Границы (без)опасности - Валерия Савельева

Так, Регина, у тебя мама актриса! Ты умеешь играть. Вперёд, делай вид, что ты звезда даже в таком виде.

Я вздёрнула подбородок, подняла глаза на инквизитора и, встретившись с ним взглядом, выдала:

– Нет, нисколько. Это ваша квартира. Я просто зашла проверить…

Бо-оже, что ты несёшь? Зашла проверить? Ты вообще не помнишь, как и почему здесь оказалась – пробелы в памяти из-за пары бессонных игровых ночей. Но Станислав смотрел так насмешливо, что слова просто отказывались складываться в предложения.

– Проверили? – инквизитор поднялся и пошёл в сторону ведьмы.

Я попятилась. И тут заметила записку, оставленную на электронном камине, лист А4, покрытый размашистым почерком дяди. Новый телохранитель тоже его заметил, одним плавным шагом оказался радом со мной и успел перехватить листок. Я едва не впечаталась носом в обтянутую водолазкой грудь, опустила голову, стараясь скрыть пылающие щёки (Как тут не смутиться, когда ведешь себя, как дура?), и вспыхнула ещё сильней. Утренний, чтоб его, стояк! Какого хрена он не падает-то, а?

– Станислав Николаевич… прошу прощения… – начал читать телохранитель, явно с трудом разбирая дядин почерк.

Вздохнув, я вырвала письмо у него из рук и, привычная уже к почерку, прочитала:

– Станислав Николаевич, прошу прощения за вторжение на вашу территорию. Регина вчера заснула в офисе. С ключами от её квартиры случилась небольшая проблема, поэтому оставляю её на вас. Заранее извиняюсь за неудобства, доплачу. С уважением, Сергей.

Что? С ключами от квартиры случилась проблема? И дядя Серёжа затащил меня сюда, во временное логово гангстероинквизитора? Чем он думал?

– Значит, проверить зашли? – всё тем же спокойным роботоподобным тоном поинтересовался телохранитель.

Хотелось тоже ответить спокойно, дерзко и по-деловому, мозг даже подкинул парочку идей, а изо рта вырвался лепет:

– Примерно…

Лепет! Я мысленно взвыла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Хорошо. Тогда, прошу, проверяйте, а я пойду в душ. Не против? – размеренно, чётко, только в глазах смешинки.

Не дожидаясь ответа, телохранитель отвернулся и склонился над сумкой, демонстрируя широкую спину и идеальную задницу, обтянутую тёмными джинсами. Порылся в сумке, выудил на свет Божий чёрную футболку, штаны, бритву и мыло и потопал в ванную, на ходу безразлично бросив:

– Запасной ключ от вашей квартиры на тумбочке в коридоре. Он вам, скорее всего, не нужен, но на всякий случай я сообщаю.

Вот же тролль! Издевается.

Я глубоко вздохнула. Хотелось тупо остаться здесь, присесть на диванчик и дождаться роботоподобного инквизитора, чтобы потом к вящему его удивлению тоже завалиться в душ. Тут где-то был гостевой халат. Чистый. В него бы и переоделась. Но природа была сильнее меня и неуклонно звала добраться до туалета раньше, чем телохранитель успеет избавиться от щетины. Последним ударом под дых, требующим срочно покинуть квартиру, оказалось отражение в зеркале, которое показывало измученную девушку и огромными чёрными кругами от теней и подводки, растёкшимися на половину лица, спутанными светлыми волосами, тёмно-красными губами шлюховатой вампирши… и в мятом платье со слегка расползшейся на боку молнией.

Сты-до-би-ща! Платье срочно стирать, зашивать и гладить, а меня мыть и приводить в порядок. И нет, нельзя, чтобы гангстероинквизитор вновь увидел меня такой.

Пришлось возвращаться в комнату, отыскивать, куда Серж кинул мою сумочку, и мчаться домой. Чтобы потом разбудить любимого дядюшку и поинтересоваться, какого фига он просто не растормошил меня ещё в офисе.

Каким там пунктом его плана было «показаться на глаза любовнице нового заказчика в самом непрезентабельном виде». Кажется, никаким! Так какого чёрта?!

Он раздражённо плеснул в лицо холодной воды из крана и посмотрел на себя в зеркало. Заспанный, помятый и абсолютно не выспавшийся – настоящий профессионал. Впрочем, любовница заказчика выглядела не лучше. Если он казался бандитом с большой дороги, то она оправдывала звание шлюшки. Хотя красивой.

Вопрос на миллион: каким идиотом нужно быть, чтобы додуматься притащить свою девку в квартиру, которую выделил другому мужчине, и… Просто. Оставить. Записку. Записку, блять! Даже не смс-ку. Если новый заказчик может учудить такое, то девчонке точно не угрожает опасность.

– Дыши, Стас, дыши! – приказал он себе. – Ты умеешь управлять собственными эмоциями.

Он мысленно досчитал до десяти. Потом прибавил ещё десяточку…

Стас всегда был вспыльчив, с самого детства. Дрался с мальчишками из-за пустяков, заводился с полоборота. Но когда и отец, и мать военные (ладно, отец тоже зажигается по любому поводу, но мама это просто ненавидит), приходится учиться как-то справляться: психологи, тренинги, медитации, военное училище. Когда-то Вероцкий искренне считал, что ненавидит его и совершенно, никак, ни капли не хочет посвящать себя семейной кабале. В девятнадцать он верил, что это худшее, что может случиться с нормальным парнем. Пока не появилась йога.

Замечательные успокаивающие занятия? Ага, конечно! Поднимите ногу на сорок пять градусов и задержите. Держим, сидим, думаем о тайнах вселенной, слушаем заунывную музыку, следим взглядом за ворсинками на ковре. Фа-ак… ещё хуже антистрессовых раскрасок, в которых только от обилия элементов наступает настоящий Стресс. С большой буквы. Йогу он бросил через пару недель, честно заявив родному и любимому Боссу в лице мамы, что с контролем эмоций эти грёбаные занятия точно не помогут.

Вот танцы да, танцы Стас любил. Чистая страсть и возможность расслабиться – десять лучших потраченных лет. На втором месте стоял спорт. Любой.

Помнится, замена ярких эмоций физическими усилиями зовётся сублимацией. С сексуальными фантазиями примерно то же…

– Ага, блять, давай заменим утренний стояк занятиями спортом… – хмыкнул Вероцкий, вновь умываясь ледяной водой.

Стас вздохнул и распечатал зубную щётку, заботливо приготовленную для нового жильца хозяином квартиры. У него была и своя, но она осталась в сумке, вместе с гелем для бритья, кстати. Мысли опять вернулись к «подкидышу» от нового заказчика, девчонке, оставшейся в зале. Судя по тишине за дверью, она уже успела уйти к себе.