Малая для мажора - Ая Кравец

С порога по ушам бьют биты, и сердце начинает биться в ритме музыки. Здесь шумно, много народу. Макс протаскивает меня сквозь толпу, останавливается. Пока я осматриваюсь вокруг, с кем-то здоровается. Наверное, знакомый.

Парень что-то кричит ему на ухо, Макс быстро кивает и склоняется в мою сторону.

– Варь, ты к бару сходи, закажи себе чего-нибудь, а я скоро подойду! Ща перетру кое-чего с корешем и вернусь! – щекочет ухо своей модной бородой, а я отрывисто киваю.

Макс протягивает мне тысячу рублей, а я удивлённо вздёргиваю брови. Откуда у него деньги? И на такси хватило, и угощать вот меня собрался.

– Эээ… У меня есть! – пытаюсь перекричать музыку, но Макс уже меня не слышит, суёт в руки деньги и спешит за своим другом.

Я заказываю апельсиновый сок, потягиваю его через соломинку минут десять. Вокруг танцы и веселье, и мне тоже хочется попрыгать. Но Макс попросил ждать у бара, и я жду.

Проходит ещё минут пять, сок почти закончился. Кто-то садится рядом, подзывает бармена, и тот вскидывает руку, здоровается с моим соседом по стульям.

– Мне *****, а девушке… Чем тебя угостить, малая? – слышу знакомый голос, и внутри всё переворачивается от волнения. Нет, мне показалось, не может такого быть. Поворачиваюсь к нему и понимаю, что может… Тот самый нахал.

– Эй, чувак, я тебе тут не мешаю? – слышу из-за спины мажора голос Макса.

– Свали, – бросает ему через плечо мой навязчивый ухажёр. – Так что, что пьёшь? Или этот жмот тебе, кроме сока, ничего не взял? – это уже мне.

Краснею от корней волос, кажется, до самых пяток. Очень неудобно перед Максом.

– Э! – Максим кладёт руку на плечо мажору, а тот закатывает глаза и поднимает указательный палец вверх, мол, минуточку. А затем разворачивается и бьёт моего парня прямо в лицо.

– Так чем угостить? – снова поворачивается ко мне, и голос его становится настойчивее.

Глава 7

– Ты что? Ты ненормальный, да?! – вскрикиваю, спрыгивая со стула. – Психопат! Ты что сделал?! – бросаюсь к Максу, помогаю подняться ему с пола, но тот, будто сумасшедший, отталкивает меня в сторону и с рёвом несётся на мажора.

– Ты чё, козлина! Да я тебя щас на куски порву! – в глазах своего парня успеваю заметить какой-то странный блеск. Будто ему эта вся ситуация даже нравится. Нет, думаю, показалось.

– Ну, давай, – ухмыляется мажор и манит его рукой, словно подзывает к себе собаку. – Я обычно баб не бью, но сегодня под настроение.

Макс замахивается, а Илья ловко уворачивается и, уходя в сторону, бьёт моего парня по почкам. Тот с воплем заваливается на пол, но снова вскакивает, будто заведённый. Ещё один удар, только теперь уже в лицо, и Макс заваливается навзничь, раскинув руки в стороны.

– Окончен бой, пора домой! – резким, злым движением мажор поправляет на себе куртку, залпом выпивает то, что перед ним поставил бармен, и кому-то делает знак рукой…

А я между тем замечаю, что в клубе стало ужасно тихо, а вокруг нас столпился народ.

– Этот? – спрашивает подоспевший охранник в форме и с дубинкой в руке. Это он на Макса кивает? Я бросаюсь к своему парню, приседаю рядом.

– Макс? Мааакс? Очнись, пожалуйста! – по щекам хлопать не решаюсь, вдруг у него сотрясение. Из носа течёт кровь, да и выглядит он неважно. А меня вдруг кто-то берёт под руки и поднимает на ноги.

– Девушка, уйдите, а? Или с ним пришла? – строго зыркает на меня охранник.

– Она со мной. А у этого карманы ещё обшарьте. Он под дурью был, – мне на талию уверенно ложится рука нахала.

– Чегооо? – возмущаюсь, ибо, согласитесь, есть чему возмутиться. – Ты!.. – закончить мою тираду не даёт сухая, горячая ладонь, которой мажор зажимает мой рот.

– Ну-ка, цыц! – И я тут же отказываюсь от своей идеи заорать, потому что его взгляд лишает меня воли. Неожиданно… – Или хочешь, чтобы тебя вместе с ним за наркоту упаковали?

Я плохо понимаю, о чём он говорит, но послушно захлопываю рот, когда его рука исчезает с моего лица.

А я заторможенно думаю, что этот негодяй только что избил моего парня, а теперь ещё и натравливает на него охранника. Последний вызывает по рации напарника, и они вдвоём утаскивают Макса.

– Эй! Стойте! Вы куда его?! – порываюсь броситься за ними, но мажор перехватывает меня за локоть.

– Твой дружок проснётся завтра в ближайшем отделении полиции. Ты можешь, конечно, пойти за ним, и тогда тебя примут за соучастницу. И разбираться точно никто не будет. А у родителей твоих, судя по твоим дешёвым шмоткам, не хватит денег, чтобы отмазать. Так что решай сама.

– Ты… Да ты…

– Да, я. Между прочим, владелец этого клуба. А ты девчонка наркоторговца, который пришёл в мой клуб продавать отраву. Так что осторожнее на поворотах, малая. Я не всегда такой добрый.

– Ты врёшь! Я не верю, что Макс мог заниматься чем-то подобным! Где доказательства, в конце концов? Или думаешь, тебе всё позволено? – наступаю на него, повышаю голос и грозно сдвигаю брови. На Макса обычно действовало. Но этому, кажется, по боку. Лишь ухмыляется лениво.

– Ну пойдём. Посмотришь на свои доказательства, – сжимает руку до боли и тащит куда-то сквозь толпу. Поднимает руку вверх, и тут же диджей включает оглушающую музыку.

Ну вот как? Как из всех клубов города Максим мог выбрать именно тот, который принадлежит этому… Хаму.

– Куда ты меня тащишь?! – шиплю на него, но мажору моё сопротивление, как слону дробина. – Отпусти немедленно! Думаешь, если у тебя папа с мамой богатенькие, всё тебе позволено? Думаешь, не найду на тебя управы?

Он молча заталкивает меня в какую-то комнату, и там, в полутьме, я замечаю Макса. Он почему-то мокрый, будто его водой облили. Сидит на скамье в наручниках, ругается на охранника, возвышающегося над ним грозной скалой.

– Ну что тут? Нашли?

– А то! Вот, смотрите, – перед моим лицом возникает пакетик с какими-то беленькими, маленькими таблеточками. И это наркотики? На витаминки больше похоже. И ещё один пакетик с какой-то травой. Ну, тут уже много опыта не надо, чтобы понять, что передо мной.

– Макс, это твоё? – спрашиваю испуганно. Как же так? Мой весёлый, добрый Макс и наркотики… Разве такое возможно?

– А что, не видишь, что он и сам обдолбанный в дрова? – раздражённо спрашивает Илья, стоящий рядом.

Я перевожу на него растерянный