Вкус нашей ненависти - Джули Дейс

– Джен!

Не проходит секунды, как моя рыжеволосая правая рука появляется в пороге. Я не успеваю задать вопрос, как она выдаёт:

– Их привёз курьер, имени не было.

– Ты принимаешь наркотики? – спрашиваю я, смотря на неё с сомнением.

Она бросает секундный взгляд в сторону и смотрит на меня, как на припадочную, тогда её примеру следую я. И увиденное повергает меня в некое удивление и неожиданность.

Корзина, сотканная из различных цветов постельных оттенков, смотрит на меня с тумбочки, рядом с ней белая плоская коробочка, крышка которой прозрачная, но в зону видимости не попадает её наполнение. Теперь с сомнением я смотрю не на Дженнифер, а на «романтический набор», из-за которого должны подкоситься колени. Подхожу ближе и наблюдаю внутри клубнику, половинки которых в шоколаде. Не понимаю, как не заметила, скорей всего, мои мысли были заняты нежеланием разгребать то, половина которого должна быть в мусорном контейнере, а половина в портфолио. Только сейчас улавливаю приятные ароматы, наполняющие кабинет.

Перебираю пальцами бутоны цветов и нахожу записку, в которой чёрным по белому красивой каллиграфией выведено: «Ты такая же солнечная, как это утро». Жест довольно приятный, но сарказм внутри тоже не дремлет, посмеиваясь в сторонке. Если я солнечная, то отправитель явно слепой, либо у него невероятное чувство юмора.

– Будешь? – предлагаю клубнику Дженнифер, которая смотрит на меня с замешательством, видя весь спектр противоречивых эмоций на моём лице.

– Шоколад вреден для фигуры, – говорит она.

– Тогда сегодня у тебя выходной, я всё равно должна разобрать это.

Девушка улыбается не только губами, но и серо-зелёными глазами.

– До понедельника.

Она выскакивает за дверь, а я ещё раз перечитываю послание от шутника, который решил украсить утро. Чтобы убедиться в солнечности, которую мне приписывают в это восхитительное субботнее утро, набираю групповой вызов и падаю в кресло, уминая подаренную клубнику. Хоть что-то приятное на сегодня.

Сначала в чате появляется сонное лицо Алекс, покоящееся на подушке, следом за ней подключается Лизи с кружкой у лица, и это наверняка кофе.

– У тебя десять утра, – замечаю я, улыбаясь экрану.

– И в десять утра я ещё хочу спать, а не видеть ваши лица, – ворчит Алекс, но оголяет улыбку. – Что за сборы в такую рань?

– Рань? – морщится Лизи, появившаяся следом за ней. – Я встала в шесть и это вторая кружка.

– Ты мать, ты должна вставать с первыми лучами солнца и вонью подгузников.

– Какое приятное совпадение, ты тоже мать.

– О солнечных лучах ты очень вовремя, – вступаю я, и они завершают свою шутливую перепалку. – Хочу показать это.

Поворачиваю экран телефона к окну и представляю сегодняшнюю «солнечную» погоду.

– В Калифорнии дождь? – слишком наигранно, удивляется Алекс. – Господи, грозит конец света.

– О, это ещё не всё.

Следом нацеливаю камеру на корзинке цветов, клубнике и записке, которую читаю вслух:

– Ты такая же солнечная, как это утро.

Лизи начинает хихикать, её веселье поддерживает Алекс. Они обе хохочут, и мне тоже хочется смеяться, вместо этого закидываю в рот новую порцию клубники и спрашиваю:

– Всё настолько плохо?

– Ну, ты выглядишь нормально, если это не фотошоп, – с весельем, сообщает Лизи. – И кто это?

– Судя по чувству юмора, парень нарасхват.

– Там нет имени? – продолжая смеяться, интересуется Алекс.

– Я бы обязательно запомнила его имя на всю оставшуюся жизнь. Кстати, клубника вкусная, если там нет отравы, которая изначально сладкая, а потом убивает. Я упомяну вас в завещании. И где ваши дети?

– У них утренняя прогулка, – довольно улыбаясь, уведомляет Лизи. – Они где-то вместе.

– И вы обе прохлаждаетесь?

– Сегодня была самая ужасная ночь в моей жизни, – бурчит в подушку Алекс. – Складываю всю ответственность на мужские плечи.

– А у тебя какое оправдание? – обращаюсь к Лизи.

– Джаред спал до восьми. Моя очередь слушать тишину.

– Что может быть лучше детей, а? – хихикаю я.

– Даже не знаю, – улыбается Алекс. – Вечеринки, беззаботность, парни, сон без пробуждения покормить или сменить подгузник, алкоголь, секс, когда захочу, а не когда есть возможность, походы по магазинам, когда захочется, а не когда Том дома. Мне продолжить?

– Очень смешно, – говорит Лизи. – Ты перечисляешь это в моём присутствии?

Я хихикаю, слушая режим будних дней, в котором они обитают. На самом деле, обе они очень счастливы, а все эти слова похожи на свист воздуха, который ничего не значит. Вздрагиваю, когда дверь открывается. В пороге стоит Джейк с той же надменной ухмылкой, что и прежде, а вот моя улыбка сползает.

Недовольно фыркаю.

– Ты не умеешь стучать?

– Умею, но не сегодня, – говорит он.

– Это верх наглости.

Морщусь и обращаюсь к девочкам.

– Отключаюсь, потом поговорим.

Сбрасываю вызов и устремляю внимание на парня, что вальяжно следует к моему столу, занимая кресло напротив. Он кладёт передо мной папку и берёт в руки записку. Его губы растягиваются в улыбке, а следом Джейк и вовсе начинает смеяться, закинув голову назад.

– Дерьмовое какое-то солнце.

– Будь добр, скажи причину, благодаря которой я вижу тебя сегодня и проваливай. Сегодня выходной день.

– Но ты на работе, – насмешливо замечает он.

– И тебя не должно волновать, по какому поводу.

– Дэни и Энди уехали до вторника, переложив всё на меня.

– Отлично, но для того, чтобы заявляться сюда, предварительно необходимо позвонить. Я не всегда нахожусь на месте.

– Видишь, какой я удачливый.

– Это всё?

– Да.

– Тогда спасибо, остальное могу узнать у них.

– Узнавай.

Парень явно не собирается уходить, более того, он вынимает клубнику из коробочки и поднимает один уголок губ.

– Что за извращение? Это должно быть романтично и супер слюняво?

– Некоторые умеют делать приятные сюрпризы, знаком с таким?

– Умеют, если не умеют другого.

– Я передам твоё мнение и оценку, теперь могу остаться одна?

Джейк не торопится отвечать. Он делает это только спустя минуту и то, потому что я всё выше и выше поднимаю брови в желании получить ответ.

– Можешь, – кивает парень.

– Так действуй.