Проблема майора Багирова - Кристина Майер

— Командир, заканчивай с ним и поехали, — раздается из круга. Эти слова задевают кого-то из «недружественного» отряда, и начинается новая перебранка с матами… дракой.

Сейчас они тут все передерутся. Адреналин нарастает, пропадает ленца в поведении наших ребят. Мне даже в стороне неуютно – вдруг кому-то захочется дать в морду медику? Становится страшно. Разозленные, еще и вооруженные, конфликт может закончиться совсем плохо…

В какой-то момент я замечаю змею, проползающую под ногами наших ребят. Не знаю, ядовитая она или нет, для меня большой разницы нет. Все змеи для меня на одно лицо. Чувства, которые могу к ним испытывать – дикий страх и неприязнь. Если закричу, выдам себя, тогда гнев Багирова обрушится на мою голову. Если сейчас кто-нибудь ее заденет, змея укусит. Я с замиранием сердца наблюдаю несколько секунд. Потом хватаю в руки винтовку Стаса, снимаю с предохранителя. Смотрю в оптический прицел, но ничего не вижу, он для более дальних расстояний.

В голове лихорадочно крутится один вопрос: «Смогу ли я спугнуть змею выстрелом?» – ведь шансов, что я в нее попаду, ноль. Если она подползет ближе, я не рискну стрелять, могу попасть в кого-нибудь из своих. Вспоминаю занятия по стрельбе. Слова инструктора. Не думаю в нее попасть, моя цель – спугнуть. Задерживаю дыхание и на выдохе нажимаю на спусковой крючок. Мне кажется, что пуля должна пролететь где-то недалеко от ползущей гадины… но каково же мое удивление, когда пуля попадает в цель…

Теперь я знаю, что означает фраза «Одним выстрелом убить двух зайцев». Я убила змею… и прекратила драку, чего вообще не планировала делать…

Глава 8

Алеста

Привлекла к себе ненужное внимание. Все взгляды обращены на меня. А я все-таки девочка, а не мужик. Как правильно реагировать в таких ситуациях? Моя женская сущность заставляет меня краснеть, но из-за маски и кепки особо не видно. Вот не надо так удивленно на меня смотреть! Так и хочется сказать: «Я тут ни при чем, само как-то получилось» – и пожать невинно плечами.

Напоминаю себе, что я мужик, краснеть и бледнеть – отставить! Стараюсь копировать стойку ребят. Получается или нет, сказать не могу, себя со стороны не видно. Но чувство такое, что выгляжу нелепо. Как-то мой однокурсник сказал мне перед экзаменом, к которому я плохо подготовилась и тряслась от страха, боясь войти в аудиторию:

— Рассказывай то, что знаешь, уверенно, четким голосом, никаких сомнений, что говоришь правильно. Препод или сам забудет, на какой вопрос ты отвечаешь, или подумает, что ты запуталась, но к экзамену подготовилась. Может снизить балл, но это ведь не двойка. А если раскусит, пересдашь.

Пользуясь старым советом, старалась и сейчас вести себя уверенно. Ноги на ширине плеч, спина прямая, таз чуть вперед. У мужиков все естественно, а я корячусь. Одновременно приходится делать вид, что броник я на себе не чувствую, и меня под его тяжестью не шатает.

Лениво кинула взгляд на змею – за моим взглядом проследили все. Правильно, смотрите лучше в ту сторону. А я тут подышу, как загнанная лошадь. Вот будет номер, если сейчас у меня винтовка выпадет из рук, а потом я в обморок грохнусь.

Наверное, думают, что я каждый день в тире стреляю по змеям, а у меня шок. Кто-то подошел к мертвой гадине, чтобы лучше ее рассмотреть. Меня потряхивало.

Первая и, надеюсь, последняя жертва на моей совести. Для меня змея – зло, но убивать живое существо все равно тяжело. Успокаиваю себя тем, что спасла, возможно, чью-то жизнь.

— У тебя новый снайпер? — смотрит на меня в упор подполковник – командир другого отряда. Я удивляюсь наличию у него двух больших звезд на погонах. Он слишком молод даже для майора.

— Не твое дело. Вали отсюда, — отвечает Багиров, отряхиваясь.

— Швы нужно наложить, — комментирую вслух, глядя на молодого подполковника. У него бровь рассечена, и кровь заливает половину лица. Голос мой хрипит, меня едва слышно, никто меня не услышал.

— Серега, красава! — подлетает кто-то из наших ребят, я не запомнила всех имен. Первым пришел в себя. Одобрительно поддержали гулом все остальные.

Сейчас они меня качать еще начнут. Не надо! А то нащупают отсутствие некоторых важных мужских частей тела.

— Я кого просил вести себя осмотрительно? — подойдя вплотную ко мне, процедил сквозь зубы Стас, забрал из рук винтовку. Не помню, чтобы он о чем-то таком просил. — Не привлекать внимания, Аля, — еще тише.

— Она могла кого-нибудь укусить, — мне и голос понижать не надо было. — Я испугалась.

— Когда нас покусает Багиров, вот тогда будет страшно.

За себя я не боялась, бить девочек майор не станет. А вот Стасу могло достаться.

— Мы скоро поедем? Я пить хочу, а еще мне очень жарко, — про «тяжело» уже не стала добавлять, и так ною как девчонка.

Ответить Стас не успел. Мужики подошли, окружили нас. Давай хлопать по плечам, уважуху выказывать. А у меня плечи все в синяках будут. Ноги от их похлопываний подгибаются.

— Отдай его мне, — утирая платком кровь с лица, произнес молодой подполковник. В армии принято подполковника полковником называть, но у меня даже мысленно язык не поворачивается. Вот сколько ему лет? Тридцать хотя бы есть? Наверное, поэтому Багиров и упомянул отца.

— Тебе прямым текстом указать направление?

— Командира перевязать надо...

Глава 9

Ярослав

Бесит меня новый медик. Пожалел, что взял его в отряд. Неправильное в нем что-то. Какой-то он… не мужик. По ходу, он по мальчикам. Подозрения мои крепнут, когда я на него смотрю. Ля-я-я! «Краш» в спецназе!

По таким рафинированным мальчикам дурочки малолетние с ума сходят. Ну, и некоторые мужики… по крайней мере, в паспорте им пишут, что пол мужской, а там...

Современные мужики – непонятно, баба или мужик. Что-то среднее. У Сереги в штанах стопудово ветер гуляет, нечем там девчонку удивить, поэтому и пялился на меня. Передергивает от воспоминаний о его взгляде. Хоть