Блестящая девочка - Сьюзен Элизабет Филлипс

«Сад Аллаха» когда-то был любимым местом звезд Голливуда.

Построенный как дом Аллы Назимовой, великой русской киноактрисы, в конце двадцатых годов он стал отелем. В отличие от Беверли-Хиллз или Бель-Эйр[11]это место никогда не воспринималось как безусловно респектабельное с самого момента открытия. Было в нем что-то чуть жалкое, но двадцать пять испанских бунгало, в которых царила атмосфера нескончаемой вечеринки, притягивали звезд кино как магнитом.

Голый Таллула Бэнкхед прыгал вокруг бассейна, повторявшего очертания родного для Назимовой Черного моря. В одном из бунгало у Скотта Фицджеральда было свидание с Шейлой Грэм.

Обычно мужчины поселялись здесь между браками… Рональд Рейган — расставшись с Джейн Уимэн, Фернандо Ламас — после Арлены Дал. В золотые денечки в «Саду» можно было нос к носу столкнуться с Богартом[12]и его Бэби, с Тай Пауэр, Авой Гарднер. Бывали здесь Синатра, Джинджер Роджерс. Братья Марксы[13]. Дороти Паркер и Роберт Бэнчли. Сценаристы, усевшись на стулья, сколоченные из узких белых планок, поближе ко входу, целыми днями горбились над пишущими машинками. Звучала музыка. В одном из бунгало репетировал Рахманинов, в другом — Бенни Гудман[14]. Проводили там свои дни и ночи Вуди Герман, Стравинский и Леопольд Стоковский. Вечеринка, нескончаемая веселая вечеринка…

К сентябрьскому вечеру 1955 года, о котором идет речь, «Сад» был уже совсем другим. Можно сказать, он корчился в смертных муках. Грязная, облезлая штукатурка на стенах, давно не чищенные и проржавевшие литые подставки для ламп, потертая, обтрепанная мебель. Накануне в бассейне обнаружили дохлую мышь. Но как ни смешно, снять бунгало в «Саду» было ничуть не дешевле, чем дом на Беверли-Хиллз. Кстати, через четыре года «Сад Аллаха» был стерт с лица земли, когда чугунная баба со всего размаха ударила по его стенам. Но тогда, в тот сентябрьский вечер, «Сад» был все еще жив и на его небосводе по-прежнему сияли звезды.

Билли открыл дверцу машины, выпуская Белинду.

— Давай, детка. Вечеринка поднимет тебе настроение. Здесь будет кое-кто из «Парамаунта». Может, и из других студий тоже.

Я тебя познакомлю.

Белинда положила руки на колени и стиснула кулаки.

— Оставь меня ненадолго. Билли, ладно? Встретимся внутри.

— Хорошо, детка. — Он захлопнул дверцу и, наклонившись к окну, сказал:

— Слушай, золотце, на свете полно других студий.

Ты можешь великолепно показать себя.

Под туфлями Билли зашуршал гравий, а когда шаги стихли, Белинда сердито скомкала бумажку. Он прав. Есть другие студии.

«Парамаунт» давно считается второсортной забегаловкой. Она им еще покажет! Да как они могли решить, что у нее нет таланта?

Белинда откинулась на спинку сиденья. А если правда? Мечтая стать кинозвездой, она никогда не думала о том, что придется играть. И уж если не врать самой себе, эта часть кинокарьеры ее мало интересовала. Она воображала, что стоит взять несколько уроков актерского мастерства — и все будет в порядке.

Рядом припарковался автомобиль, в котором истошно орало радио. Белинда посмотрела на подъехавших. Парочка, даже не выключив зажигание, кинулась целоваться. Наверное, старшеклассники решили спрятаться от посторонних глаз и подкатили к отелю.

Музыка закончилась, стали передавать новости.

Первое сообщение диктор прочел так спокойно, будто не случилось ничего из ряда вон выходящего, будто его слова не означали конец жизни Белинды и вообще всего на свете. У нее не вырвалось ни звука, хотя душа кричала и, казалось, рвалась из тела.