Бывший муж моей мачехи - Альма Либрем

Только вот странно, что папа со всей этой его философией завел у нас в дома помесь упрямого пекинеса, глупенького той-терьера и бестолковой уличной собаки. Хотя я больше назвала бы Викки драной мусорной кошкой.

Деловой разговор, кажется, состоялся до того, как нас с Викки пригласили поучаствовать в беседе. Сейчас мужчины разговаривали о каких-то глупостях вроде машин и того, где лучше провести идеальный отпуск. Я пропустила мимо ушей большую часть пустой болтовни, дернулась только, когда услышала почему-то волнующий меня вопрос.

— Однако, Олег, ты ничего никогда не говоришь о своей личной жизни.

— Думаю, это по той причине, что у меня её нет, — хмыкнул Олег.

— Ни в жизнь не поверю, — изогнул в кривой улыбке губы мой отец.

— Почему же? — пожал плечами Лавров. — Трудно найти порядочную девушку без шлейфа прошлого, когда все время занят на работе. Все хорошие девочки в полночь сидят дома, а я примерно в это время выбираюсь из офиса.

— Для таких, как мы, есть места для знакомств получше улицы и клубов, — папа выразительно взглянул на меня. — Я не назову свою дочь неприличной…

Да разумеется, не назовешь! Для начала, тебе, папенька, это не выгодно.

— И клубы она не посещает.

Не посещаю, хотя на самом деле папа уверен в обратном. Для него я каким-то чудом умудряюсь сочетать в себе ночную тусовщицу, спускающую в клубах деньги на ветер, и прилежную студентку, которая, если вдруг что, всегда может предъявить планируемому кавалеру послужной список в виде парочки выигранных олимпиад, отличного знания языков или ещё какой-нибудь ерунды.

На самом деле, та, блуждающая по клубам девушка — просто моя выдумка. Но клубы — это деньги, а деньги — это ещё несколько процедур, ещё один шанс для мамы выздороветь. Как бы ни противно было так думать, но деньги — это жизнь.

— Твоя дочь — бриллиант среди стекла, — отвесил мне очередной комплимент Олег. — Но, боюсь, наша встреча не может быть долгой. Опаздываю на деловую встречу, от вас довольно долго ехать.

Отец нахмурился. Рассчитывал на разговор подольше? Думал, что уведет молчаливую Викки и оставит меня наедине с. С предполагаемым женихом, что ли? Г осподи, папа, что за мусор в твоей голове?!

Но у меня была отличная возможность поскорее улизнуть из родительского дома и заработать ещё один плюсик от отца.

— О, мне тоже надо в город. Может быть, подвезешь? — я поднялась с дивана следом за Олегом и умоляюще взглянула на него, краем глаза заметив, как расплывается в довольной улыбке отец.

Олег недоверчиво взглянул на меня, будто уточнял, действительно ли я собралась ехать с ним. Должно быть, раздумывал, нужна ли ему какая-то посторонняя девица, если он спешит на встречу, и не окажусь ли я обыкновенной дурой, лезущей мужчине в штаны только по приказу папеньки.

Не окажусь, может не беспокоиться. Даже если от простого прикосновения меня почему-то в жар бросает, гордость от этого никуда не делась.

— Я могу всю дорогу вести себя тихо, как мышка, — протянула я, выдавив из себя заигрывающую улыбку. Ещё минута, и придется беспомощно поворачиваться к отцу и показывать, что я сделала все, что было в моих силах.

Неужели Олег настолько непонятливый? Или решил, что перед ним все-таки очередная папина глупенькая дочурка? Не сказать, что это будет мне на руку.

— Конечно, подвезу, — протянул вдруг он, словно не было никакой паузы, и ни с того ни с сего приобнял меня за талию. Я вздрогнула, чувствуя, как сквозь тонкую ткань блузы — пальто я оставила в холле, даже не зафиксировав в голове, куда его бросила, — жжет его ладонь. — Мне будет только приятно помочь такой прекрасной девушке. Но я тороплюсь, потому долго ждать не смогу.

Он что, считает, что я буду полчаса плясать у зеркала, меняя розовую шляпу на голубую и обратно? Нет, это точно не обо мне.

— Да мне секундочку. Только пальто надеть и обуться, — улыбнулась я. — Пап?

— Езжайте, конечно, — в глазах отца светилось довольство. Конечно, гордится своей дочкой, которая в кои-то веки решила сделать все правильно, так, как он хочет. Кажется, оценила кандидата. — Олег, позволишь сказать дочке три слова?

— Я подожду в машине, — кивнул Лавров. — Дмитрий, до встречи.

Он пожал отцу руку на прощание и уверенно направился к выходу в сопровождении Федора

— тот, кажется, собирался показать, как у нас открываются ворота. Я же, будто забыв о том, что отец хочет поговорить, быстро схватила свое пальто и сунула ноги в простые балетки, но остановилась, услышав покашливание папы.

— В тех туфлях тебе будет лучше, — отметил он, кивая на лодочки на высоком каблуке. — Олег не страдает от недостатка роста.

— Правда, — вымученно улыбнулась я. — Не страдает.

Спорить по поводу обуви я не стала, схватила ту пару, на которую указал отец, хотя знала, что к вечеру ноги будут гудеть. Впрочем, плевать, мне действительно в них хорошо. Почему б и не подчеркнуть длинные и стройные ножки лишний раз перед красивым мужчиной?

— Я рад, что ты понимаешь меня с полуслова, — с нажимом произнес отец. — Я возлагаю на сотрудничество с Олегом большие надежды.

— Вот как.

— Он довольно молод…

Ему лет тридцать пять, и он на шестнадцать лет меня старше, если так, но согласимся, что молод. Это лучше Владимира Анатольевича, которого мне показывали полгода назад. Тому было шестьдесят четыре, и он смотрел на меня как на внучку. К счастью.

— Холост.

Разведен, скорее, хотя я не знаю, как они с Викки расстались и были ли официально расписаны. Да, вроде.

Тем не менее, отцу я ответила иначе.

— Такой привлекательный мужчина, и до сих пор холост?

— Приятно слышать лестную оценку в его сторону, — услышал отец только то, что хотел услышать, а именно слово "привлекательный". — Вы бы чудесно смотрелись вместе.

— Это очень мило, — усмехнулась я, — и я понимаю, быть вежливой, ласковой и все такое, — я заметила, как насторожился папа, и дополнила: — Это лучший твой выбор, правда. Если он, например, пригласит меня куда-нибудь… — отец прищурился, — то я с удовольствием соглашусь. Обещаю. Буду вести себя хорошо, все как тебе нравится. Но ты кое-что забыл. Ты обещал мне деньги.

— Ты всё-таки поедешь к очередной подружке? — скривился отец. — Стася.

— Пап, — я нахмурилась, — у него встреча. Ему не до свиданий. И даже если будет до свиданий, мне нужны деньги, — не для того, о чем я говорю, но придется лгать до конца. — Ну платьице себе может прикуплю какое-нибудь симпатичное. Ну пааап!

Отец закатил глаза, но всё же закрутил головой и, обнаружив свой кошелек, брошенный на столик в холле, потянулся к нему. Я молча наблюдала за тем, как он, кривясь от своей привычной скупости, добыл оттуда несколько стодолларовых купюр, а потом поступила так, как делают все нормальные мажорки во всяких фильмах-сериалах — сунула руку в кошелек и выгребла всё остальное.