Выбор (СИ) - Светлана Катеринкина

— Не тревожься, Петя, милая семейная беседа уже закончена, — А тебе, Веня, следует подумать о нормальном питании, а то силы совсем нет в тебе. Жалкое зрелище.

В ночном клубе было накурено. Сквозь дым смутно угадывались фигуры танцующих людей. Агата некоторое время прижималась к стене, не понимая, как следует вести себя в подобных заведениях. Но вскоре, наблюдая за людьми, она освоила некоторые движения и смела вышла на танцпол. Чуть поодаль, за барной стойкой стояли двое парней.

— Чё, Сыч, не везёт сегодня с тёлками? — пьяным голосом промямлил бритый налысо мордоворот.

— Чего-то не везёт, — согласился с ним белобрысый и не более трезвый его приятель.

— А ты глянь-ка на ту. Как танцует!

— Вон та с чёрными кудряшками?

— Да! Смотри, какая фигура! Какая жопа! Давай её подцепим сегодня! Я не могу уж терпеть. Начни клеить её, а потом выведи на свежий воздух, — потребовал бритый, — помнишь, кусты там, за гаражами? Веди туда, а я уж подтянусь.

Белобрысый усмехнулся и пьяной походкой направился на танцпол. Он с трудом протискивался между танцующими.

— Привет, — сладострастно улыбнулся он фигуристой брюнетке, — я Димон. А тебя как зовут?

— Агата, — кокетливо ответила девушка.

— Какое редкое имя, — промямлил белобрысый заплетающимся языком, — а не познакомиться ли нам поближе?

— Почему бы и нет? — сверкнула глазами Агата.

— Я знаю тут неподалёку укромное местечко. Ты как, не против развлечься?

— С удовольствием принимаю твоё предложение, — был ответ.

Парень и девушка вышли из ночного клуба. Белобрысый повёл свою спутницу в тёмное место, заросшее кустами. Его взгляд жадно скользил по обнажённым ногам девушки. Наконец, убедившись, что людей вокруг нет, он схватил Агату за талию и страстно задышал её в ухо. Кусты зашевелились и показался ещё один парень, приятель белобрысого.

— Ну что, красотка, развлечёмся, — просипел он.

— Ах, какой подарок! — обрадовалась Агата, — я мечтала полакомиться одним, а тут целых двое попались! Кто, мальчики, первый?

— Я! — прокричал белобрысый.

— Отлично! — со злорадством в голосе отозвалась Агата и показала клыки.

Глава 3. Встреча

17 век. Московская губерния.

— Ну что, чадушки мои, облюбуйте наше новое гнёздышко, — деланым бодрым голосом произнёс богато одетый мужчина с печальными глазами и присел возле своих детей.

— Папа, мы здесь будем теперь всегда жить? — спросила черноволосая девочка с умными карими глазами.

— Дочка, энто теперь наш дом, — ответил отец и погладил девочку по голове, растрепав непослушные кудряшки.

— Но я хочу в Москву! К маме! — топнула ножкой девочка.

— И я хочу в Москву! — заныл пятилетний черноволосый мальчик.

— Чада мои, — горестно вздохнул отец, — жизнь наша изменилась. После смерти… после того, как матушка ваша отправилась ко Господу и святым Его, в Москве нечего нам делать. Там всё напоминает о ней…Здесь же мы заживём по-новому. Отсюда родом ваш дед, да и я провёл здесь детство и отрочество. Особняк этот принадлежал нашей семье. Но дед ваш разорился и вынужден был продать сие имение. Я же, возмужав и разбогатев, смог вернуть отчий дом в собственность графов Вороновых. Неужто вам здесь зело плохо?

— Я к маме хочу! — захныкал мальчик.

— Веня, родный, не терзай мне душу, аки коршун какой, своими слезами. Твоя матушка теперь на небесах и придёт время, ты с нею повстречаешься, но это не нынче будет.

Мальчик, не желая больше слушать отца, выбежал из просторного зала. Сестра бросилась за ним.

— Агата! — позвал отец, но девочка даже не обернулась.

Тяжело было овдовевшему графу Василию Воронову, но ещё труднее пришлось осиротевшим детям его. Однако время стремится вперёд и жизнь продолжается не смотря ни на какие потрясения. Через год в особняке Вороновых уже гремели балы и устраивались званные обеды с многочисленными гостями. Однажды глава семейства отправился на торжище в небольшой провинциальный городок, располагавшийся недалеко от его владений. Граф намеревался купить сукно отменного качества. Дети напросились пойти с отцом. Граф поддался на уговоры и взял с собой детей в сопровождении гувернантки.

Торжище представляло собой обширную площадь, заставленную торговыми лавками с самым разнообразным товаром. У Агаты и Вениамина глаза разбегались. Они забыли обо всём на свете, глазея на это пёстрое разнообразие. Вдруг в народе послышался взволнованный ропот. Торговцы поспешили спрятать свой товар, накрыв прилавки тряпьём.

— Что такое? — удивился граф, — Никак ныне дождь будет? Но небо чисто, хмари нет.

— Прячь чадушек, граф! — закричала Василию баба, торгующая лаптями. — Ведьма идёт! Народ расступился, и в образовавшемся пространстве показалась зловещая фигура. Это была женщина, возраст которой граф так и не смог определить. Облачена она была в чёрное кружевное платье, по верх которого был накинут тёмный плащ. В руке ведьма держала корявый посох, а на её левом плече сидела большая серая крыса. Женщина злобным взглядом оглядела присутствующих. Граф заслонил собой детей, чтобы ведьма не осквернила их своим взором. Вениамин от испуга завернулся в полы отцовского кафтана. Но Агата, сгоравшая от любопытства, осторожо выглянула из-за могучей спины отца и посмотрела на ведьму, когда та проходила мимо. Колдунья устремила на девочку свои проницательные глаза и улыбнулась.

— Какое прелестное дитя, — сладко сказала она и улыбнулась, — граф, у вас чудная дочь.

— Благодарю, сударыня, — оробев немного ответил Василий.

— Берегите своих крошек, —