Безупречный план - Виктория Волкова

— Подожди, пожалуйста, — сдержанно попросил Егор, вытаскивая свое большое тело из спорткара. — Я с тобой поднимусь.

— Это еще зачем? — скривилась Настя. — Я сама.

— Затем, — рыкнул Легатов, — именно здесь напали на Дину Васильевну. Или где-то в другом месте?

— Здесь, — пролепетала Настя, поднося брелок к двери. — Что-то я не подумала…

Оказавшись в квартире, она огляделась по сторонам. Зашла в каждую комнату, потом на кухню. Все стояло нетронутым на своих местах, как и оставила бабушка, спеша в магазин. Только тесто за целый день выползло из кастрюли и растеклось по столешнице.

«Пирожки, — пронеслось в голове. — Дина собиралась жарить пирожки. С картошкой и с капустой», — заметила про себя Настя, вспомнив, что с вечера бабушка готовила начинки.

Заглянув в зал, где в кресле расположился Кайман, что-то пишущий в телефоне, она прошла в свою комнату и упала на кровать.

«Не будет теперь пирожков! Ни с картошкой, ни с капустой! Вообще ничего не будет! — зарыдала она, зарывшись носом в подушку. — Кто поможет, посочувствует? Просто прижмет к себе и пообещает, что завтра все изменится к лучшему. Кто?! Да никто», — самой себе ответила Настя и заплакала еще сильнее.

Егор, плюхнувшись в широкое бархатное кресло, сразу написал Милане:

«Я задерживаюсь. Давай встретимся в десять. Столик я забронирую».

Сразу пришел ответ, состоящий из одних противоречий:

«Если тебе больше интересна работа, можешь вообще не приезжать, — и тут же — Я соскучилась и жду, зайчик!»

Кайман терпеть не мог дурацкие анималистические прозвища типа «зая», «котя». Так малыши в детском саду разговаривают. А взрослые люди способны включить фантазию и придумать что-то более оригинальное. Хотя иногда у детей способностей и фантазии больше, чем у той же Миланы. Или, прости господи, у Насти.

«Вот уж кому мозгов не досталось. Наверное, когда их раздавали, она стояла в очереди за хамством!»

Легатов прислушался. Заполошная девица прибирала на кухне. Потом соберет вещи. За полчаса должна управиться. Еще минут пятнадцать доехать до дома, там принять душ и переодеться — еще пятнадцать. Ну и обратно в центр за полчаса бы доехать. Егор скосился на часы, новую игрушкуи особую гордость хозяина, и подумал, что должен успеть. Он прикрыл глаза. Всего лишь на минуту. Тяжелый день. Слишком тяжелый. А когда продрал их снова и глянул на циферблат Тиссота, то чуть не взревел от досады. Сорок минут коту под хвост! И как же его угораздило уснуть?

«Блин горелый», — ругнулся Легатов и прислушался. В квартире стояла тишина.

«Может, эта дура сбежала, — внутренне испугался Егор. — И хоть видимой причины нет, но с нее станется!»

Он быстро обошел всю квартиру, девчонки не оказалось ни на кухне, ни в спальнях.

«Что же делать? — осведомился он у самого себя. — Ментов поднимать или своих безопасников? Куда эта красавица могла податься?»

Он застыл в нерешительности на несколько секунд, а потом в полшага оказался в узком коридорчике и рванул дверь ванной, затем туалета. И если первое помещение оказалась пустым, то в сортире кто-то заперся.

— Настя, — позвал Легатов и добавил раздраженно: — Сколько можно ждать?

— Да пошел ты, — всхлипнула она изнутри. — Нашелся тут…

Каким новым эпитетом его наградила Настя, Егор не расслышал, но пригрозил:

— Со мной эти спектакли не проходят. Если через пять минут не выйдешь, я выломаю дверь. Но будет стыдно, Настя, — повторил он, как недавно в больнице.

От последней фразы ее полоснуло как по живому. Три часа назад бабушка давала ей указания, а она опять все пропустила мимо ушей. Даже не думала, что Дина, любимая и необыкновенная Дина, можетвзять и уйти. Навсегда! Да и никто не верил, что от переломов умирают. Даже дядю Илью этим известием как по голове ударило. Настя видела, как изменился старик, будто в одночасье из него жизнь выбили.

«Только Егорушка наш, Кайман молодой, даже ухом не повел. Ему-то что!» — тяжело вздохнула про себя Настя и потянулась к щеколде, намереваясь выйти. Но дверь заходила ходуном и распахнулась сама.

— Что ты себе позволяешь! — вскрикнула она, ударив его кулаком в грудь. — Что за идиотские выходки?

— Я предупреждал, — рыкнул Егор, перехватывая ее руку и сразу становясь похожим на свирепого тезку из сельвы Амазонки. — А когда я что-то обещаю, то обязательно выполню, не сомневайся. — Он оглядел ее уничижительным взглядом с ног до головы, а потом пристально всмотрелся в лицо.

— Что у тебя с глазами? — поинтересовался воинственно. — Какую-то дурь приняла?

— Отвали, — оскорбилась Настя, никогда не принимавшая наркоту. — Своих баб разглядывай…

— Много болтаешь, — отрезал Кайман и, схватив ее за талию, поволок в зал. Настя попробовала вырваться. Бесполезно. Стальная хватка, негодующий взгляд.

«Может, он маньяк, — пронеслось в голове. — Может, он и бабушку того!»

— Что с глазами? — повторил Егор, подставляя ее лицо к свету лампы. — Почему зрачки сужены?

— Суженый мой, суженый, принеси поужинать, — вывернулась из его рук Настя и бросила сердито: — Откуда я знаю!

— Настя, — рыкнул Кайман. — Я задал тебе вопрос.

— Я не обязана отвечать, — отрезала она. — Мне сейчас не до тебя и твоих придирок. Просто оставь меня в покое, пожалуйста!

— Тогда поехали, — кивнул он. — Отец с матерью разберутся, что ты принимаешь или не принимаешь.

— Они нормальные люди, в отличие от тебя, — пробубнила Настя и показала на рюкзак, стоявший в прихожей. — Я готова. Можно ехать.

Егор задумчиво оглядел небольшой рюкзачок и усмехнулся саркастически:

— Кружевные трусики размера икс-эс не забыла?

— Тебе-то что? — вскинулась Настя и уже потянулась к лямке рюкзака, когда крепкая мужская рука перехватила ее незамысловатую торбу.

— Где ключи от квартиры? — непререкаемым тоном осведомился Легатов. Настя кивнула на полку.

— Газ, воду — все перекрыла?

— Да, — пробурчала она.

— Тогда поехали, — велел Егор, выпроваживая ее из квартиры. Она безучастно наблюдала, как он запирает сначала дверь в квартиру, а потом в тамбур. Вызывает лифт, а войдя в кабину, морщит нос от неприятных запахов.

«Вернусь домой, попрошу кого-нибудь из девчонок пожить со мной, — подумала она, чтобы хоть как-то отвлечься от накатившей безнадеги. — Ритку или Оксанку…»

И если бы НастеТарасовой кто-то сказал, что именно в эту минуту ее жизнь совершает крутой поворот, она бы ни за что не поверила.

«Ну переночую я у Легатовых, — хмыкнула она про себя, понуро плетясь за Егором. — Что тут такого? Все-таки родственники. Да и одной дома, где все напоминает о бабушке, оставаться невозможно. А когда вернусь, нужно подумать, как жить дальше. Может, замуж выйти? Вот только за кого? За Димку или за Кольку? Бабушка просила по любви, а я никого не люблю. И есть ли эта любовь на свете? Поди разберись».