Бывший муж - Ирина Шайлина

Он был… пожалуй, удивительным. Я настраивал я на встрече, но все же не был готов к ней в полной мере. Наверное, несмотря на то, что я точно знал, что он вырос, что в школу уже ходит, я по прежнему представлял его младенцем. А Яна права, это уже личность. Мелкая еще, но все же личность.

Я с удовольствием его рассматривал, стараясь не смутить его пристальным вниманием. Он был на меня похож, и одновременно на Янку. И при всем при этом — ни на кого из нас. Я видел бывшую жену в наклоне головы, во внимательно взгляде карих глаз. И да, он тоже меня рассматривал. Без страха, без попыток понравиться. Простое любопытство.

— Куда бы ты хотел сходить? — спросил я. — Дети любят торговые центры.

— Здесь шумно, душно и много людей, — ответил сын. — Но если вам хочется…

Он казался маленьким и взрослым одновременно. Держал мать за руку. Янка смотрела в сторону, словно дистанцируясь от происходящего, но на ее губах играла неуловимая улыбка, которая то ли есть, то ли нет ее. И я вдруг подумал что… наш совместный с Яной ребенок это лучшее, что со мной могло случиться, несмотря ни на что.

— Здесь есть тихий ресторанчик, — предложил я. — Мы можем перекусить.

Илья подумал, потом посмотрел на маму снизу вверх. Он чуть кивнула, и только тогда он согласился. И в ресторан они шли за руку. Это одновременно умиляло и раздражало. Раздражало тем, что Яна словно пыталась показать, насколько я лишний. Да, в данный момент все так, но я здесь именно для того, чтобы это исправить…

— Чем ты занимаешься?

Илья уткнулся в меню. Не было похоже, чтобы они бедствовали. Конечно, малолитражка Яны была совсем недорогой, но ребенок был хорошо одет, в ресторане не растерялся. Спокойно прошел, сел, открыл меню. Яна хорошо заботилась о моем сыне.

— Учусь, — серьезно ответил он. — Еще на хоккей хожу. А вы?

— У меня свой бизнес.

— У мамы тоже.

Янка тоже разглядывала меню усиленно делая вид, что меня здесь нет. Я уже знал, какой у нее бизнес. Маленькая частная типография со штатом в пять человек. Специализировались на изготовлении крафт-открыток, дорогих визиток индивидуального дизайна и печати по требованию. Я мог бы указать на разницу между моим бизнесом и Яны, но я пришел не доказывать свое превосходство. Да и мальчик смотрит так, словно готов броситься на защиту мамы в любой момент.

— Я рад за твою мать, — сказал я. — Я… всегда знал, что она многого добьется.

Принесли заказ. Янка заказала только кофе, теперь задумчиво ковыряла пенку ложкой. За столом повисло неловкое молчание, сломанное когда-то колено ныло, требуя покоя, но я давно научился игнорировать его просьбы.

— А почему вы нас бросили? — вдруг спросил Илья.

Я отложил вилку. К такому жизнь меня не готовила. Нет, я предполагал, что говорить на эту тему придется, но не с семилеткой же.

— А почему ты не стрижешь волосы? — спросил я, раз уж настало время вопросов в лоб.

Его волосы и правда падали до плеч, светлые, с завитками. За такие убила бы любая девчонка, да еще и в сочетании с темными карими глазами… но на мальчике они смотрелись несколько неожиданно.

— Мне так нравится, — ответил он. — А вы не ответили на мой вопрос.

Наверное, Янка ожидала таких вопросов и именно поэтому заранее попросила ее не компрометировать. Но как рассказать, не пачкая при этом ни меня, ни ее, да еще когда смотрят так… враждебно?

— У нас не было денег, — пожал плечами я. — Совсем. Все, что удавалось заработать я вкладывал в развитие бизнеса. Мы мотались по съемным квартирам, я все время был на работе, ты все время плакал… Это было сложно. Но я… не хотел от тебя отказываться. Так вышло. Не все зависело от одного меня.

И поймал предупреждающий Янкин взгляд. Илья кивнул, и ушел в туалет, мы остались вдвоем. Перед ней так и не выпитый кофе, передо мной истерзанная отбивная, есть которую никакого желания. За одним из соседних столиков обедает семья, у них двое детей. Один, постарше, смеется и что-то эмоционально рассказывает. Малыш в детском стульчике увлеченно грызет яблоко, уже весь перепачкался. Вот, как они выглядят, настоящие семьи.

— Когда ты будешь отпускать его со мной?

— Не знаю. Не скоро. Быть может никогда, — Янка вздохнула и тоже посмотрела на семью за соседним столиком. — Ты думал, что вернешься через семь лет и мы встретим тебя с распростертыми объятиями? Так не бывает, Ярослав.

И замолчала. Побарабанила пальцами по столу, нервно оглянулась, высматривая возвращается ли сын. Она была… красивой. Похудела только, четко обозначились скулы, глаза кажутся еще больше и темнее. Когда-то она казалась единственным, ради чего стоит жить. А потом… потом все сломалось.

— Что ты говорила ему обо мне?

Янка засмеялась. Ее смех был таким горьким, что даже идеальная мать идеального семейства вдруг вскинулась, словно встревожившись. Я мог бы сказать ей, этой незнакомой женщины, что ее это не коснется, но… нет гарантии. Не для кого.

— Ты думаешь, что я настраивала его против тебя все эти годы? — с усмешкой спросила она. — Мне жаль тебя разочаровывать, но мы о тебе не разговаривали. Не вспоминали. Вообще.

Вернулся Илья. Посмотрел на нас пытливо, словно пытаясь угадать, о чем мы говорили. Он тоже не коснулся еды, но заказанный молочный коктейль выпил. Разговор не клеился. Когда пришло время оплачивать счет, Янка полезла за кошельком.

— Я сам.

— Нет, спасибо.

И все же бросила на стол несколько купюр. Я был рад, что увидел сына и одновременно разочарован. Что же… никто не говорил, что будет легко. Я уперт. Я построил бизнес с нуля. Я смог ходить, хотя все разводили руками и пророчили, что раздробленные колени это крест на мне, на моей карьере. Если я чего-то хочу, я этого добиваюсь. И пусть он никогда не будет смотреть на меня так, как на Яну, но я могу добиться хотя бы его уважения.

— Купи мне водички, — попросила Яна, и дав сыну купюру отослала его к автомату, затем повернулась ко мне. — Если ты настаиваешь на присутствии в его жизни я не буду отказывать. Я не считаю, что ты имеешь на это моральное право, на закон будет на твоей стороне. Но… время посещений будет строго оговорено, регламентировано в письменном соглашении и заверено.