки. Одинаково оденемся и будем всем говорить, что нас разлучили в роддоме.

Выражение лица у Игоря становится — хоть портрет пиши. То ли идея одеваться одинаково не нравится, то ли садистские наклонности Крис все же немного беспокоят. Но я смеюсь и снова поворачиваюсь к морю.

— А что мы будем делать? Ну, в отпуске… просто гулять?

— Сегодня — да. Завтра покатаемся по округе, посмотрим на другие пляжи, расспросим местных, куда тут можно выбраться.

— А что это вообще за место? Ну то есть… Греция, это я знаю, а какой город?

— Сейчас мы выехали из Ираклиона, едем в отельный комплекс, который я хочу купить.

— Значит, не в ваш дом?

Я действительно обрадовалась, что Сергей и Игорь вняли моему совету. Ну и что, пусть Кристина — последняя стерва, которая меня ненавидит, все равно ее жалко. И она не заслужила жизни в постоянном напоминании о покончившей с собой матери.

— Не в наш, — согласился Игорь. — Посмотрим отель, потестируем и решим, стоит ли в него вкладываться.

Мы едем еще с полчаса, и все это время я с восторгом наблюдаю за меняющимися пейзажами. Мне хочется увидеть и попробовать все! Посмотреть на забавные оливковые рощи, попробовать местные фрукты, окунуться в кристально чистую голубую воду, посмотреть на звезды, и… не знаю, лечь на песок, закрыть глаза и попытаться поверить, что я и впрямь оказалась в сказке.

Когда мы въезжаем на территорию отеля, я изумленно открываю рот. Он шикарен… он огромный! Состоит из множества корпусов и одного большого здания. Игорь на несколько минут оставляет меня в машине, чтобы сходить за ключами на ресепшен. Сергея уже не видно — поехали на стоянку у номера.

Мы спускаемся по витиеватой дороге к самому дальнему месту на территории отеля, где в небольшой бухточке стоит дом очень интересной конструкции. Белый, современный, с большими окнами, так любимыми Крестовскими. Каждая спальня в нем — отдельная пристройка, практически у самой линии воды. Мне хочется спросить, как оно — жить там в шторм, но Игорь паркует машину и двери щелкают.

— Можно выйти? — спрашиваю я.

Крестовский кивает, я выскакиваю из машины и несусь к морю, чтобы потрогать рукой воду у самого берега, вдохнуть аромат и поздороваться. Долго стою, смотрю в даль, обрамленную двумя живописными скалами с редкой растительностью. Вода бирюзовая, прозрачная и очень спокойная.

Затем разворачиваюсь и бреду к дому по узкой каменной дорожке. Каждая спальня представляет собой бунгало с отдельным входом, а основное здание — гостиная и ресторан. Наверное, жутко здорово просыпаться и видеть в окно море так близко.

Только…

В одной из спален вовсю располагается Крис, в другой Алекс закрылся и врубил музыку, в третьей Серж отправился в душ, а в четвертой ноутбук в сеть подключает Игорь. К нему я и решаю пристать.

— А где моя комната?

— А где твой чемодан? — спрашивает он.

— Вот. — Я тыкаю пальцем в свой красненький чемодан, прислоненный к небольшому бежевому диванчику.

— Ну и сделай вывод.

Несколько минут я растерянно стою посреди комнаты, а потом до меня доходит!

— Ты это специально сделал! Я не буду с тобой жить!

— А где ты будешь жить?

— Сниму номер в отеле, я не знаю…

— С сотней евро в кармане?

Я молча бешусь, потому что совсем не знаю здешних цен, но теперь уверена, что Игорь этот момент предусмотрел. У меня нет карточки, в кошельке сто евро, а в перспективе или ночевка на пляже или с Игорем. И вроде как на пляже мне ночевать совершенно не хочется, но в этой спальне одна (хоть и большая) кровать, а к такому я просто не готова!

— Ладно. Ладно, я так просто не сдаюсь.

Я выхожу из домика и направляюсь к следующему, в котором расположился Серега. Он уже вышел из душа и с наслаждением валяется на кровати с бутылкой пива, завернутый в полотенце.

— О, привет, — говорит он мне. — Чего это ты такая взъерошенная? Вот говорил я Игорехе с откидным верхом машину не брать, мозги продует.

— Можно я у тебя поживу? — спрашиваю без вступлений.

Серж давится пивом и кашляет.

— Не-не-не, Калинина, тормози! Я, конечно, против тебя ничего не имею, но я жить хочу. Меня с двух сторон убьют и вон на пляже закопают. Давайте-ка решайте с братиком свои проблемы сами и не добавляйте мне новых, окей?

— Но… — Я пытаюсь возразить. — А если я пострадаю, ты себя не будешь чувствовать виноватым?

Серж закатывает глаза.

— Только не прибедняйся. Игореха не из тех, кто дубасит подружек после неудачного дня. Все, брысь отседова, пока нам обоим не прилетело.

— Знаешь, ты удивительно вредный! — бурчу я.

К Алексу не сунусь даже под страхом смерти, а вот Крис…

— Привет, — говорю я, заглядывая в ее домик.

— Денег нет, — отмахивается девушка.

— Очень смешно. Слушай, а можно я у тебя поживу?

— Сх**ли?

— Ну… я не хочу жить с Игорем, Серега меня выгнал, с Алексом мы не общаемся.

— Ну вот и спи на пляже.

Но Крис — не Серж, ее я не боюсь. Она агрессивная и стервозная, но понятная и близкая по возрасту. Противостоять ей проще. Поэтому я тоскливо вздыхаю и говорю:

— А я думала, ты не упустишь шанс побесить братика. Он придет в ярость, узнав, что обломался.

Крис замирает над цветастым платьицем, которое как раз намеревалась повесить в шкаф.

Крис напряженно размышляет и ненависть ко мне в ней борется с желанием сделать гадость старшему брату.

— Ладно, живи, — наконец с трудом говорит она. — Но если будешь бесить…

— Да, знаю, на пляже закопаешь, Серж уже намекнул.

Я возвращаюсь в номер Крестовского и по дороге размышляю, в кого же я превращаюсь. Как легко и удачно получилось шантажом выбить себе место в комнате. А если бы Крис отказала? Я ведь все равно бы промолчала, вернулась к Игорю и забилась в угол дивана. Что ж, повезло, что Крис не слишком хорошо меня знает.

Крестовскому хорошо. Мне даже смешно от того, как он сидит у входа, на крошечной верандочке, за столиком, потягивает минералку и смотрит на море. Довольный, расслабленный, в расстегнутой рубашке, на которую я стараюсь не смотреть. Он видит меня и довольно улыбается, а я прохожу мимо и через минуту выхожу с чемоданом, аккуратно спуская его на дорожку.