Кровавый цветок (СИ) - Bloody Moon

цепей сковавших меня. Но как она и сказала зрение ко мне начало возвращаться. Спустя два дня я видел, как сквозь туман, а на третий мог сосредоточиться на предмете. Тело, ранее сковавшее ядом, стало более расслабленным, кончики пальцев неприятно покалывало, чего раньше не было. Но в конце дня произошло непредвиденное событие. За большой дубовой дверью в пыточную послышался гомон и ругань. И это был не голос Алексис, а голос ребенка, закатившего истерику.

Алексис

В коридоре было уже темно, лишь несколько масленых бра оставались гореть, освещая путь в дали, отбрасывая колеблющиеся тени. Их заботливо оставила Оливия, зная, что ночью я обычно не сплю, а хожу, как призрак по особняку. Таким образом я существую в течение многих лет, с того дня, как потеряла спокойный сон и полностью осознала реальность этой жизни. Мое чутье так же обострилось сродни, оголённому нерву. Еще не доходя до двери спальни, я заметила силуэт рядом с окном, хоть оно и было закрыто тяжелыми гардинами. Вряд ли он следил за мной все это время.

— Оскар, почему ты здесь? — Силуэт медленно приблизился, и свет очертил его красивое лицо. Оскар выглядел слегка недовольным. Его яркие, как у ребенка губы были слегка надуты, а в темно — синих глазах читалось — «Ты меня опять не взяла с собой».

— А как ты думаешь? Я и так торопился к тебе, но Оливия сказала, что тебя нет. Я надеялся на партию. Так что? Все еще в… — Но тут его взгляд упал на мою руку, а точнее на неаккуратно завязанный платок на пальце. Он уже весь пропитался кровью и начал присыхать. — Что это с тобой? — он резко схватил меня за кисть и притянул к себе, уже хотел развязать. Мне пришлось ловко выкрутить руку, что бы, он не раскрыл мой секрет.

— Ничего особого. Гуляла по саду и наткнулась на щенка.

— И?

— Ты же знаешь, у меня никогда не было собаки. Захотелось с ним поиграть, но сие действие не было оценено по достоинству. Как видишь, я была укушена. Но не беспокойся. Оливия все уберет. — Мгновение он стоял, как вкопанный, а потом громко рассмеялся.

— А я уж подумал, что ты переборщила с кровопусканием, кормя свою саранчу. Ха! Ха — ха — ха!!! — его смех прогрохотал по пустому коридору. — Кстати говоря, я пришел к тебе не только поиграть в шахматы. Знаешь, София… — Продолжить Оскар не успел, стоит упомянуть чертёнка он и появится.

Это рыжее существо с веснушками и диким желтым звериным взглядом буквально налетела на нас из неоткуда. Удивительно то, что ни я, ни Оскар ее не заметили. Тонкие губы расплылись в улыбки, оскалив острые зубки.

— Слышала, к нам привезли новую игрушку. Интересно, кто же четвертует ее и скормит по кусочкам нашим чудовищам с ферм? — Пропела она тонким голоском. Мы с братом лишь усмехнулись.

— Это будет, тот, кто добился наилучших результатов, сестренка, Софи. — подражая ей, ответила я. Ее цель всегда одна и та же. Так предсказуемо.

— Это… Неслыханно! Отец всегда дает мне лучшее! Я с самого начало «ее» хотела!

— Боже, что за дитя… — прикрывая ладонью лицо, сказала я. Так и хочется рассмеяться. Оскар еле сдержался, что — бы ни согнутся пополам. — Немного жаль, но ты опоздала. Отец уже определил будущее для игрушки, и это не ты.

— Ах ты! — София не умела контролировать эмоции. Она попыталась залепить мне пощечину, но передо мной встал Оскар, преградив ей путь.

— Успокойся, или же ты не знаешь, что случиться?! — прорычал он.

Софи ни как не отреагировала, входя в обычное истерическое состояние. Ее лицо буквально дымилась от злости, сливаясь с цветом ее волос и даже веснушки стали ярче. Что ж, а это прекрасный шанс устранить ее на время. В первые же часы по прибытию пленника, она устроила беспорядок, лишь для того, что бы увидеть Дэя. До этого дня ей никто и никогда не запрещал так долго не подходить к «игрушкам». Легко понять ее раздражение. Всего лишь надо направить ее гнев в нужное русло.

— Отец не мог так со мной поступить! В отличие от тебя я…

— В отличие от меня, что? — А сейчас контрольный удар. И как можно медленнее. — София, с каких пор игрушки подземелья стали лишь твоей собственностью. Они принадлежат семье, а глава семь, пока что является Вэргар Стайлес. Он господин, не ты. Или же ты желаешь оспорить его решение? — София сглотнула, а я продолжила. — Что бы оспорить решение, нужно иметь соответствующие права. Ты их имеешь? Нет. Тебе разрешалось многое. Ты играла, как хотела, вплоть до этого момента. Правда в том, что ты была свободна в действиях, лишь из — за отсутствия у меня заинтересованности. Неужели ты думала, что можешь наслаждаться всем? Ты действительно глупа, моя милая младшая сестрица. Но есть еще более действенный способ достучаться до твоих извилин. — С этими словами я метнула наточенные заколки, пригвоздив платье Софии к паркету, сквозь порванную материю, засочились струйки крови. — В этой семье нет места снисхождению. Верно? — уже распахнув дверь в спальню, напоследок спросила я.

София не заставила себя ждать, освободившись от сковавших ее заколок, она прицелилась и кинулась в мою сторону, но Оскар перехватил ее и схватил за рыжую копну.

— Не волнуйся сестренка, с этим я разберусь сам.

— Хорошо, спокойной ночи, Оскар.

Закрыв за собой дверь, я прислушалась. Больше чем отца Софи опасалась именно Оскара. Это было что — то на подобии восхищения и одновременно ужаса, потому, как его действия иногда было просто невозможно предугадать.

— О — Оскар… отпусти меня. — Теперь ее голос звучал не столь уверенно.

— Отпустить? Хм… Дайка подумать. Прежде, чем давать волю гневу, подумай на кого именно его направлять. На семью, что кормит тебя и твою никчёмную мамашу. Или же иди к человеку в подземелье и твори там все, что взбредет в твою голову. Я уже злюсь из — за ублюдка. Может заставить тебя еще больше разозлиться? Как думаешь? Или же ты справишься? — за дверью послышался глухой стук, как будто что — то упало, а затем всхлипы и быстрые удаляющиеся шаги.

— Чертова Алексис! Когда — нибудь,